Синопсис: «Правда, горькая правда.» — Ф. Стендаль «Красное и черное»1

1 Далее в этой главе цитаты из романа Ф. Стендаля «Красное и черное», перевод С. Бобров, М. Богословская.

На севере Яньчэна, в окрестностях проспекта Наньпин, расположился район Хуаши, похожий на призрака с наполовину накрашенным лицом. Широкий и прямой проспект разделил район Хуаши на две части: процветающий Восточный район был одним из деловых центров города; старый Западный район стал прибежищем для городской бедноты.

За последние несколько лет элитные участки Восточного района разошлись на торгах по заоблачным ценам, и наступила очередь давно нуждавшегося в перестройке старого района, но стоимость сноса заметно подскочила, распугав всех застройщиков и тем самым отгородив незримым барьером кривые переулки, где ютилась нищета. 

Обитавшие в ветхих домах люди днями напролет грезили о внезапном богатстве, которое принесут их разваливающиеся десять с небольшим квадратных метров, и в душе уже лелеяли чувство превосходства стоило подумать: “Как только все начнут сносить, я заработаю миллионы!” 

Конечно эти миллионеры из трущоб, надев тапочки, каждое утро выстраивались в очередь, чтобы опустошить свои ночные горшки.

Наступил вечер, и, как обычно, в начале лета, дневной зной сменился прохладой. Один за другим закрывались незаконно оккупировавшие дорогу киоски; жители Западного района, насладившись свежим воздухом, расходились по домам; то и дело мигал старый фонарь: должно быть, к нему подключился кто-то из жителей ближайших домов. 

В Восточном районе ночная жизнь только началась.

В кофейне на одной из улиц Восточного района наконец разошлись все гости, и официантка вздохнула с облегчением. Едва она успела размять занемевшее от бесконечных улыбок лицо, как зазвенели маленькие колокольчики, висевшие над входной дверью.

— Добро пожаловать, — произнесла девушка, растянув губы в фирменной улыбке. 

— Ванильный латте без кофеина, пожалуйста.

Посетитель — высокий и стройный молодой человек с волосами до плеч — был одет в отглаженный строгий костюм. На лице его были очки в металлической оправе. Тонкая дужка высоко расположилась на переносице. Опустив голову, он похлопал себя по карманам в поисках бумажника. Длинные волосы упали, закрыв половину лица, вторая же половина при свете ламп казалась слишком бледной, будто ее покрыли слоем эмали. 

Все мы падки на красоту, и официантка, не удержавшись, украдкой рассматривала молодого человека. Пытаясь угадать предпочтения гостя, она спросила:

— Вам заменить простую ваниль ванилью без сахара?

— Нет, добавьте больше сиропа. — Передавая деньги, посетитель поднял голову и встретился с девушкой взглядом.

Молодой человек из вежливости улыбнулся ей. Уголки глаз, спрятанных за стеклами очков, слегка приподнялись, и мягкая, немного лукавая улыбка мгновенно пробила фасад серьезности и мнимой скромности.

Внезапно девушка осознала, что несмотря на благообразную внешность, скромности в молодом человеке не было совсем, о чем особенно намекал его флиртующий взгляд.

Ее щеки запылали, она тут же отвела от гостя взгляд, опустила голову и занялась заказом.

Как раз в этот момент появился доставщик, принесший заказ для кафе. Официантка, которая срочно искала чем бы себя занять, громко позвала его за стойку, чтобы проверить накладную. 

Доставщиком был парнишка лет двадцати, весь переполненный юношеским задором. В лучах заходящего солнца он влетел за стойку, на загорелом лице появилась улыбка, обнажая ряд белых зубов, и он жизнерадостно поздоровался с официанткой:

— Привет, красавица! Ты хорошо сегодня выглядишь! В кафе дела тоже идут хорошо? 

Официантка получала стабильную зарплату и никогда особо не интересовалась делами кафе. Не зная как реагировать на грубую лесть, она лишь отмахнулась:

— Неплохо. Можешь идти работать, я налью тебе воды, когда закончишь.

Доставщик вздохнул и провел рукой по лбу, стирая пот. На лбу, ближе к виску, у парня был шрам в форме полумесяца, отчего он напоминал бутафорного Бао Цинтяня2.

2 Бао Цинтян (包青天,Bāo Qīngtiān) — Бао Чжен (кит. упр. 包拯, пиньинь: Bāo Zhěng; 999, Хэфэй, Аньхой — 1062, Кайфэн) — китайский государственный деятель и судья времён эпохи империи Сун. Известен как прообраз мудрого, справедливого и неподкупного судьи Бао, главного героя ряда литературных произведений. Часто изображался со шрамом в форме полумесяца, который находился в центре лба.

Пока официантка делала кофе для посетителя, доставщик еще раз проверил накладную, после чего прислонился к стойке и стал ждать обещанную воду.

— Сестричка, ты не знаешь, где находится особняк Чэнгуан? — спросил он как бы между прочим.

— Особняк Чэнгуан? — Название показалось девушке знакомым, но она так и не смогла ничего вспомнить, поэтому покачала головой в ответ. — Нет, не знаю. А тебе зачем?

Парень опустил голову и почесал затылок.

— Да так, слышал, они нанимают курьеров.

Официантка не заметила странностей в его жестах. Накрывая крышкой стаканчик с кофе, она небрежно ответила:

— Я спрошу кого-нибудь позже... Господин, ваш кофе. Будьте осторожнее, он горячий.

Гость, должно быть, заскучал. Он окинул доставщика взглядом и лениво протянул: 

— Чэнгуан — частный клуб. Не знал, что они нанимают курьеров. Подвезти тебя?

До официантки, наконец, дошло, что что-то идет не так, и она с сомнением посмотрела на парня.

— Частный клуб?

Поняв, что его ложь разоблачили, парень скорчил гримасу, прихватил воду и накладную и сбежал.


 

На окраине ярко освещенного делового центра Восточного района раскинулся огромный зеленый массив, созданный рукой человека. Пройдя вглубь около километра, можно было увидеть фешенебельный жилой район, жители которого были вынуждены строить здесь дома, потому как «тишина, сама по себе, ничего не стоит», но «тишина посреди шума и суеты» — бесценна.

Разного рода шикарные заведения, где можно легко сорить деньгами, круг за кругом опоясали местный пейзаж. В зависимости от степени «шика» дорогие заведения расположились в глубине, места подешевле пристроились ближе к улицам. 

Особняк Чэнгуан превзошел всех в округе дороговизной и «шиком».

Владелец клуба был богатым человеком и считал себя ценителем искусств. Сад перед особняком был оформлен в классическом стиле, что делало это место больше похожим на объект культурного наследия.

Строительство клуба только закончилось, и для его продвижения владелец созвал своих богатых и влиятельных знакомых. Кто-то пришел просто пообщаться, кто-то — обсудить дела; некоторые просто появились здесь, чтобы поддержать хозяина; немало было и тех, кто почуял возможности и надеялся, что лицо и тело помогут получить билет в будущее. Парковка была забита роскошными автомобилями, сцена для грядущей ярмарки тщеславия готова. 

Фэй Ду неспешно шагал в сторону особняка, откуда доносился гул голосов и музыка. Он уже выпил свой приторно сладкий кофе и бросил пустой стаканчик в урну у края дорожки и вдруг услышал как кто-то фальшиво присвистнул. 

— Президент Фэй, мы здесь!

Фэй Ду обернулся и увидел стоящую неподалеку компанию — все праздношатающиеся отпрыски богатых родителей. Возглавлял их весьма модно одетый парень, с ног до головы обвешанный всякими побрякушками. Это был один из так называемых друзей Фэй Ду. Его звали Чжан Дунлай. 

Фэй Ду подошёл к нему.

— Смеетесь надо мной?

— Кто смеется над тобой? — Чжан Дунлай положил руку на плечо Фэй Ду. — Я давно заприметил твою машину и ждал тебя. Что ты делал? Почему ты так одет? Подписывал торговое соглашение с президентом США?

Фэй Ду, не удостоив его взглядом, бросил:

— Заткнись.

Чжан Дунлай замолчал, но его терпения хватило на минуту:

— Нет! Я этого не вынесу! У меня ощущение, что я иду с отцом. И как я буду цеплять девчонок?

Фэй Ду остановился. Подцепив пальцем очки, он стянул их и повесил на воротник Чжан Дунлая, после чего снял пиджак, закатал рукава рубашки и начал расстегивать ее. Он расстегнул четыре пуговицы, обнажив край татуировки на груди, затем взял руку Чжан Дунлая, снял с нее три перстня и надел их себе.

— Так сойдет, сынок?

Хотя Чжан Дунлай считал, что успел много чего повидать, но даже он был ослеплен такой блестящей сменой образа. 

В этой компании мажоров Фэй Ду считался королем. Над остальными все еще продолжали бдить их отцы, поэтому они все еще оставались «наследными принцами». 

Молодой господин Фэй лишился матери совсем ребенком, а отец попал в аварию и стал «овощем», едва он достиг совершеннолетия. И теперь, взойдя на «престол» раньше времени, он словно стал на ступень выше других.

У Фэй Ду было много денег и никого, кто мог бы держать в узде. Вполне естественно, что, повзрослев, он стал первым среди всех прожигателей жизни. К счастью он не питал никакого интереса к роли гениального предпринимателя, но в делах старался быть осмотрительным и избегал сомнительных вложений. Поэтому вряд ли бы он просадил все состояние, ведя распущенный образ жизни. 

Однако в последнее время его будто подменили. Он перестал бестолково шататься с друзьями и, похоже, хотел завязать с сомнительными развлечениями.

Засунув руки в карманы, Фэй Ду направился к входу. 

— На самом деле я здесь только для виду, уйду ровно в двенадцать.

— Господин Фэй, ты такой скучный. Почему?

— Вы развлекаетесь не на уровне, — рассеянно ответил Фэй Ду. — Я думаю, пора бы остепениться.

Глядя как ночной ветерок треплет рубашку и длинные волосы Фэй Ду, Чжан Дунлай видел лишь легкомысленность. Так и не определив, что ему не по уровню, он нагнал Фэй Ду в несколько шагов и сказал:

— Боишься, что твой друг из полиции станет читать тебе нотации? Господин Фэй, ты ненормальный? Бросаешь целый лес! И надо было тебе найти это чахлое деревце, чтобы целыми днями … 

Фэй Ду резко обернулся и холодно взглянул на Чжан Дунлая.

В характере Фэй Ду имелось одно интересное противоречие. Его улыбка очаровывала, но как только он принимал серьезный вид, выражение его лица становилось суровым, а взгляд гнетущим.

Чжан Дунлай осекся и не смог продолжить. Он поднял руку и ударил себя по лицу.

— Эм... был неправ, как-нибудь лично извинюсь перед офицером Тао.

Плотно сжатые губы Фэй Ду смягчились, и он махнул рукой, великодушно позволяя считать эту страницу перевернутой. Чжан Дунлай закатил глаза, думая о том, что «государь» был сбит с толку «красавицей», в то время как государство находится в опасности.

Господин Фэй сдержал слово и ушел ровно в полночь, словно Золушка, покинувшая бал с первым ударом часов.

Он прошел сквозь толпу нечисти, миновал какого-то придурка, который с бокалом шампанского в руке попытался произнести тост в его честь, и направился в рощу на поиски Чжан Дунлая.

Этот идиот оказался пьян. 

— Богатство, статус ... и почивший папаша. Господин Фэй, да ты везунчик! — крикнул он.

— Спасибо, но мой отец еще не умер. — Подошедший Фэй Ду кивнул ему и спросил: — Занят?

Чжан Дунлай как раз обсуждал вопрос гармонии в жизни с одной прекрасной девушкой. Дискуссия была в самом разгаре, и они не замечали никого вокруг. Впрочем, этот мажор отличался изрядным нахальством и беспечностью. 

— Господин Фэй, присоединишься? — присвистнув, произнес он. 

— Нет, — ответил Фэй Ду, не замедляя шага. — Боюсь, вы мне не по вкусу. Я ухожу. 

Не обращая внимания на раздававшуюся за спиной невнятную болтовню Чжан Дунлая, он отправился по гравийной дорожке на выход. Его походка была твердой, будто он и не пил эти несколько часов.

Когда Фэй Ду подошел к парковке все пуговицы на рубашке были застегнуты и, как положено, был вызван водитель на замену, поэтому он просто прислонился к софоре и стал ждать.

В конце весны, начале лета Яньчэн наполнялся благоуханием цветущей софоры. Поначалу аромат заполнял окраины, но был едва уловим и его легко заглушали выхлопы автомобилей. Со временем, если его ничто не тревожило, то он возвращался вновь.

Чуть поодаль доносившаяся со стороны особняка музыка мешалась с взрывами хохота и криков. Фэй Ду оглянулся и увидел девиц, развлекающихся в компании лысеющих, но отчаянно молодящихся толстосумов.

К этому часу даже в Восточном районе уже закрылось большинство кафе и магазинов. Деловые господа и лицемеры, которые пришли, чтобы завязать знакомства и обменяться визитками, отбыли до полуночи. Те же, кто остался, прекрасно понимали, что впереди их ждет настоящая оргия. 

Фэй Ду сорвал с дерева белый цветок, сдул с него пыль, положил в рот и медленно прожевал. Заскучав, он стал пролистывать контакты в телефонной книге, палец завис над записью «Офицер Тао», но, подумав, Фэй Ду решил, что для звонков уже поздно.

Постояв недолго в тишине, он начал беззаботно насвистывать; наполненный цветочной сладостью свист постепенно превратился в мотив песни. 

Десять минут спустя появился водитель и робко направил спортивный автомобиль молодого господина по проспекту Наньпин.

Фэй Ду откинулся на спинку пассажирского сиденья, включил аудиокнигу в приложении и прикрыл глаза. 

«Incedo per ignes (Имею тайных врагов), — отвечал Жюльен» — читал приятный мужской голос.

Водителем был вечно недовольный жизнью студент колледжа, которому приходилось работать, чтобы оплачивать учебу. Фэй Ду он принял то ли за испорченного богатея, то  ли за восходящую звезду, перестаравшуюся с пластикой лица, и, вдруг услышав слова из книги, поневоле бросил на него удивленный взгляд. Как раз в этот момент им навстречу неожиданно выскочил автомобиль с включенным дальним светом и едва не ослепил водителя. Выругавшись, студент машинально повернул руль. Автомобиль на «дальнем свете» пронесся мимо.

У водителя перед глазами все еще плясали разноцветные пятна, и он не разглядел ни марку, ни модель. Раздосадованный, он ворчал про себя: «Тупой выпендрежник, ну богач ты, и что дальше? Таких отморозков нельзя пускать за руль!». Вдруг он услышал «бум» и, повернув голову, увидел, что пассажир выронил телефон.

«... — Разве дорога становится хуже от того, что по краям ее в изгороди торчат колючки? Путник идет своей дорогой, а злые колючки пусть себе торчат на своих местах...» — продолжала звучать аудиокнига.

Фэй Ду уснул. Это приложение он использовал как снотворное.

Водитель отвернулся, утратив всякий интерес.

Мда, такой же, как и все: строит из себя личность, а на самом деле пустышка.

Юный водитель, предаваясь пустым размышлениям, ехал по спокойному в этот поздний час проспекту Наньпин. Стоило им отъехать дальше, как на ослепившем студента автомобиле погас дальний свет, и он бесшумно свернул на притихшую улицу Западного района. 

Было около часа ночи. Мигающий фонарь наконец погас. Уличный кот, обходивший свою территорию, запрыгнул на забор.

Вдруг он зашипел, и его шерсть встала дыбом.

Тусклый лунный свет упал на землю, осветив человека. Он лежал, раскинув руки и ноги. На обезображенном лице можно было рассмотреть только шрам в форме полумесяца. На лбу белел обрывок бумаги, будто защитный талисман для сдерживания зомби.

Человек был мертв.

Напуганный кот свалился с забора, подскочил и удрал, не оглядываясь.


 



Комментарии: 6

  • Особняк Чен Гуан написан и через "э", и через "е".. это опечатка или специально, так как курьер возможно произносил название не совсем правильно?

    Ответ от Bonnie Bell

    нет, моя опечатка, спасибо, что написали)

  • Жутко интересно!
    Спасибо за перевод)

  • Вау! Очень заинтересовала новелла.....а как только я узнала,что будет аниме по данному произведению.....прям таки вне себя от радости и восторга..... очень, очень сильно жду перевода и самого аниме. Большущее спасибо за перевод!!!!

  • Интересно. Читаю дальше

  • Спасибо, что взялись за перевод. Очень буду ждать продолжения.

  • Уф, очень интригующе! Стиль и манера повествования очень живые и "живописные". Спасибо, буду ждать продолжения!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *