— Вот и прибыли, пойдем, — Сяо Цзинжуй сошел с экипажа и, приобняв мальчика, помог ему спрыгнуть вниз. Им навстречу тут же подошло несколько слуг и Сяо Цзинжуй немедленно приказал: — Идите и позовите лекаря.

Согнув спину, Мэй Чансу вслед за ними высунулся из экипажа, не забыв прихватить с собой увесистую связку с книгами. Ему покоя не давал один вопрос — как этот крохотный ребенок вообще смог поднять все эти книги?

— Давай я понесу, — подойдя, твердо сказал Сяо Цзинжуй. Но его опередил очень внимательный слуга, который тут же отобрал из рук Мэй Чансу книги и протянул господину руку, чтобы помочь ему спуститься с экипажа.

Тиншэн быстро взглянул на возвышающуюся над главным входом горизонтальную доску с надписью — "поместье державного Нин-хоу". Взгляд мальчика на мгновение потемнел. Пусть он быстро опустил голову, эта перемена не ускользнула от внимательных глаз Мэй Чансу.

Они отвели Тиншэна в Снежный павильон. Вскоре прибыл лекарь и, осмотрев мальчика, заключил, что у него смещение ребра. Лекарь велел содержать ребенка в покое и дать ему как следует отдохнуть, также мальчик должен был есть питательную еду и ему ни в коем случае нельзя было заниматься физическим трудом. Если не соблюдать эти предписания, то у Тиншэна в будущем неизбежно начнутся осложнения.

При одном взгляде на Тиншэна сразу можно было понять, что живет он в очень плохих условиях. Если сейчас позволить ему уйти — он не сможет выполнить ни одно из предписаний лекаря. К тому же, сколько Сяо Цзинжуй не пытался вытащить из него ответы, Тиншэн так ничего и не рассказал о месте, где он все же живет.

Мэй Чансу, по сравнению с нетерпеливым Сяо Цзинжуем, был гораздо выдержанным. Он велел принести для Тишэна свежей еды и питье. Накормив ребенка, он велел мальчику лечь спать, дабы как следует отдохнуть. Заметив, что Тиншэну неспокойно и он никак не может заснуть, Мэй Чансу взял одну из его книг, чтобы оценить степень знаний мальчика.

— У тебя ведь нет учителя, который учил бы тебя читать?

— Нет.

— Кто же научил тебя этим иероглифам?

— Моя матушка.

Мэй Чансу задумался. Хотя это дитя стремится к знаниям, однако, знания его явно поверхностны и слишком беспорядочны. Как и все его книги — они слишком отличались одна от другой и различались по сложности. Похоже, что список этих книг ему посоветовал не образованный человек, а выбрал он их сам из каких-то собственных соображений. Но откуда у него деньги на эти книги?

— Тиншэн, так не учатся, — Мэй Чансу терпеливо привел все книги в порядок. Из своей спальни он взял еще несколько книг и совершенно спокойно разместил их все в нужном порядке. — Для начала, тебе нужно прочесть эти книги. Это основы. Они написаны ясным и простым слогом, с упрощенным стилем изложения. В них содержатся истины нравственного поведения. Обучение подобно строительству дома - сначала нужно положить ровный фундамент, чтобы дом был высоким, не покосился и не развалился. Если читать без верного порядка, ты не сможешь понять истинное значение книги, а лишь переиначишь свой нрав. Вот эти книги - хорошие, но ты еще слишком для них мал. Скорее всего, ты не сможешь понять все иероглифы, если рядом не будет человека, который сможет истолковать тебе их смысл. Так что пока отложи их. Если в будущем у тебя появится возможность, можешь не стесняться и обращаться ко мне.

Глаза Тиншэна тут же загорелись, но почти сразу помрачнели. Он чувствовал, что сидевший перед ним старший брат был человеком образованным. Вот только Тиншэн не сможет часто посещать поместье знатного господина, чтобы задать старшему брату вопросы и получить на них ответы.

— Благодарю вас, — Тиншэн поднялся на ноги и низко поклонился. — Могу ли я уйти?

— Ну что за ребенок... — у Сяо Цзинжуя уже голова начала от него болеть. — У тебя с самого начала было так много книг, а господин Су дал тебе еще несколько. И как ты собираешься их нести?

Тиншэн взглянул на целую гору книг. Отказываться от них он точно не хотел. Заскрежетав зубами, мальчик храбро произнес:

— Я смогу их донести.

— Прекрати самовольничать, — спешно схватил его за руку Сяо Цжинзуй. — Ты ранен и тебе нельзя таскать тяжести. Я могу послать кого-нибудь с тобой, хорошо?

Тиншэн решительно помотал головой.

Сяо Цзинжуй был бессилен перед этим ребенком. Он беспомощно посмотрел на Мэй Чансу.

Мэй Чансу задумался, но только он собрался что-то сказать, как за пределами Снежного павильона раздались отчетливые крики. Голос принадлежал Фэй Лю, вслед за ним кто-то надрывно закричал:

— Молодой господин, прошу, не деритесь... этот господин...

— Вломился! Бить! — холодно ответил Фэй Лю. По воздуху разнеслись ожесточенные звуки шелестящих одежд.

— Да кто ты такой? Как смеешь ты преграждать мне... — гневно закричал другой человек, но слова его оборвались. Похоже, он не успел договорить из-за яростного натиска Фэй Лю.

— Уходи! Не буду бить! - должно быть, Мэй Чансу приказал Фэй Лю не избивать людей насмерть, вот только его категоричный тон оставался холоднее льда и в нем не нашлось места для уступок.

Сяо Цзинжуй не смог расслышать и понять, кто же тот человек, которому не давал пройти Фэй Лю. Со всех ног выбежав наружу, Сяо Цзинжуй крикнул:

— Фэй Лю, не надо драться. Это гость. Он может войти.

— Ничего не сказал! Уходи! — упорствовал Фэй Лю.

Мэй Чансу едва заметно нахмурился. Не считая тех немногих, кого Фэй Лю знал, о других гостях, решивших нанести визит в поместье Нин-хоу, обычно докладывают слуги. Если кто-то из гостей пожелает повидаться с Мэй Чансу, то об этом сначала скажут Фэй Лю, дав ему указание пропустить их, чтобы не возникло конфликтов. Прибывший гость явно полагался на свое положение, поэтому совершенно спокойно вошел в поместье Нин-хоу - разумеется, слуги не посмели его остановить, а сделать объявление о прибывшем госте они попросту не успели. Ввиду этого, гость спровоцировал на себя Фэй Лю и тот его остановил.

Раньше Мэй Чансу не встречал столь бесцеремонных гостей.

Взглянув на Тиншэна, Мэй Чансу уже собрался отказать гостю в приеме.

Прислушиваясь к происходящему снаружи, Тиншэн побледнел. Подняв взгляд, он с открытым ртом посмотрел на Мэй Чансу. Он настолько крепко сцепил руки, что, того гляди, сейчас сам себе их перекрутит.

Передумав, Мэй Чансу крикнул:

— Фэй Лю, позволь гостю войти!

Звуки борьбы тут же прекратились, в повисшей тишине послышался вежливый голос Сяо Цзинжуя.

— Вы не ранены? Отчего вы пришли столько внезапно? Какое-то срочное дело? Отца нет дома. Я могу сопроводить вас в главный зал и вместе с вами подождать...

— Я пришел не к его сиятельству Се, — сказал мужчина, ступая в Снежный павильон. Гость вынужденно остановился, столкнувшись с холодным и спокойным взглядом Мэй Чансу. Окинув комнату взглядом, мужчина успокоился, стоило ему увидеть целого и невредимого Тиншэна.

— Тин-эр, с тобой все в порядке?

— Да, — почтительным шепотом ответил Тиншэн.

— Вы знаете этого ребенка? — тут же спросил Сяо Цзинжуй.

— Цзинжуй, — мужчина развернулся и строго сказал: — Я слышал, что этот ребенок по неосторожности налетел на экипаж знатного господина. Возможно, он напугал твоего видного гостя. Неудивительно, что ты рассердился. Но он всего лишь дитя. Из уважения ко мне ты позволишь ему извиниться перед твоим гостем и отпустишь его?

Сяо Цзинжуй посмотрел на гостя, но среагировал далеко не сразу. Только когда Мэй Чансу отпустил смешок, Сяо Цзинжуй улыбнулся и ответил:

— Ваше Высочество, должно быть, вы не так поняли. Тиншэн налетел не на наш экипаж. Мы проезжали мимо и взяли его с собой, чтобы лекарь осмотрел его раны. Если вы не верите, можете спросить Тиншэна.

Мужчина застыл от удивления. Он повернул голову и выразительно взглянул на мальчика. Поразмыслив, он вспомнил, что Сяо Цзинжуй действительно обычно себя так и ведет, а, значит, он сказал правду. Гость оказался в затруднительном положении.

— Мы действительно не знали о прибытии Его Высочества Цзин-вана, — Мэй Чансу медленно поднялся на ноги и с почтением поклонился. — Прошу простить Фэй Лю за то, что он оскорбил Ваше Высочество.

Сяо Цзинжуй вышел вперед и представил Мэй Чансу:

— Ваше Высочество Цзин-ван, это господин Су, Су Чжэ.

Седьмому сыну императора Цзин-вану - Сяо Цзинъяню в этом году исполнился тридцать один год. Он был высоким и статным молодым человеком. Черты его лица отличались от братьев. Это было связано с тем, что он из года в год возглавлял войска. Помимо благородства и достоинства императорского рода, в его облике проглядывала стойкость и несгибаемая сила духа. Кожа на его лице и руках была не такой ухоженной, как у его братьев. Услышав имя Су Чжэ, он не выказал каких-то особых чувств, но принял во внимание то, как торжественно его представил Сяо Цзинжуй, потому учтиво ответил на приветствие господина Су.

Мэй Чансу же совершенно спокойно, с напускным праздным выражением лица внимательно рассматривал принца.

Пригласив гостей к столу, Сяо Цзинжуй спросил:

— Тиншэн служит в резиденции Вашего Высочества?

— Эм... Нет, — несколько неловко ответил Цзин-ван, как будто он не знал, как следует ответить. - Сейчас Тиншэн... Живет в скрытом дворе...

— В скрытом дворе? — Сяо Цзинжуй даже не подумал об этом месте. Он возмутился: — Разве там не содержат провинившихся рабов императорского двора? Он же совсем еще ребенок — какое преступление он мог совершить, раз его закрыли там?

Тиншэн побледнел и с силой крепко сжал губы в тонкую линию, точно это был железный прут.

— Он там родился и содержится вместе с матерью, — Цзин-ван прекрасно знал, что если бы он об этом не обмолвился, Сяо Цзинжуй рано или поздно сам бы все выяснил. Поэтому не было смысла что-то утаивать и можно было говорить открыто. — Если к нему больше нет дел, пожалуйста, разрешите ему вернуться. Согласно правилам скрытого двора, его заключенные не могут проводить ночь вне его стен. Его матушка, наверное, очень волнуется...

— Вы знаете его мать? — Сяо Цзинжуй знал, что ему не следовало больше задавать вопросов, но он ничего не мог поделать с собственным любопытством.

Супруга Цзин-вана скончалась много лет назад. Сейчас император назначил ему для будущего бракосочетания двух наложниц. Больше у принца наложниц не было, в отличии от его братьев, окруженных самыми разными красавицами. Кто знает, но может именно поэтому он питает особые чувства к осужденной императорской преступнице. Если подумать еще дальше, возможно, что этот ребенок...

В этот момент Сяо Цзинжуй почувствовал, что сила его воображения рискует превзойти Янь Юйцзиня. Взяв свои мысли под контроль, он смущенно улыбнулся.

Цзин-ван был старше него, поэтому и жизненного опыта у него было больше. Принц был одаренным человеком и с одного взгляда понял, о чем мог подумать Сяо Цзинжуй, но решил у него об этом не спрашивать. О Тиншэне Цзин-ван случайно узнал несколько лет назад. Тогда мальчик был замучен до неузнаваемости — в нем не осталось ничего человеческого. За эти годы принц воспользовался своей властью, чтобы избавить Тиншэна от побоев, но, к сожалению, полностью взять его под свое покровительство он не смог. Поэтому, каждый раз покидая столицу, дабы нести пограничную охрану, принц неизменно будет беспокоиться за Тиншэна. Без году неделя как он вернулся в столицу и только сдал несколько дел в военное министерство. Ему едва удалось выкроить немного времени, чтобы навестить Тиншэна в скрытом дворе. От маленького соседа Тиншэна принц узнал, что они на улице попали в беду. Разузнав поподробнее, что же произошло, Цзин-ван ринулся на помощь Тиншэну. К счастью, ничего серьезного с мальчиком не случилось.

— Я грубо ворвался в резиденцию его сиятельства. В другой день я принесу хоу свои извинения, — больше Цзин-ван ничего не сказал. Поднявшись на ноги, он посмотрел на Тиншэна. - Уже поздно. Откланиваюсь...

Не успел принц договорить, как Мэй Чансу внезапно сильно закашлялся. Сначала казалось, что он силой пытался подавить кашель, но это не помогало, и нестерпимый кашель постепенно становился только сильнее, от которого все внутренности были готовы разорваться на куски. Вены на его висках вздулись, по лбу стекал холодный пот. Сяо Цзинжуй испугался - он очень давно не видел, чтобы его друга одолевал кашель такой силы. Цзинжуй начал хлопать его по спине, но без толку. Осторожно стирая пот с его лба носовым платком, Сяо Цзинжуй почувствовал, что лоб Мэй Чансу был невероятно горячим, но его щеки были ледяными. Сяо Цзинжуй так сильно распереживался, что засуетился и во все горло закричал, чтобы кто-нибудь позвал лекаря. К нему подлетел даже Фэй Лю - он тут же обнял трясущееся тело Мэй Чансу. Фэй Лю был похож на испуганного ребенка, который от страха лишился дара речи и все, что он мог делать, только тихо мычать: "А, а"!

После долгой борьбы с недугом, Мэй Чансу начал медленно успокаиваться. Убрав руку с платком, которым он закрывал рот - можно было заметить на ткани следы крови - Мэй Чансу быстро скомкал его. У Сяо Цзинжуя потяжелело на сердце, но он промолчал. Он и раньше видел его кровь.

— Брат Су, тебе нужно принять лекарство господина Сюнь. Примешь пилюлю? — мягко шепотом поинтересовался Сяо Цзинжуй.

— Не стоит, — пытаясь восстановить дыхание, ответил Мэй Чансу. Улыбнувшись Фэй Лю, он сказал: — Это просто кашель. Фэй Лю, не бойся. Если Фэй Лю помнет вечером брату Су спину1, ему сразу станет легче...

1Массировать спину тут немного не в том ключе, в каком мы привыкли,

когда спину проминают пальцами и руками.

Кто смотрел дораму "Nirvana in Fire" мог заметить,

как жены часто делали императору "массаж" кулаками.

Тут массаж имеется в виду именно такой: постукивание кулачками по спине.

— Фэй Лю помнет спину!

— Верно. После массажа Фэй Лю брата Су уже ничего не будет беспокоить...

Цзин-ван наблюдал со стороны. Он не мог дольше задерживаться, но и уйти он не мог. Увидев, что Су Чжэ стало легче, принц подошел и спокойно поинтересовался:

— Господин Су болен?

Мэй Чансу медленно перевёл взгляд и нашёл оцепеневшего Тиншэна, который оторопело смотрел на него широко раскрытыми глазами. Слабо улыбнувшись, Мэй Чансу поманил его рукой:

— Тиншэн, подойди.

Тиншэн посмотрел на Цзин-вана. Не смотря на то, что он не знал, что происходит, он подошел к скамье.

— Тиншэн, хочешь, чтобы я обучил тебя чтению?

Тиншэн опешил. Он не знал, как реагировать на такое предложение. Цзин-ван нахмурился и сказал:

— Господин Су, Тиншэн из скрытого двора...

— Я знаю, — вероятно, из-за слишком сильного кашля его глаза всё ещё были подернуты влагой, но от этого его взгляд казался еще более накаленным. — Я всего-лишь спрашиваю - ты хочешь?

Грудь Тиншэн судорожно вздымалась. Он не знал, почему, но ему вдруг показалось, что ему ни в коем случае не стоит упускать этот шанс. Заскрежетал зубами, он выпрямил спину и громко ответил:

— Хочу!

— Хорошо, — улыбка показалась на бледном лице Мэй Чансу. Протянув руку, он мягко сжал ладошку Тиншэна. — Ступай. А я поищу способ, чтобы ты мог приходить ко мне.



Комментарии: 0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *