— Офицер Тао, если результаты экспертизы покажут, что я слишком мнителен, то не могли бы вы сохранить все это в тайне? — Адвокат Лю звонил Тао Жаню уже в третий раз, и каждый звонок заключал в себе все ту же основную мысль: “Как же я хочу вернуться на полчаса назад и отрубить себе руку, которой набрал ваш номер!”

Тао Жань потерянно вздохнул, подумав о том, что этот адвокат Лю пожалуй и вправду чуточку нервозный.

 Адвокат Лю снова принялся нудно растолковывать:

— Иначе в будущем я не смогу работать в своей сфере. Как вы называете, то что сделал? Ни в коем случае никому не рассказывайте. Офицер Тао, мое благополучие и благополучие моей семьи в ваших руках.

Выхода не было, и Тао Жань поручился в третий раз — не хватало только поклясться небесами и заверить все личной подписью. В конце концов осторожничающий адвокат с трудом поддался уговорам и согласился привезти галстук на экспертизу в Муниципальное бюро не откладывая. Уладив дела с ним, Тао Жань виновато повернулся к девушке, сидящей на заднем сидении, и улыбнулся ей:

— Прости меня.

Адвокат Лю потревожил его посреди сеанса в кино, когда в фильме наступил поворотный момент, и главные герои разрывали отношения. Он и его спутница покинули зал под плач главной героини и поток взаимных обвинений — сказать по правде, не слишком удачное начало отношений.

Впрочем, девушка ничего не сказала. Возможно про себя она ругала его на все лады, но оставалась сдержана и никак не показала этого. Она понимающе ответила:

— Если ты очень занят, то можешь не провожать меня. Шифу, остановите возле ближайшей станции метро, а потом отвезите молодого человека, куда ему надо.

Уши Тао Жаня покраснели, и он окончательно смутился:

— Но это… это не очень…

— Все в порядке, — возразила девушка. —Нас тоже часто вызывают работать сверхурочно по выходным. Но мы всего лишь зарабатываем деньги для начальства, а ты работаешь на благо общественной безопасности. Я видела новости в интернете: кто-то из золотой молодежи совершил убийство. Вам нужно как можно скорее раскрыть это дело.

Тао Жань, заикаясь, ответил:

— Не… необязательно из золотой молодёжи… мы… мы еще не установили личность преступника.

За разговором они доехали до метро. Водитель, посмеиваясь, остановил машину и стал ждать, когда девушка попрощается с Тао Жанем. Перед уходом она обернулась и сказала:

— Я была невероятно рада встретить старого школьного друга в чужом городе, Тао Жань, даже несмотря на то, что наша встреча произошла немного странным образом. 

Если бы перед ним сейчас разверзлась пропасть, то Тао Жань несомненно прыгнул бы в нее без оглядки. 

Какова вероятность того, что отправляясь на свидание вслепую в чужом городе вы встретите девушку, с которой учились в средней школе? А насколько вероятно то, что именно эта девушка окажется предметом вашей тайной влюбленности?

Конечно, радоваться тут было нечему. Добейся он свидания хоть с Одри Хэпберн, ему все равно пришлось бы оставить ее и вернуться на работу.

Тао Жань проводил девушку взглядом до входа в метро, и только тогда его поверженный рассудок вернулся на прежний путь. Он глубоко вздохнул, тряхнул головой, чтобы заставить кашу внутри снова обернуться нормальными извилинами, и вновь сосредоточился на деле. 

Как сторонний наблюдатель таксист выдал умозаключение:

— По-моему у вас есть шанс, модой человек. Кажется, вы очень понравились той девушке.

Тао Жань с горечью усмехнулся:

— Шифу, разворачивайтесь, едем в Муниципальное бюро.

Таксист, уже немолодой мужчина, был не особо разборчив когда дело доходило до слухов и сплетен. Запутанные отношения между мужчиной и женщиной или отпрыски богатых родителей, убивающие людей, — ему было интересно все, и он жаждал разговорить Тао Жаня, который в этот момент уже начал жалеть, что отказал двум своим бестолковым друзьям на их предложения одолжить ему машину. Чтобы заставить любителя поболтать умолкнуть, он сделал вид, что вот-вот заснет, надел наушники и включил приложение с аудиокнигами, чтобы избавить себя от разговоров.

На фоне умиротворяющей музыки ему в уши полились слова из книги: “А мне что же останется тогда, — холодно возразил Жюльен, — если я сам буду презирать себя? …”

Это платформа была рассчитана на крайне узкий круг слушателей. Бестселлеров здесь было мало, большей частью это были шедевры мировой классики, гипнотические тексты которых постоянно проигрывали в случайном порядке. Заявку на книгу мог оставить только пользователь, написавший рецензию и входящий в круг «активных читателей». «Активный читатель» должен предоставить объемный художественный анализ произведения и, в случае если работу одобрит редактор, на платформе будет проигрываться аудиокнига. После трансляции другие пользователи могли получить доступ к рецензии. 

Тао Жань не слишком прислушивался  к содержанию, а просто использовал музыку на заднем фоне, чтобы оградить себя от шума, пока он приводил мысли в порядок.

Вскоре такси съехало с главной дороги и уже было на подходе к Бюро. Тао Жань уже приготовился закрыть приложение, но тут зазвучала завершающая речь:

— Итак, для вас звучал отрывок из романа “Красное и черное” знаменитого французского писателя Стендаля. Далее мы открываем доступ к рецензии, которая была написана нашим постоянным читателем с айди “Чтец”.

Это имя, будто внезапный удар молнии, мгновенно поразило Тао Жаня на месте.


 

Считается, что вечер пятницы обязан быть приятным и расслабленным, весь город предвкушает выходные, и только сотрудники Муниципального бюро либо уже находились там, либо спешили обратно, чтобы приступить к работе.

После звонков Лан Цяо и Тао Жаня, Ло Вэньчжоу больше не мог усидеть в больнице. Его идея как раз совпала с мыслями Фэй Ду, хотя у президента Фэя не имелось важных дел; его главной проблемой было большое количество народа в больнице и безобразные условия. 

Эти двое на редкость быстро договорились, и сила их действий буквально удвоилась. Фэй Ду немедленно позвонил помощнице, приказав прислать за ним машину, в то время как Ло Вэньчжоу беззастенчиво согласился прокатиться.

Было почти десять, когда Лан Цяо прислала ему сообщение с новостями, отобрав самые последние сводки. Прочитав их Ло Вэньчжоу молчал долгое время. Никонец он ни с того ни с сего заговорил:

— По предварительному заключению судмедэксперта Чэнь Чжэнь умер от однократной передозировки наркотиков.

Слушая одностороннюю “беседу” Ло Вэньчжоу в больнице, Фэй Ду в общих чертах разобрался во всей истории, в которой пострадала его любимая машина. Сейчас его нос не терзал запах крови, температура в машине была комфортной, а сам Фэй Ду как раз только съел легкий ужин, который привезла его помощница. Он плавно остановил машину у пешеходного перехода; дожидаясь красного света, он воспользовался паузой и взял коробочку с банановым молоком, чтобы сделать несколько глотков. Сладкий напиток наполнил его невероятным спокойствием, и он ответил Ло Вэньчжоу:

— Звучит странно — не слишком цивилизованно.

Услышав слово “цивилизованно”, Ло Вэньчжоу поневоле уставился на него:

— Даже представить не мог, что преступникам можно предъявить настолько высокие требования.

— Не в этом смысле, — пояснил Фэй Ду. — Насколько бы ни был плох человек, он все же не так сильно жаждет идти на отчаянный риск. Например, те люди, что пытались тебя убить и начали стрелять прямо на улице.  Это случилось от того, что они уже раскрылись перед тобой. Если бы ты сбежал, то им бы пришел конец, из-за страха последствий они лишились рассудка. Это причинно-следственная связь и ее никак не обратишь в прошлое. Настоящему безумцу очень сложно находиться долго среди нормальных людей.

В этом случае великие умы сходились, потому как У Сюэчунь твердо заявила, что Чэнь Чжэнь “в безопасности”. Если девчонка не солгала в тот раз, это доказывает, что по крайней мере в тот момент, когда она видела его, Хуан Цзинлянь и его банда не имели намерения никого убивать. К тому же если бы они с самого начала собрались убить Чэнь Чжэня и его самого, то не позволили бы Ло Вэньчжоу так долго разговаривать с У Сюэчунь.

Однако Чэнь Чжэнь умер от предозировки, и все это никак не походило на несчастный случай.

— Впрочем, дозу вкололи они. Но, кстати говоря, очень сложно понять, как могут люди, которые круглый год имеют дело с наркотиками, неправильно рассчитать дозу и случайно убить человека, — неторопливо рассуждал Фэй Ду. — Если бы я попал под подозрение в сокрытии банды наркоторговцев и ко мне бы безрассудно вломился посторонний и начал расспрашивать повсюду, то я бы точно не стал убивать его, не обдумав это тщательно. 

Он говорил таким тоном, будто разговор шёл о погоде и, слушая его, Ло Вэньчжоу почувствовал, как кожа на затылке немеет. Но замечания Фэй Ду неизбежно оказывались дельными, поэтому он, продолжая злиться, все же спросил:

— А что бы ты сделал?

—Шаг первый — взять его под контроль, выяснить сколько ему известно, как глубоко он осведомлен и не стоит ли кто-нибудь за ним. Затем наркотиками, силой, угрозами и прочими подобными методами я бы сломил его волю. Как только я узнал, что убитый находится на начальной стадии сотрудничества с тобой, а не работает полноценным информатором, что он не смеет полностью доверять тебе,  что он из простой семьи и у него нет близких родственников, то я перешел бы ко второму шагу. — Фэй Ду продолжил свою речь, сдобренную вкусом бананового молока. — Шаг второй, используя малые дозы я бы заставил его пристраститься к наркотикам, и, пока он был бы в одурманенном состоянии, я бы многократно прививал ему мысль, что это именно ты продал его, промыл бы ему мозги, заставив думать, что ты действуешь заодно с этими людьми. Таким образом, он очень просто потеряет надежду, придёт к мысли, что в мире нет так называемой справедливости, и для такого человека как он есть только один путь выживания — смирение. 

Поразглядывав его какое-то время, Ло Вэньчжоу отпустил замечание:

— Тебе в самом деле недостает человечности. 

Не придав его словам никакого значения, Фэй Ду продолжил:

— Шаг третий. Он уже зависим, и я по усмотрению уже могу начать давать ему подачки: дать ему понять, что мы не такие уж и злодеи, все так же бережем человеческие ценности — все верно, у него вполне легко возникнет стокгольмский синдром, а у меня будет полная власть и над его разумом и над духом. Когда ты и твои люди придете во всеоружии, чтобы освободить его, мне останется только сказать, что мы повздорили из-за того, что не могли поделить прибыль поровну, и теперь тайно ведём борьбу. Он тут же сдаст тебя со всей ненавистью, став гвоздем, который разобьет ваш союз.

Возможно от того, что между ними как раз слегка смягчилось настроение, или от того, что машину заполнил аромат бананового молока, который не мог заставить человека сохранять строгость, но Ло Вэньчжоу впервые, выслушав дикие рассуждения Фэй Ду, не стал метать громы и молнии. Помолчав какое-то время, он вдруг сказал:

— Если однажды ты решишь нарушить закон, то у нас по всей вероятности могут быть большие проблемы. 

Фэй Ду лишь молча усмехнулся.

Но в следующий момент Ло Вэньчжоу добавил:

— Но это все пустые разговоры, да еще и со мной. Вряд ли ты станешь применять все сказанное на практике или открывать повсюду курсы “Идеальное убийство”. Так что у нас есть возможность время от времени брать небольшой отпуск, ходить на свидания после работы. Поэтому, от имени организации, позволь выразить тебе благодарность.  

Фэй Ду изумленно уставился на Ло Вэньчжоу.

Почему он реагирует не как обычно?

Ло Вэньчжоу кивнул и добродушно сказал:

— Надо вручить тебе еще одно почетное знамя. Тебе есть еще что добавить? Расскажи для справки, пожалуйста.

Фэй Ду закрыл рот, и не сказал Ло Вэньчжоу ни слова до самого приезда в Муниципальное бюро Яньчэна.   

 

У главного входа Бюро, едва Ло Вэньчжоу вынес одну ногу из машины, как рядом тут же остановился полицейский автомобиль, из которого торопливо выскочила Лан Цяо. 

— Шеф! Ма Сяовэй исчез!

— Не кричи. — На рану на спине Ло Вэньчжоу только наложили швы и половина его тела все еще была немного парализована. Одной рукой он вытащил портсигар, вставил в зубы сигарету и спокойно сказал:  — Очень хорошо, что он исчез.

Девушка уставилась на Ло Вэньчжоу, и ее необычайно большие глаза округлились. Она открыла рот, но прежде чем успела хоть что-то сказать, ее взгляд скользнул мимо Ло Вэньчжоу и приземлился где-то далеко за его спиной. 

— Это же…

Ло Вэньчжоу повернул голову в том же направлении и как раз увидел, как на противоположной стороне улицы возникла боязливая тощая фигурка. Вытянув шею, человек смотрел в сторону Муниципального бюро. К нему приблизился другой человек и перевел его через дорогу. 

Лан Цяо пришла в изумление:

— Мая Сяовэй и тот кривоногий очкарик! 

Сяо Хайян наконец заменил сломанные очки на новые. Толстая темная оправа делала его на пару лет старше. Перейдя дорогу с Ма Сяовэем он остановился перед Ло Вэньчжоу:

— Капитан Ло.

Ло Вэньчжоу как будто вовсе и не удивился, увидев его. 

Он приветливо кивнул:

— Пришел? Что же, идемте внутрь.


 

В Муниципальном  бюро даже и не пахло выходными: освидетельствование трупов, экспертиза галстука, допросы свидетелей и преступников — бригада уголовного розыска и судмедэксперты суетились по всему зданию. Мама Хэ, на время оставленная в дежурной комнате, неизбежно встревожилась. Стоило только произойти малейшему шевелению, как она нетерпеливо выглянула, чтобы посмотреть.

Когда все вошли внутрь, ведя с собой Ма Сяовэя, они увидели маму Хэ, топчущуюся в нерешительности чуть поодаль в коридоре. Она взглянула на Ло Вэньчжоу, остановилась и перевела подозрительный взгляд на Ма Сяовэя.

— Это мать Хэ Чжунъи, — сказал ему Ло Вэньчжоу.     

Вяло шагавший Ма Сяовэй замер и в ужасе уставился на нее. 

Слабая женщина и истощенный подросток растерянно смотрели друг на друга. Через некоторое время, должно быть от того, что облик подростка вызвал в ней мысли о сыне, она осторожно спросила:

— Ты… ты знал моего сына?

Ма Сяовэй отступил на полшага.

— Мой Чжунъи был хорошим мальчиком, ты ведь знал его? — Мама Хэ, дрожа, шагнула вперед, глядя на Ма Сяовэя пылким взглядом. Она все глядела на него, и по ее щекам покатились слезы. Она вытянула шею и сделала глубокий вдох. — Кто убил его? Кто? Мальчик, скажи тетушке, кто же убил его?

Глаза Мая Сяовэя покраснели и он вдруг со стуком рухнул на колени.

— Я, это я! — зарыдал он. — Прости меня, Чжунъи-гэ, простите… простите…



Комментарии: 2

  • Тоже очень ждала главы, спасибо огромное, очень интересная история!

  • Оооо, спасибо-спасибо-спасибо!!!! Вот это подарок на выходные! Перевод шикарен! И ещё триста тысяч "спасибо"💕

    Ответ от Bonnie Bell

    пожалуйста))) спасибо за теплые слова)))

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *