— Ты всегда будешь сражаться с врагом на пике своих сил? — спросил Гуру, равнодушно посмотрев на старшего ученика. Дай Мубай вздрогнул, эта короткая фраза лишила его дара речи. — Ты прекрасно знаешь, что Оскар может создавать грибные сосиски, так почему ты дал возможность Ма Хунцзюню есть их? Если бы ты с самого начала отрезал ему путь к Оскару или по возможности берег свою силу духа, то победа была бы твоя.

— Как приятно, — Жирок протянул руку к плечу Оскара, — не думал, что мы когда-нибудь одолеем Босса Дая. Просто восхитительно. Сяо Ао, твоя сосиска — это настоящее чудо! 

— Конечно! — озорно улыбнулся Оскар. — Чему ты так удивляешься? Я же теперь тоже Духовный старейшина.

— Как вы можете собой гордиться? — мужчина перевел свой холодный взгляд на парочку. — Ма Хунцзюнь, почему ты позволил Оскару упасть, когда действие сосиски прекратилось? Если бы у Мубая еще осталась сила для атаки, и он бы на него напал, что бы ты сделал? 

— Я… — Ма Хунцзюнь ошарашенно посмотрел на Гуру.

— И ты тоже, — мужчина посмотрел на Оскара. — Ты как мастер системы пищи обязан как можно дольше оберегать самого себя. Он не помог тебе, так почему ты не ухватился за него, чтобы дальше оставаться в воздухе? Если бы Мубай не истощил себя, тебя бы давно обезвредили. А если бы это был враг, ты был бы уже мертв. Духовный старейшина? Да даже Титул Доуло системы пищи проигрывает мастеру боевого духа.
Дай Мубай, Оскар и Ма Хунцзюнь в оцепенении уставились друг на друга. Голос Гуру был холоден и ровен, но каждое его замечание попадало прямо в цель1.

Попадать прямо в цель (一针见血) — букв. кровь с первого укола. обр. в. знач. не в бровь, а в глаз.

— Сяо Сань, — обратился мужчина к Тан Саню.

— Да, учитель? — юноша сделал шаг вперед.

— Расскажи мне о своих впечатлениях от боя с Сяо У.

— Я все испортил, — сказал он и покраснел. — Я не должен был поддаваться ее Чарам настолько, чтобы потерять сознание. Я не знал ее третьей способности, но все равно выпустил сеть, что сделало меня еще беспомощней.

— Хорошо, что ты знаешь свои ошибки, — кивнул Гуру. — Ты допустил самую серьезную ошибку. Лев бросается на зайца со всей силы2, а ты этот закон нарушил. Подобное непростительно. Сражайся ты по-настоящему, тебя бы ждала смерть. Помни, что мастер контроля контролирует не только противника, но и самого себя, — наконец мужчина обратился к Сяо У. — Твоя третья способность должна телепортировать тебя на ограниченные расстояния. Если моя догадка верна, тебе досталось кольцо молниеносного кролика. Твое третье кольцо — тысячелетний молниеносный кролик. Этот вид телепортации считается одним из самых редких. Приятный сюрприз. Эта способность хорошо комбинируется с твоим Мягким умением, твоя сила атаки значительно увеличилась. Но почему ты решила, что победила, когда обвила ноги вокруг шеи Тан Саня? Если бы ты в момент третьего использования Тан Санем сети была осторожно, то тут же телепортировалась бы на нужное расстояние и начала атаку заново. Тогда ты бы не оказалась связанной и победила.

Лев бросается на зайца со всей силы (狮子搏兔) — обр. в знач.: не пренебрегать мелочами; относиться всерьез (даже к слабому противнику).

Сяо У тихо высунула язык, но сказать ничего не посмела.

— И вы зоветесь гениями? Монстрами? — лицо Гуру исказилось в неприятной гримасе. — Вы очень разочаровали меня сегодня. Каждая ваша ошибка непростительна на настоящем поле боя. Теперь всех вас ждет наказание. Вы должны пробежать десять раз от школы до Сото и обратно. Вам нельзя использовать силу духа, присматривайте друг за другом. Я бы хотел, чтобы вы закончили к обеду. Тогда сможете поесть. Тан Сань, ты допустил самую серьезную ошибку, поэтому тебе нужно пробежать двенадцать раз. Начинайте немедленно.

Первым побежал Тан Сань. Для него слово — Гуру закон. Сяо У, Дай Мубай, Оскар и Ма Хунцзюнь последовали за ним. Юй Сяоган наказал даже своего ученика, причем жестче всех остальных. Что вообще можно было сказать по этому поводу? И это не говоря о том, что их ошибки и правда были очень серьезными.

— У входа в школу уже приготовлены камни. Каждый из вас должен нести их на спине во время бега. Вы должны помнить, что вы одна команда, и если кто-то не закончил свое наказание, никто из вас не будет есть, — добавил Гуру таким же суровым голосом.

Подростки были духовными мастерами, и сила духа преобразовывала их тела, делая намного сильнее и выносливее обычных людей. Простой бег не стал бы испытанием и не позволил бы Гуру достичь своей цели.

Расстояние от школы Шрек до города Сото было сравнительно небольшое и составляло где-то три-четыре километра, если пробегать туда-сюда десять раз, в итоге получится шестьдесят-семьдесят километров. Но груз все усложнил.

Нин Жунжун не удержалась и хихикнула, увидев, как четверо юношей и Сяо У начали бежать, однако недолго ей оставалось злорадствовать.

— Почему вы не бежите? — спросил Гуру холодным голосом.

— Э… нам тоже нужно? — удивленно уставилась девушка на мужчину. 

— Я же сказал, что все вы понесете наказание. 

— Но это несправедливо! — возмутилась Нин Жунжун. — Мы с Чжуцин не делали никаких ошибок!

— Кто эти ребята для тебя? — спокойно спросил Юй Сяоган.

— Сокурсники, товарищи, — ответила Нин Жунжун, посмотрев на учителя пустым взглядом.

— Есть такое изречение — делить радости и печали, слышала о таком? Вы товарищи, которые желают стать настоящими друзьями, которым можно доверять и подставить спину. Неужели ты думаешь, что можешь просто стоять и смотреть, как их наказывают?

— Я… — Нин Жунжун не нашла подходящих слов для ответа, а Чжу Чжуцин молча побежала за всеми.

Оказавшись у ворот, все осознали, что Гуру с самого начала собирался их наказать, иными словами, он заранее подготовился. Семь корзин, сплетенных из бамбука, были наполнены камнями разных размером, к каждой прикрепили ремни и написали имя. У Дая Мубая, Тан Саня и Ма Хунцзюня были самые крупные камни, у Оскара, Сяо У и Чжу Чжуцин — поменьше, Нин Жунжун же достался самый маленький.

Увидев камень в своей корзине, девушка немного поумерила свое негодование и подумала, что этот Гуру все-таки не настолько неразумен.

Мужчина, взглянув на семерых подростков, бегущих с корзинами за спиной, не мог не улыбнуться.

— Запрещено использовать силу духа при переносе тяжестей и беге на длинные дистанции, разве это не слишком тяжелое наказание? Это же можно считать парой сотен километров. Они даже до темноты не закончат, не говоря уже об обеде. Не думал я, что ты окажешься свирепее меня, — обеспокоенно сказал Флендер, появившись рядом с Гуру, словно из ниоткуда. 

— Нельзя достичь славы и богатства, не стерпев перед этим невзгод и лишений. Я тщательно рассчитал их физическую подготовку. Это не убьет их. Кроме того, думаешь, им не нужно расплатиться за хороший завтрак? Если они не будут вместе преодолевать трудности и радоваться хорошему, они не станут друзьями, которые впоследствии будут доверять друг другу свои жизни.

— Ладно, я же разрешил тебе поступать, как знаешь, — сказал Флендер, подняв руки, показывая этим, что сдается. — Я знаю, что ты заботишься об этих детишках больше моего. Однако я хочу еще раз напомнить тебе, что средства школы ограничены.

— Из любой ситуации можно найти выход. Неужто ты думаешь, что я — это ты, великолепный Духовный мудрец, неспособный распоряжаться расходами одной маленькой школы?

— Я и правда не считаю, что обязан раболепно кланяться и пресмыкаться перед другими. С моей силой несложно стать богатым. Я просто хочу посмотреть, как ты с этим разберешься. Ты все же менее толстокожий.

— Тогда подожди и увидишь, — сказал Гуру, искоса посмотрев на Флендера.

Тан Сань и Дай Мубай возглавляли этот безумный рейд с корзинами на спинах. Как только они начали бежать, они поняли, что наказание, как и ожидалось, было сложным. Если бы можно было использовать силу духа, расстояние в шестьдесят-семьдесят километров не станет проблемой, они легко преодолеют его до полудня. Но в обстоятельствах, когда пришлось идти с грузом и без помощи силы духа, все становилось куда серьезнее.

— Мубай, давай на секунду остановимся, — сказал Тан Сань и резко остановился. Они не убежали далеко, но на смуглом лбу уже выступили капельки пота. Пусть эти двое и использовали ранее много силы духа, сейчас она им была не нужна. Эти двое явно были самыми физическими развитыми учениками в школе. Сяо У, Ма Хунцзюнь и Оскар отставали от них на несколько сотен метров, их нагоняла Чжу Чжуцин, Нин Жунжун бежала последней.

— Что такое, Сяо Сань? — спросил Мубай, остановившись. — Десять кругов — это не мало, лучше сразу бежать.

— Ты помнишь, Мубай? Перед тем, как отправить нас сюда, учитель сказать, что мы — одна команда, а потому должны вместе исполнить наказание. Видишь, Жунжун и Чжуцин наказаны вместе с нами. Исключая то, что я пробегаю двенадцать кругов, вы все должны прийти вместе. Если я правильно понимаю учителя, то он не столько наказывает нас, сколько наставляет. Вчера он сказал мне, что тело — основа всего, и я смог преодолеть свой порог кольца только благодаря физической подготовке. Что важнее, это наказание, возможно, первое наше испытание. Учитель хочет увидеть нашу слаженность. Мы — команда, наших с тобой сил хватит все закончить, но вот другие могут и не справиться. Я думаю, мы должны придумать что-нибудь для того, чтобы помочь всем пройти это испытание.

Будучи единственным учеником Гуру, Тан Сань прекрасно знал его характер. 

— Может быть, и так, — кивнул Мубай. — Тогда подождем остальных и поговорим. Остальная пятерка быстро нагнала юношей, и Тан Сань поделился своими мыслями.

— Я думаю, Тан Сань прав, — нахмурился Оскар. — Гуру хочет проверить нас. Камни, что мы несем отличаются по весу, должно быть, Гуру рассчитал максимальную грузоподъемность каждого из нас. Тан Сань и Дай Мубай смогут пробежать это расстояние, и у них еще останутся силы. Жирок точь-в-точь упирается в свои возможности. Естественно, есть и те, кому не хватит сил. Только общими стараниями мы можем рассчитывать на успех. Вероятно, мы с Жунжун не выдержим первыми, — произнес Оскар и не сдержал кривой ухмылки. Всего два километра спустя он чувствовал, как эта корзина оттягивала спину все сильнее, а на лбу его уже выступил пот. Он понял, что не будет упорствовать с такими расстояниями.

— Лучше бы мы сжульничали, — небрежно сказал толстяк Ма Хунцзюнь. — Смысл переживать, если мы можем тайком съесть сосисок Оскара?

— Сжульничать? — Оскар с несчастным видом посмотрел на товарища. Юноша был слишком проницателен для того, чтобы делать подобные глупости. — Жирок, одно спрошу: ты уверен, что Гуру не поручил другим учителям следить за нами? Если обман обнаружится, это наказание покажется нам блаженством. Кроме того, Гуру преследует великую цель, наказывая нас так, нам это даже на пользу пойдет. Сейчас мы должны думать о том, как бы нам сохранить силы.

— Пусть учитель и заставил нас бегать с камнями на спине, мы не можем использоваться силу духа, а также вес этих камней слишком высок, все, что нам остается сделать — донести их до конца наказания. Оскар, дай мне свой камень, — сказал Тан Сань.

— Хороший сюнди, — озорно улыбнулся Оскар, озадаченно взглянув на товарища. — Однако сейчас в этом нет необходимости. Иначе я здесь буду считаться слабым звеном. С этого момента мы должны бежать максимально медленно, так, чтобы двигаться вместе и сохранить большую часть сил. Когда кто-то не сможет больше, мы поможем ему и возьмем часть груза на себя. Таким образом, мы не устанем сразу, верно? 

— Сяо Ао, я и не думала, что ты настолько сообразителен, — улыбнулась Нин Жунжун. На лице юноши застыло выражение лица, будто этот факт был чем-то само собой разумеющимся.

— Знаешь, меня в детстве назвали смышленым маленьким принцем? Ничего необычного.

Мубай был самым старшим и сильным, поэтому как негласный главарь он решил взять инициативу на себя и показать пример:

— Хватит разглагольствовать, болтовня тоже отнимает силы. Мы побежим, придерживаясь плана Сяо Ао.

Подростки тут же возобновили движение.

Естественно, Оскар и Нин Жунжун как мастера поддержки были самыми слабыми. Поэтому все придерживались их скорости бега. Продвигаясь так, они бежали в сторону города Сото. Так прошел первый круг.

Бегая, каждый ощущал давление груза. Без него это шестикилометровое расстояние от школы до Сото и обратно не стоило бы им ничего. Сила духа, изменяющая тело, давала им выносливость, несравнимую с человеческой. Даже Оскар и Жунжун, мастера поддержки, не были исключением. А с грузом тело потеряло баланс, после первого такого пробега Оскар и Жунжун промокли от пота, остальные также выглядели уставшими. Жунжун была самой слабой, ведь Оскар, хоть и являлся мастером системы поддержки, все же прорвался через тридцатый ранг, а потому стал лучше во всех аспектах. С третьим кольцом он был намного лучше девушки.

Тан Сань и Мубай несли пятнадцать килограмм, Сяо У, Чжу Чжуцин и Ма Хунцзюнь — десять, Оскар и Нин Жунжун — всего пять, хотя им казалось, что на их спинах лежат целые горы. Тело становилось все тяжелее и тяжелее, но им ничего не оставалось, кроме как стиснуть зубы и продолжать в том же темпе.

У ворот школы стоял Гуру, наблюдая за тем, как подростки заканчивают первый круг. 

— Выпейте воды и продолжайте, — сказал Гуру как обычно коротко и настойчиво.

В бочку была налита теплая вода, ее, видимо, смешали с солью, ибо на языке оставался солоноватый привкус. Гуру разрешил всем выпить только один стакан и продолжить бежать.

Время шло, и огненный шар постепенно приближался к зениту, вместе с этим повышалась и температура воздуха. Соленая вода придала немного сил, Тан Сань и Мубай едва почувствовали это, но вот Оскар и Нин Жунжун немного воспрянули духом.

Гуру с каменным лицом смотрел за тем, как ученики уходили в самом начале. Теперь же, когда они вернулись все вместе, во взгляде его мелькнуло удовлетворение.

Взяв бочку, он зашел обратно в школу. Сейчас Гуру был не столько учителем, наставляющим учеников, сколько взрослым, что заботился о них. Он вовсе не пытался жестоко обращаться с ними, скорее, подростки так по-настоящему упражнялись.

Второй круг, третий, четвертый…

На каждый завершенный путь, семеро останавливались и пили теплую подсоленную воду, подготовленную для них Гуру. Теплая вода легко усваивалась, а соль восполняла потраченные силы. Даже Жунжун и Оскар чувствовали, что каким-то образом смогут выдержать четвертый круг, хотя они не останавливались нигде, кроме как у бочки с водой.

Но вот на пятом круге Оскар и Жунжун замедлились, перед глазами все стало нечетким, а ноги потяжелели, словно наполнились свинцом, а камни на спинах все больше напоминали по весу горы. Остальные, поддерживая одинаковую скорость, все еще могли двигаться. Пусть они уже истекали потом, разум их все еще был чист.

— Сяо Ао, давай мне камень, — сказал Тан Сань. Мубай же протянул руку Нин Жунжун. На этот раз юноша и девушка не возражали, они прекрасно понимали, что устали. И если они так продолжат, то не смогут пройти этот круг до конца.

Так Тан Сань и Дай Мубай понесли двадцать килограмм вместо пятнадцати, в корзинах лежало уже два камня. Пять килограмм не казались испытанием, но, когда силы были уже изрядно потрачены, они воспринимались иначе. Юноши еще могли поддерживать необходимую скорость, но дыхание их потяжелело.

Оскар и Жунжун же, наоборот, избавившись от груза почувствовали необычайную легкость. Они снова могли спокойно бежать, они чувствовали себя прекрасно и продолжили бежать со скоростью, с которой начинали.

Пятый, шестой, седьмой круги прошли в таком темпе. Когда начался восьмой, прошло четыре часа. Полдень уже прошел, и солнце начало клониться на запад.

Все с трудом дышали, их легкие будто охватил огонь. Каждый оставлял за собой капли пота на земле. Теперь они выпивали по два стакана подсоленной воды, а также немного отдыхали. Гуру не торопил их и продолжал давать воду.

— Умираю, я умираю, — вторил Ма Хунцзюнь, пошатываясь и едва не падая на землю. Юноша остановился, упер руки в колени и стал жадно хватать воздух. Он был довольно бледен, каждый вдох давался ему с трудом.

Все остановились и лишились дара речи. Взглянув друг на друга, они заметили, что одежда каждого вымокла. Больше всего впечатлений произвела Чжу Чжуцин, она была младшей девочкой, но самой развитой. Одежда прилипла к ее коже, обрисовав соблазнительные изгибы фигуры. Но, к сожалению, все были слишком заняты попытками выровнять дыхание, чтобы обратить внимание на это зрелище.

Тан Сань и Дай Мубай не должны были так устать, но они несли камни Жунжун и Оскара, их ноша была гораздо больше. Среди всех самой расслабленной казалась Сяо У, она хоть и достигла тридцатого ранга, но несла вес, как у Хунцзюня и Чжуцин. Кроме того, сама она весила немного.

Похватав воздух пять минут, все постепенно успокоились. 

— Если мы уже пропустили обед, не лучше ли притормозить? — не удержался Ма Хунцзюнь от вопроса. — Я умираю, если я продолжу бежать, то загоню себя до смерти.

— Притормозить? — возмутился Дай Мубай. — Разве ты не заметил, что подсоленная вода, которую давал нам Гуру, всегда была одной температуры? Но наша скорость непрерывно падала. Очевидно, он рассчитал наши силы и расстояние. Если мы будем бежать слишком медленно, нам могут назначить дополнительное наказание. Хотя Гуру и строг с нами, он также заботлив. Нам следует быть настойчивей. Жирок, давай свой камень.

— Босс Дай, ты в порядке? — спросил юноша, потрясенно посмотрев на однокурсника.

— Жирок, помни, мужчина не может сказать, что он чего-то не может. Давай, — сказал Мубай и выпятил грудь.

Когда Мубай забрал камень Ма Хунцзюня, Тан Сань подошел к Чжу Чжуцин. Он не понимал, почему Дай Мубай не помог ей. Сейчас юноша чувствовал себя так же, как и Дай Мубай в отличие от Чжуцин, которая пусть и молчала, но все же была истощена.

— Я помогу тебе, Чжуцин, — Тан Сань коснулся корзины на спине девушки. Та ловко увернулась, не позволив забрать свою ношу.

— Не нужно, я еще могу идти. Тебе бежать еще два круга после нас, и как ты их пройдешь, если потратишь все силы на нас?

Юноша удивленно посмотрел на однокурсницу. Неожиданно для себя он обнаружил, что она была не такой уж и холодной.

Движение возобновилось. На этот раз все двигались еще медленней. Пусть Мубай ничего и не сказал, шагать он стал гораздо медленней, пот капал все обильней. Ма Хунцзюнь нес десять килограмм, Мубай теперь перешагнул за свой предел и нес все тридцать. Это сильно повлияло на его возможности.

Когда восьмой круг был пройден, Гуру намеренно посмотрел на корзины каждого ученика, но ничего не сказал.

На девятый раз Нин Жунжун и Оскар, пусть не несли никакого груза, достигли предела своих возможностей. Ма Хунцзюнь пришел в себя, Сяо У все еще могла продолжать, но вот Чжу Чжуцин двигалась все медленней. Но Тан Сань выглядел удивительно нормально и, казалось, он успел отдохнуть.

Когда показался Сото, девятый круг был наполовину пройден. Внезапно Мубай споткнулся и упал.

Если раньше юноша легко мог восстановить равновесие, полагаясь на себя, то сейчас он был слишком истощен. Тан Сань всегда шел рядом с ним, поэтому, заметив, что Дай Мубай начал падать, он тут же схватил его за плечо. Двойные зрачки юноши уже слились, Тан Сань замечал это раньше. Подобное происходило, когда Дай Мубай сталкивался с опасностью, это означало, что он достиг предела.

Дай Мубай не мог стоять самостоятельно, он всем телом навалился на Тан Саня. Его грудь поднималась и опускалась от частого дыхания, словно кузнечные мехи. Молодой человек был полностью истощен.

— Босс Дай, ты в порядке? — искренне залепетали все, подбежав к Мубаю. Тан Сань же не сказал ни слова и просто положил самый тяжелый, пятнадцатикилограммовый, камень из корзины Мубая и положил к себе.

— Сяо Сань, не нужно. Я в норме, — юноша с трудом ровно встал, в глазах его читалась решимость. Он взглянул на Тан Саня и сказал: — Ты выдержал даже боль от поглощения кольца паука, почему же я не могу справиться с этим? Я смогу сделать это. Друзья, давайте продолжим, никто не отстает.

Пока все говорили, Дай Мубай забрал свой камень обратно. 

— Босс Дай, я возьму свой камень, — вдруг сказал Ма Хунцзюнь. Оставалось пройти половину, и все понимали, что Мубай не справится. 

— И я! Я чувствую себя гораздо лучше и смогу донести его, — сказала Жунжун, внезапно шагнув вперед.

— Жунжун, все в порядке, — произнес Тан Сань. — Жирок, забирай свой.

Камень вернулся к Ма Хунцзюню, уменьшив тем самым вес корзины Мубая на десять килограмм. Тан Сань же, настояв, забрал пятикилограммовый камень Жунжун. Теперь Тан Сань нес двадцать пять килограмм.

И они продолжили двигаться. Каждый шаг давался с трудом. Дай Мубай с пятнадцатью килограммами и своей стойкостью выдержал.

Девятый круг был завершен совместными усилиями. Пусть подростки и бежали, но их скорость могла сравниться только с ходьбой. С начала наказания прошло три часа.

Жадно глотая подсоленную воду, семеро подростков сами выглядели так, будто искупались в реке. Гуру по-прежнему стоял в стороне и молча наблюдал.

— Друзья, у нас остался последний круг. Постараемся, — сказал Дай Мубай, взбодрившись.

— Сяо Сань, верни мне камень. Остался только круг, я выдержу, — вдруг сказал Оскар. Тан Сань побледнел, он увидел в глазах соседа что-то. Но взглянув на его трясущиеся ноги, юноша покачал головой:

— Нет, я еще не устал.

Оскар двигался рядом с Тан Санем, пот стекал по его лицу, во взгляде читалась решительность.

— Если ты мне брат, отдавай камень. Я смогу.

Нин Жунжун задыхалась, лицо ее было бледным, но, когда она увидела, как Оскар забирает свой камень из корзины, не удержалась и сказала:

— Сяо Ао… ты сегодня… настоящий мужчина…

Оскар слишком устал для того, чтобы смеяться, поэтому он просто выпятил грудь, будто так и должно быть.

Так все семеро монстров Шрека устали, но умы их были напряжены. Иногда разница между талантом и посредственностью заключалась в решительности и воле. Все менялось, когда нужно было выживать, несмотря на условия.

Наконец-то начался десятый круг. На этот раз никто не мог бежать, они просто переставляли ноги. Разве мы не в состоянии это сделать? Нет, мы можем это сделать! Неся камни на спине, подростки медленно продвигались к конечной цели.

Через километр Оскар едва не потерял сознание, камень вернулся к Тан Саню. Через два Чжу Чжуцин отдала свой Сяо У. Через три Нин Жунжун потеряла сознание, Тан Сань отдал свои камни Даю Мубаю, а сам взвалил девушку на спину.

Пройдя километр обратного пути, Оскар не выдержал. Чжу Чжуцин вернула свою ношу. Ма Хунцзюню достались камни Сяо У. Сяо У забрала Нин Жунжун, Тан Сань поднял Оскара. Спустя еще километр сдалась Чжу Чжуцин, Мубай едва успел поддержать ее.

Оставалось пятьсот метров. Тан Сань нес камень Чжу Чжуцин и пятнадцать килограмм камней Мубая, а также Оскара.

Мубай держал в руках Чжуцин. Сяо У — Нин Жунжун. Ма Хунцзюнь — двадцать килограммов. Они шаг за шагом приближались к финишу.

— Поставь меня… поставь, — послышался слабый голос за спиной Сяо У. Девушка споткнулась и чуть не упала, Нин Жунжун соскользнула с нее. Они поддерживали друг друга и медленно продвигались дальше.

Оскар очнулся и с трудом удержался, чтобы не упасть со спины соседа. Взяв друг друга под руки, они пошли вперед.

Чжу Чжуцин все еще пребывала без сознания. Она молчала, но она явно превысила свои возможности больше, чем те же Оскар и Нин Жунжун. Ма Хунцзюнь, хоть и толстяк, оказался выносливей девушки. Мубай тоже помогал ему нести груз, так что его положение было несколько лучше. Но, конечно, Жирок тоже был на пределе. Трое юношей, собравшись вместе, помогали друг другу идти.

Накажи Гуру только одного человека, вроде Оскара или Нин Жунжун, он бы давно сдался. Однако несли это бремя все семеро, взаимопомощь придала их сердцам решимости. Перед глазами у каждого был туман, они лишь смутно видели конец пути. Лишь сила воли подпитывала их.

Тан Сань нес тяжелые камни, помогая также Оскару и Ма Хунцзюню. Пусть он и не мог использовать силу духа, Небесный навык в экстренной ситуации поддержал его, иначе юноша давно бы свалился.

Спина Дая Мубая согнулась от напряжения, его злые глаза покраснели. С каждым шагом он ощущал, что несет на себе миллионы тонн.

Четыреста метров… триста… двести… сто...

Все увидели застывшее лицо Гуру. Даже он был тронут тем, как эти подростки помогали друг другу двигаться дальше.

Целый час ушел на последний круг. Но они сделали это…

Все семеро с глухим звуком одновременно попадали на землю. Оскар, Нин Жунжун и Ма Хунцзюнь почти одновременно потеряли сознание.



Комментарии: 1

  • «Если бы ты в момент третьего использования Тан Санем сети была осторожно» - осторожна)

    «Для него слово — Гуру закон» - мне кажется тире после Гуру 🤔

    «Друзья, давайте продолжим, никто не отстает.» - ага, не отстанет )

    Я прямо как Жирок, когда пробежал 10 метров: умираю, я умираю! 😂
    Чорт, ну эта глава прям ну очень жосткая, Гуру прям ну тиран 😂 а Тан Саню ещё два км бежать! Жуть 😂 но порадовал момент с обжиманиями Мубая И Тан Саня) моё шипперское сердечко сделало ту-дум 😂 но я по прежнему не понимаю схему работы глаз Мубая -_- это что должно произойти чтобы двойные зрачки слились! Это даже представляется жутко 😂
    Мдааа, веселуха крч у них полным ходом, пока читал мои ноги аж заболели 😂
    Спасибо за перевод) ещё и на день раньше 🤔

    P.S. как работают эти комменты? Я отправил сообщение прошлой ночью, а его до сих пор нет, шо за нафиг

    Ответ от Шиди

    Зато потом это им ой как пригодится, там такие испытания лютые будут, что это будет казаться утренней пробежкой на 10 минут :D
    Забавно кстати, что демоническая сущность Гуру отражается именно в названии следующей главы, а не в этой, но в КД всегда с этим беда была ахах
    Ой, а мы-то как визжали на моменте дайсаня
    Насчет зрачков, можете посмотреть арт у нас в группе, специально заказывали и просили там нарисовать двойной зрачок. И представьте как он расплывается и сливается в один, может поможет х)

    Комментарии появляются после того как мы их просматриваем и сами публикуем на сайте, просто только сейчас зашли, простите >.>

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *