— Я тоже видела новости. Это случилось недалеко, да?

— Если проехать дальше по улице Наньпин. Иногда, по дороге к родителям, чтобы не ехать по мосту, я сокращаю дорогу здесь. Конечно место неспокойное, но я даже подумать не могла … Ой!

Две девушки из отдела кадров не спешили приступать к работе и болтали в чайной комнате, не замечая, что их подслушивают. Заметив постороннего, одна из девушек вздрогнула и едва не пролила кипяток из наполненной доверху чашки на пол.

— Осторожно, — Фэй Ду придержал чашку и отставил ее в сторону. — В следующий раз не наливайте горячую воду. У вас такие нежные руки, что если вы обожжетесь?

Фэй Ду редко повышал голос и говорил то же, что и все люди; но даже самая простая фраза, слетевшая с его губ, вызывала чувство близости с ним, что очень обольщало. К счастью, это наваждение проходило, стоило ему договорить и уйти.

— Президент Фэй, вы меня так напугали! — перепугавшиеся девушки расслабились, увидев, что это был он.

Прежний президент Фэй был властным и жестким человеком, и в отличие от него молодой господин Фэй — его наследник — был просто талисманом удачи для компании.

Будучи известным плейбоем, Фэй Ду проводил четкую границу между личной жизнью и работой: избалованный богатей оставался за пределами компании и появлялся «солидный» человек, не доставляющий проблем.

Простые служащие считали, что младший президент Фэй не пользуется положенной властью и не так уж часто выполняет свои обязанности. Обычно он перебрасывался заигрывающими фразами с девушками, но был тактичен и не переходил черту, придерживаясь правила «заяц не ест траву возле собственной норы». Он казался мягким и покладистым, и его совсем не боялись.

Фэй Ду вытер пролитую воду бумажным полотенцем, вернул чашку и небрежно спросил:

— О чем вы только что говорили?

— В Западном районе вчера произошло убийство, и преступника еще не поймали. Может быть отделу кадров разослать письма на почту сотрудников? Написать всем, чтобы были осторожны по дороге на работу и обратно.

— Хорошая идея, — серьезно ответил Фэй Ду. — Если все так плохо, то нам стоит уйти в отпуск, пока не поймают преступника. Ваша безопасность гораздо важнее работы.

Девушки знали, что он шутит, но, как обычно, очарованные, они радостно отправились работать.

Через пятнадцать минут Фэй Ду ленивым шагом прошел в кабинет и действительно обнаружил на почте письмо из отдела кадров.

Он добавил в кофе почти полбанки шоколадно-ореховой пасты, как будто решил заменить весь кофеин сахаром. Делать ему было нечего, поэтому он открыл видео, прикрепленное к письму.

— Прошлой ночью в Западном районе Хуаши произошло ужасное убийство. От полиции пока не поступало никаких заявлений. Известно, что убитый — его фамилия Хэ — проживал в одном из домов недалеко от места преступления…

Видео было от одного интернет издания, которое гонялось за сенсациями на угоду публике. Голос за кадром несколько минут с фальшивой участливостью рассказывал о событиях, но неожиданно за пределами объектива раздались крики. Камера тут же переместилась к лавке с едой, словно боясь пропустить горячие новости.

Немолодая женщина в фартуке, должно быть, хозяйка лавки, со свирепым выражением на лице трясла подростка:

— Мелкий паршивец, ты считать не умеешь или совесть потерял? Здесь всего несколько юаней, что ты будешь с ними делать? Купишь гроб своей мамаше?

Эта лавка была из тех, что занимают дорогу незаконно. Как раз в это время здесь было несколько праздных посетителей лет сорока и старше. Они были заняты едой, но даже это не помешало им поделиться своим ценным мнением по поводу происходящего, что они охотно и сделали.

— Тот парнишка купил печеные лепешки, понимаете? Хозяйка сказала ему положить деньги в коробку и самому взять сдачу из другой. Все дело в доверии, разве нет? Он заплатил десять юаней и забрал пятнадцать. Я видел все только что.

— Заплати пять юаней и получи пять. Да он скоро разбогатеет!

— Его надо проучить! Если он в таком возрасте ворует все подряд, то что будет делать потом — торговать наркотиками и убивать? Вы знаете как у нас с порядком? На улице темнеет, и мы не смеем носа из дома высунуть. Я вам скажу — это все отбросы, что понаехали сюда, виноваты!

— Сколько раз мы жаловались, но никто ничего не сделал. Теперь вот человека убили. А мы не предупреждали?

С бурной поддержкой расшумевшихся стариков скандал начал принимать нешуточный оборот. Услышав разговоры за спиной, хозяйка лавки разозлилась до такой степени, что начала колотить воришку. Он съежился и закрыл голову руками, открывая взгляду пунцовые уши и шею. Он не проронил ни звука, только пытался увернуться.

Несколько человек, стоявших поблизости, не выдержали и попытались оттащить хозяйку, но, неожиданно, оказались сами втянуты в драку. В мгновенье ока простая стычка превратилась в противостояние коренных жителей Западного района с приезжими. Сцена больше напоминала склоку в курятнике; камеру пару раз тряхнуло. Фэй Ду размешал кофе; чувствуя, что эта раздутая на пустом месте история вызывает у него адскую скуку, он хотел закрыть видео.

Вдруг на видео кто-то крикнул:

— Полиция!

Однако полицейские не могли вмешаться, когда обычные люди выясняли отношения. После некоторого замешательства, несколько человек в форме попытались протиснуться и разнять дерущихся, но в суматохе были затянуты в разбушевавшуюся толпу; кто-то сбил очки с молоденького полицейского.

Фэй Ду увидел знакомую фигуру. Рука, которую он протянул, чтобы закрыть видео, замерла.

 

 

После обеда Ван Хунлян объявил, что его ждет встреча, и сбежал из участка, оставив Ло Вэньчжоу разбираться с финальным актом уличного представления.

Ло Вэньчжоу, сложил руки за спиной и, наклонившись, внимательно рассматривал лицо Тао Жаня.

— В прошлый раз, когда мы помогали отделу по борьбе с наркотиками ловить наркоторговцев, перестрелка длилась двадцать минут и все остались целы. Я понял — стоит тебе пропасть с моих глаз, как у тебя сразу случаются неприятности. По дороге домой не забудь заехать в больницу и сделать укол от бешенства.

Неизвестный герой оставил глубокую царапину на подбородке офицера Тао; видимо, он использовал стиль «костяной коготь» Цзю Иня1.

1 Цзю Инь (九阴)  герой трилогии "Кондор", написанной в жанре уся; автор Цзинь Юн (Louis Cha).

Полицейские обходили местных по делу Хэ Чжунъи и застали начало потасовки. Причиной стал приезжий паренек, который украл несколько юаней в закусочной. Кто мог подумать, что из-за этих нескольких юаней начнется массовая драка причем с участием полицейских, которые попытались вмешаться и разнять дерущихся. Сейчас все находились в участке, где творился полный беспорядок. Местные, затеявшие драку, никак не успокаивались даже в участке. Среди ругани и проклятий раздавались монотонные голоса полицейских, повторявших «на корточки» или «тишина», будто их словарный запас был ограничен. Подкрепление, прибывшее с других участков, стояло рядом, не зная, куда себя деть.

Ло Вэньчжоу вошел и со всей силы хлопнул дверью, приводя в чувство сцепившееся войско. Напуганные грохотом люди повернули головы и уставилась на него.

Ло Вэньчжоу прислонился к косяку.

— Кто напал на полицейских?

Все молчали.

— Не хотите признаваться? Думаете, всех не накажем? — в голосе Ло Вэньчжоу зазвучали металлические нотки. — Хорошо. Задержать всех, сообщить семьям, пусть вносят залог, те, у кого нет семьи — довести до сведения работодателей. Слышал, что есть личности, которые занимают дорогу и незаконно торгуют? Очень хорошо, они будут строго наказаны и оштрафованы. Также я предупрежу коллег из участков о том, чтобы они особо следили за людьми, у которых были проблемы с законом.

Едва он закончил говорить, мужчина лет пятидесяти вскочил на ноги и закричал:

— О каких "проблемах с законом" ты говоришь? С чего это мы напали на полицейских? У тебя есть доказательства? Вы нас задержали без доказательств! Я тебе скажу, у меня вообще сердце больное!

Ло Вэньчжоу не отреагировал на его слова и спокойно спросил:

— Ты слышал о правоохранительных органах? Неуч.

Как будто специально, в этот момент вошла Лан Цяо и вручила Ло Вэньчжоу только что распечатанные документы. Просмотрев их, он бросил многозначительный взгляд на предводителя беспорядка:

— Какое совпадение!

После этого он достал телефон и набрал номер.

— Алло, директор Хань, это Вэньчжоу … нет, нет, все суечусь. У вас в университете есть охранник, которого зовут Юй Лэй, не так ли?

Скандалист сначала остолбенел, а потом побледнел. Похоже, он собирался свалиться с сердечным приступом на самом деле.

Продолжая разговор, Ло Вэньчжоу улыбнулся ему:

— Пожалуйста проверьте: «Юй2» — две вертикальные черты и одна горизонтальная, «Лэй3» три иероглифа «камень», мужчина, пятьдесят три года. Ничего страшного не случилось, просто старик слишком бодр для своего возраста и затеял массовую драку. Он задержан нашими коллегами из местной полиции. После ареста он сказал, что у него проблемы с сердцем. Вдруг у него случится приступ? Если об этом узнают, у нас могут быть проблемы. Мы не можем взять на себя такую ответственность. Тетушка Хань, прошу вас, пришлите кого-нибудь и внесите за него залог, пока он не потребовал компенсацию.

2 Юй
3 Лэй

— Я … я боролся за безопасность жителей района, — Ло Вэньчжоу не успел закончить разговор, как тот мужчина, которого звали Юй Лэй запаниковал. — Это была самооборона!

Ло Вэньчжоу усмехнулся:

— Вы даже знаете, что такое «самооборона»?

Юй Лэй ткнул пальцем в сторону нескольких молодых людей, с которыми они демонстративно сидели по разным сторонам:

— Да, я защищал себя! Это кто-то из них убил вчера, я все слышал!

Никто не мог предположить, что фарс с общественным порядком закончится раздельным допросом.

Все полицейские из уголовного отдела, которые опрашивали местных и искали улики, поспешно вернулись в участок, чтобы собрать показания.

— По словам старого хулигана Юй Лэя, вчера вечером после того, как он выключил свет и лег, уже засыпая, он услышал как ссорятся два человека. Оба говорили на диалекте, и он не понял из-за чего они ругаются, но голоса были знакомые, — Лан Цяо откинула длинные волосы назад. — Мы проверили: дом Юй Лэя находится примерно в пятидесяти метрах от того места, где нашли убитого. Он живет в небольшом доме. Если он оставил окна открытыми, то мог что-нибудь услышать.

Ло Вэньчжоу:

— В котором часу это было?

— Неизвестно, он сказал, что лег в девять и бессонницей не страдает. Если он был полусонный … возможно в половину десятого, тогда это совпадает со временем смерти. Также несколько человек, которые живут рядом слышали слабые звуки, но по вечерам в этих местах пьяные часто устраивают драки, люди привыкли к этому и не суются не в свое дело, не говоря о том, чтобы пойти проверить.

— Шеф, — Тао Жань с уже заклеенной пластырем раной, заглянул в кабинет. — Есть один человек, пойдем посмотришь.

В комнате для допросов Сяо Хайян, очки которого были перемотаны скотчем, сидел напротив тщедушного подростка.

— Парнишку зовут Ма Сяовэй. Он говорит, что ему восемнадцать, но, я думаю, меньше. Массовая драка сегодня днем произошла из-за того, что он украл несколько юаней, — сказал Тао Жань. — Он снимает комнату вместе с Хэ Чжунъи. Вероятнее всего, он был последним, кто видел покойного.

Ло Вэньчжоу кивнул, толкнул дверь и вошел. Ма Сяовэй посмотрел на него. Должно быть, от капитана Ло исходила слишком мощная аура, и на лице мальчишки тут же появилось тревога.

Сяо Хайян:

— Все хорошо, продолжай.

Ма Сяовэй сложил руки вместе и похожим на комариный писк голосом стал рассказывать:

— Он … Хэ Чжунъи был из провинции Н. Они земляки с нашим соседом по комнате, но из разных деревень. Говорят провинция Н большая, и Чжунъи-гэ4 жил в какой-то глуши. Он приехал в прошлом году. Он очень хороший и общительный, и такой старательный, всегда делал уборку … и ни с кем не враждовал.

4 (ge) — старший брат

— У него были друзья или родственники в этом городе? — спросил Сяо Хайян.

Ма Сяовэй опустил голову и отрицательно замотал:

— Нет … не знаю… не видел.

Ло Вэньчжоу вмешался в разговор:

— Где ты был вчера вечером с восьми до одиннадцати?

Ма Сяовэй сглотнул и, будто не осмеливаясь взглянуть на него, прошептал:

— Д … дома.

— И чем ты занимался?

— Ничем … просто смотрел телевизор.

Ло Вэньчжоу:

— Один?

Ма Сяовэй вдруг осознал, что он имел в виду, и его лицо изменилось.

— Все хорошо, малыш, — Ло Вэньчжоу выдвинул стул, сел напротив Ма Сяовэя и доброжелательно улыбнулся ему. — Это отдел особо тяжких преступлений, мы занимаемся уголовными делами. Тебя не посадят в тюрьму из-за кражи нескольких юаней. Не нервничай так.

Ма Сяовэй заерзал на стуле.

Ло Вэньчжоу продолжил уже другим тоном:

— Но если это повторная кража, особенно после вынесения предупреждения, даже если украдено мало денег, то за это можно понести наказание. Ты ведь сделал это не в первый раз?

Ма Сяовэй испугался еще больше и, кажется, забыл как дышать.

Ло Вэньчжоу слегка постучал по столу:

— Ты смотрел телевизор один? Что насчет тех, кто живет с вами?

— Вчера Хэ Чжунъи вернулся с работы, переоделся и ушел. Чжао-гэ … тот, что приехал из одной провинции с Чжунъи, уехал несколько дней назад в деревню на похороны. Другие ребята ушли искать, с кем поиграть в карты. Я … я был один, но это был не я …

— Я не говорю, что это ты, — Ло Вэньчжоу прервал его несвязные оправдания. — Местные, кто живет неподалеку, говорят, что рядом с местом преступления кто-то ссорился. Судя по расстоянию, на котором находится дом, где ты живешь, ты тоже должен был что-то слышать. Слышал что-нибудь?

Ма Сяовэй с силой прикусил губу.

— Если ты что-то слышал, так и скажи, если же нет, просто ответь нет. Неужели об этом надо долго думать?

— Н-наверное слышал, звук на телевизоре был тихим …

Ло Вэньчжоу:

— Примерно в какое время?

Ма Сяовэй выпалил:

— В 9.15.

Как только он произнес эти слова, Сяо Хайян, который делал записи, и Тао Жань, стоявший у двери, посмотрели на него.

Ло Вэньчжоу сузил глаза:

— Ты только что сказал «наверное слышал». А теперь можешь назвать точное время?

Ма Сяовэй молчал.

— Сяо Ма, ты должен сказать правду, — тихо сказал Тао Жань. — Откуда ты знаешь, что это было точно в 9.15. Ты слышал что-то или был поблизости от места преступления в это время? Что ты знаешь?

Ло Вэньчжоу не дал времени ответить Ма Сяовэю и заговорил:

— Если ты сейчас не расскажешь всю правду, то станешь главным подозреваемым в совершении убийства.

— Я верю, что это не ты, — Тао Жань продолжал изображать доброго полицейского. — Если ты не делал этого, то тебе нечего бояться, просто расскажи все, что знаешь. Это серьезное дело, убит человек. Ты понимаешь, не так ли?

Ма Сяовэй невольно посмотрел на него как на спасителя.

Ло Вэньчжоу ударил по столу:

— На кого ты смотришь? Рассказывай!

— Это не я … я слышал, — казалось, Ма Сяовэй сейчас расплачется. — В 9.15 кто-то ссорился внизу. Голоса были знакомые, и я хотел спуститься проверить …

— Что ты увидел?

— Ничего, — Ма Сяовэй распахнул глаза. — Ни души, как будто мне приснилось, и фонарь не работал … я … я …

Ло Вэньчжоу спросил с издевкой:

— Парень, ты нам страшилки рассказываешь?

Глаза Ма Сяовэя покраснели. Он посмотрел на него взглядом полным страха. 

Они задавали вопросы снова и снова до самого вечера, когда рабочий день давно закончился. Ма Сяовэй был близок к обмороку, но так и не сказал ничего полезного, раз за разом повторяя свою историю о привидениях.

— Я думаю, это не он, — сказала Лан Цяо, когда они выходили из участка.

— Этот парнишка не так уж и хитер, стоит его напугать и он сразу выложит все как есть. Если бы он что-то знал, то не выдержал бы допроса и рассказал … Но история о голосах очень странная.

Ло Вэньчжоу только хмыкнул в ответ.

Тао Жань:

— Что?

— Не уверен, — сказал Ло Вэньчжоу. — Возможно, он рассказал нам часть правды, но он точно что-то скрывает — оставим все до завтра. Куда вы двое собираетесь? Вернетесь в управление или …

Его слова прервал свист.

Три офицера полиции одновременно вскинули головы и увидели припаркованный на обочине двухметровый внедорожник, и человека, который стоял прислонившись к нему.

— Офицер Тао, сегодня был тяжелый день. Подвезти тебя домой?



Комментарии: 0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *