Человек был высок и одет в черную рубашку и отглаженные брюки. Он расслабленно стоял, держа руки в карманах и скрестив перед собой ноги. Длинные волосы рассыпались по плечам. Стоило встретиться с ним случайно взглядом, как в глазах тут же загорался лукавый огонек, а лицо озаряла улыбка, которой он был готов одарить каждого.

Лан Цяо ни разу в жизни не встречала человека, который источал столько очарования у главного входа в полицейский участок.

— Заместитель Тао, это твой друг?

У Тао Жаня будто зубы свело.

Проницательная Лан Цяо тут же почувствовала неладное и озадаченно спросила:

— Что-то не так?

Тао Жань хотел подойти к этому человеку, но замолчавший Ло Вэньчжоу схватил его за локоть и спросил:

— Что ты здесь делаешь, Фэй Ду?

Фэй Ду выпрямился и, посмотрев на него, ответил:

— Ох, простите. Не знал, что эта земля принадлежит семье Ло.

На лице Ло Вэньчжоу не дрогнул ни один мускул, он лишь сузил глаза, Фэй Ду глядел на него со странным выражением, отдаленно напоминающим улыбку. Лан Цяо не понимала, что происходит, но ей вдруг показалось, что воздух зазвенел от напряжения. Через мгновение Фэй Ду улыбнулся, будто напрашивался на неприятности, но отвел взгляд первым. Он повернулся к Тао Жаню:

— Тао Жань, садись в машину. Если мы задержимся, капитан Ло выпишет мне штраф.

Тао Жань не успел ответить. Ло Вэньчжоу холодно произнес:

— Разве я сказал, что рабочий день окончен? Вы двое возвращаетесь со мной в управление. Надо срочно доложить директору о ходе дела и провести собрание.

Лан Цяо растерялась. Ты же сам только что сказал «оставим все на завтра»!

Фэй Ду лениво вздохнул:

— Климакс у начальства — какая трагедия для людей. Давайте сделаем так: Тао-гэ и ты, прекрасная цзецзе1, поедете в управление со мной. После тяжелого дня вам надо хотя бы посидеть в большой машине, где можно вытянуть ноги.

1 姐姐 (jiejie) — старшая сестра.

— Полицейские машины недостаточно вместительны для тебя? Тогда тебе лучше не знать, что такое машины для перевозки преступников, господин Фэй. Обещаю, ты не сможешь вытянуть даже руку.

— Спасибо, что предупредил, — Фэй Ду не сдавался и фальшиво улыбнулся. — Тао-гэ, я заказал столик в ресторане с европейской кухней рядом с управлением. Даже если ты работаешь сверхурочно, тебе надо поужинать.

— Нам, госслужащим, некогда ужинать. Убийца не пойман, о еде не может быть и речи.

Лан Цяо все еще не могла понять, кого она задела.

Тао Жань не мог вставить и слова; наконец, его терпение лопнуло:

— Хватит! Вы когда-нибудь прекратите?

Губы Ло Вэньчжоу тронула холодная усмешка, он резко повернулся, чтобы уйти.

— Не отставай, большеглазая Лан, на что ты уставилась? Хочешь поглазеть на красавчика, так занимайся этим дома и не трать рабочее время!

— Красавица, не хочешь сменить работу и перейти в мою компанию? — Фэй Ду смерил Лан Цяо взглядом типичного босса. — Ты впустую тратишь время в полиции, я буду платить в пять раз больше.

Тао Жань пристально посмотрел на него:

— Ты тоже поменьше болтай!

Фэй Ду послушно кивнул ему, но продолжал подливать масла в огонь:

— Хорошо, раз просишь ты.

Ло Вэньчжоу разозлился:

— Тао Жань, хватит копаться!

Не желая обидеть двух господ, офицеру Тао оставалось только горестно закатить глаза в ни в чем неповинное небо и догнать Ло Вэньчжоу.

Пройдя несколько шагов, Тао Жань обернулся. Разумеется, Фэй Ду неподвижно стоял на прежнем месте и провожал его взглядом. Будто зная, что он оглянется, Фэй Ду внезапно улыбнулся, прижал кончики пальцев к губам и послал Тао Жаню воздушный поцелуй.

Если бы мировое сообщество учредило приз для плейбоев, то молодой господин Фэй давно заполучил бы Нобелевскую премию.

Ло Вэньчжоу вел машину, будто это был Чанъэ-32, мчась как сумасшедшей на полной скорости, пока они не добрались до управления. Внедорожник Фэй Ду все это время спокойно следовал за ними.

2 Чанъэ-3 китайская автоматическая межпланетная станция для изучения Луны и космического пространства.

Лан Цяо терпела целую вечность, но все же не выдержала и спросила:

— Кто этот красавчик? Он отлично водит!

Тао Жань повернулся и предостерегающе посмотрел на нее, но было поздно.

Ло Вэньчжоу посмотрел в зеркало заднего вида и увидел, что Фэй Ду припарковал внедорожник прямо у главного входа управления. Он позвонил в дорожную полицию:

— Кто-то припарковался у входа в управление, надо выписать ему штраф. У этого типа много денег, так что выпишите ему несколько квитанций.

Через несколько минут перезвонил инспектор из дорожной полиции и робко сказал:

— Капитан Ло, я сказал ему, что он нарушил правила парковки и выписал штраф двести юаней.

Ло Вэньчжоу:

— И что случилось?

Инспектор ответил:

— Он дал мне тысячу и сказал, что постоит здесь еще.

Лан Цяо с опаской покосилась на него:

— Шеф, так собрание будет?

Ло Вэньчжоу:

— Обязательно!

Ло Вэньчжоу не мог держать Тао Жаня вечно. Результаты первого дня расследования были ясны, и не было нужды работать столько времени.

Фэй Ду, так и стоявший у главного входа, сделал кораблик из пачки штрафов, включил кондиционер и откинулся на спинку сидения. В салоне пахло ароматизатором, и звучала английская песня на повторе. Когда песня играла восьмой раз, Тао Жань вышел из управления.

Тао Жань был из тех людей, кто мало заботится о том, как они выглядят: через плечо был перекинут поношенный портфель, волосы растрепались, и неизвестно, когда в последний раз он чистил свои ботинки. На подбородке все еще был пластырь, а лицо выглядело усталым. Меньше всего он был похож на рокового красавца. Он подошел и постучал в окно.

— Господин все еще здесь?

Фэй Ду опустил стекло. Мелодия «You raise me up» вырвалась наружу и переливами растворилась в сумерках. Тао Жань услышал мелодию и нахмурился, но не успел произнести и слова: Фэй Ду, как ни в чем не бывало, выключил музыку.

— Видео, где вы пытаетесь разнять дерущихся выложили в сеть, и я случайно увидел его, — Фэй Ду вышел из машины и указал на пластырь на подбородке Тао Жаня. — Я волновался, ты в порядке?

Тао Жань грустно улыбнулся. Он так устал, разрываясь между Ло Вэньчжоу и Фэй Ду, что разнять десять дерущихся человек было не таким уж и сложным делом.

— Ладно, в следующий раз я постараюсь не показываться этому с климаксом, — Фэй Ду забрал его портфель. — Ты поведешь или просто поедешь?

— Напомню тебе, что с «этим с климаксом» мы выпускались вместе, — Тао Жань открыл дверь и сел на место водителя. — Ты снова поменял машину?

— Тебе не нравились мои предыдущие машины, потому что были слишком броские, так ведь? — Фэй Ду рассеянно обошел внедорожник, направляясь к пассажирскому сидению. — Я купил другую. Она дешевле, но выглядит солиднее. Я буду забирать тебя на ней.

Тао Жань, который собирался пристегнуться, замер и, гладя на Фэй Ду, серьезно сказал.

— Если бы я больше зарабатывал и не проводил столько времени на службе, то давно бы женился. Мой ребенок мог бы уже ходить.

— Я знаю, — Фэй Ду положил локоть на дверцу и улыбнулся ему. — Посмотри на этих юных прожигателей жизни. Они бесцельно тратят свое время и деньги лишь для собственного удовольствия. Забота о тебе — тоже удовольствие для меня. В конце концов, ты столько лет нянчишься со мной, просто потерпи меня еще чуть-чуть.

Фэй Ду:

— Тао Жань, я приглашаю тебя на ужин.

— Я уже сыт одним твоим видом, — Тао Жань протянул руку и и дал ему легкий подзатыльник. — Кого ты называешь Тао Жанем? Прояви немного уважения.

— Я … — с губ Фэй Ду почти сорвались слова полные любви, но, вдруг, он резко произнес: — Какого черта!

Офицер Тао был неприхотлив. Его старый портфель, наверное, был сделан еще во времена династии Цинь и изрядно поизносился за эти годы. Закрытая молния расстегивалась по собственному желанию, и Фэй Ду даже не заметил, что держит портфель вверх дном, потому что не мог сказать, где верх, а где низ. Из перевернутого портфеля выпала папка, и несколько фотографий рассыпались прямо ему на колени. При тусклом свете лицо трупа выглядело жутко.

Фэй Ду резко вдохнул, и не будь он пристегнут, то выпрыгнул бы с сидения.

— На фотографиях мертвый человек? Почему он выглядит так отвратительно?

— Это важные документы, быстро собери их. Все вы — два придурка, от вас одни проблемы. Я забыл, что они в сумке. Их нельзя выносить — это нарушение закона.

Застывший Фэй Ду не смел опустить голову, чтобы не встретиться взглядом с мертвецом на фотографиях, которые продолжали лежать у него на коленях.

— Н-нет, я боюсь крови.

— Там нет крови, — Тао Жань устало вздохнул. — Ты не боишься Ло Вэньчжоу, который доведет самого черта, и хочешь сказать, что тебя пугает мертвый человек?

Фэй Ду наощупь собрал разбросанные фотографии и документы. Прикрыв глаза рукой, он осторожно взглянул на одну фотографию и, убедившись, что там нет крови, вздохнул с облегчением. Будто обезвреживая бомбу, он привел все материалы в порядок и положил их на место.

Изнуренный Фэй Ду притих на пять минут, но, вдруг, спросил:

— Это убийство?

— Да, но оно еще расследуется. Я не могу рассказать подробностей.

Фэй Ду все понял и больше не задавал вопросов. Он положил папку в портфель, застегнул его, и, опустив голову, пытался рассмотреть при слабом свете сломавшуюся молнию.

— Бедняга, — рассеянно произнес он.

Тао Жань:

— Что?

— Он отправился на встречу с кем-то, полный надежд, но даже подумать не мог, что будет убит, — Фэй Ду все еще возился с молнией, а потом начал водить туда-обратно бегунок.

Тао Жань остолбенел.

— С чего ты взял?

— Ну, — ответил Фэй Ду, — вы же сделали снимки пиджака убитого, на нем остался ценник.

— Мы проверили пиджак, он был куплен в местном магазине. Хозяин магазина и записи камер подтверждают, что его купил убитый.

— Я и не говорю, что пиджак оставил убийца. Кому вообще придет в голову надевать на жертву пиджак? — усмехнулся Фэй Ду. — Убитый надел пиджак и не срезал с него ценник, потому что он был ему не по карману. Обычно такая одежда нужна на выход и, надев один раз, люди возвращают ее. Так делают бедные студенты, когда ходят на собеседования. Он был левшой?

Тао Жань не ответил. Он был в комнате Хэ Чжунъи и вспоминал, как там лежали вещи.

— Нет.

Фэй Ду пожал плечами.

— Его ботинки среднего качества и недорогие, за ними хорошо ухаживают, но на левом видны следы износа. Скорее всего, он одолжил обувь.

Но по показаниям того охранника, человек, с которым ссорился Хэ Чжунъи перед смертью, был его земляком или родственником, иначе они не говорили бы на диалекте. Но кто будет наряжаться для встречи с простым знакомым?

Дом Тао Жаня находился недалеко от управления. Он еще не успел разобрался в этой истории до конца и не заметил, что они приехали.

Опомнившись, Тао Жань остановился у подъезда.

— Ты имеешь в виду, убитый специально переоделся для встречи с девушкой?

— Не обязательно. Хотя он и подумал о том, чтобы одолжить одежду и обувь, все же они были слишком формальные. Я думаю, он собирался на собеседование или встретиться с кем-то, кого уважает. Если он действительно отправился на встречу с девушкой, то это, наверное, было бы первое свидание.

Фэй Ду открыл и закрыл молнию на старом портфеле, потом потянул снова, но она не разошлась. Он вручил портфель Тао Жаню:

— Бегунок сломался, я починил … Например, если бы я собрался на свидание с тобой, то не надел бы официальный костюм, просто слегка бы надушился.

Глаза Фэй Ду не были чисто черными, но немного светлее, от чего казалось, что они мерцают в полумраке. В его пристальном взгляде таился намек, будто он хотел что-то сказать, маня и затягивая все глубже и глубже любого, кто смотрел на него в ответ.

К несчастью, заместитель Тао был «слеп».

— Иди ты, — сказал он, — на свидания будешь ходить с девушками, брат для этого не годится.

Размышляя о словах Фэй Ду, он задумчиво спросил:

— Как ты думаешь, зачем ему прилепили записку на лоб?

Фэй Ду:

— Наверное, чтобы труп не ожил.

— Или убийца раскаялся, и подсознательно решил выразить последнюю дань уважения покойному, как это сделали бы другие.

Подумав немного, Тао Жань продолжал расспрашивать:

— А что если закрыто было не все лицо? Что если просто обрывок бумаги застрял в волосах жертвы и закрыл лоб и глаза.

— Лоб? Когда родители ругают детей, сильный обижает слабого, или наказывают домашних питомцев … люди бьют по лбу, когда хотят наказать; или это может быть что-то вроде ценника. Что было написано на бумаге?

— Деньги.

Длинные, четко очерченный брови Фей Ду приподнялись от удивления, придав его облику холодной изящности.

— Что ты думаешь?

— Одного слова мало, можно придумать много вариантов и легко запутаться, — Фэй Ду улыбнулся. — Тао Жань, мы у твоего дома.

Тао Жань очнулся и понял, что наговорил лишнего. Он открыл дверь, но как будто вспомнил что-то, и, повернувшись, спросил:

— Ты ел? Пойдем ко мне, я приготовлю вонтоны.

Фэй Ду остолбенел, и отвел взгляд.

— Ты приглашаешь меня к себе домой? Тебе не кажется, что мы немного торопимся?

Несмотря на всю двусмысленность его слов, он сидел в машине и не двигался.

— Если не хочешь, то так и скажи, все равно не умрешь от голода, — Тао Жань, все еще держась за ручку, слегка наклонился, — протяни руку.

Удивленный Фэй Ду протянул руку, и Тао Жань вложил что-то в его ладонь.

— Если хочешь научиться плавать, лучший способ — надеть подходящую одежду и попытаться проплыть самому, не цепляясь за спасательный круг. Ты ведь не хочешь на самом деле, чтобы я стал геем. Перестань заниматься ерундой. Брат идет домой, и ты возвращайся. Веди машину аккуратнее.

Фэй Ду молча смотрел, как он входит в старую многоэтажку; затем опустил голову и поглядел на то, что ему дал Тао Жань. Это была карточка, которую была доставлена утром вместе с букетом цветов. Аромат туалетной воды еще не выветрился. Вдобавок здесь была пригоршня ирисок.

Ириски были старой торговой марки, и он давно не видел их в продаже, думая, что фабрика давно закрылась. И где только достал их Тао Жань?

Или это могли быть остатки с истекшим сроком годности, но на фантиках не было даты производства.

Фэй Ду развернул одну и стал жевать — конфета была твердая и липла к зубам, но все же сладкая.

Он включил песню, которая заставила хмуриться Тао Жаня, снова поставил ее на повтор и спокойно посидел некоторое время.

Только после того, как съел все конфеты, он поднялся и направился на место водителя. В тот момент, когда он встал, он заметил еще одну фотографию.

Это была маленькая фотография с удостоверения личности. Она упала между сидениями, и Фэй Ду не заметил ее, когда собирал выпавшие документы.

Фэй Ду включил свет и поднял фотографию. В отличие от ужасающего фото, теперь он мог рассмотреть, как выглядел покойный.

Глядя на шрам в форме полумясяца, Фэй Ду медленно нахмурился.



Комментарии: 2

  • Очень интересная история! Скорее бы продолжение:))))

  • Спасибо за перевод! Интересно и интрегующе!!!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *