Вернувшись домой, Жун Цзяхуэй погрузилась в размышления о чете Лю и Юй Исян. Много дней она думала об этом, и каждый раз ее выводы менялись столь сильно, что однажды она сказала сама себе: «Почему бы просто не свалить все на Юй Исян? Разве это не она упорствует в своей неправоте?» Она чувствовала, что та страдала, но, может, эта глупая девчонка просто жаждет наказания?

Однако Юй Исян вовсе не плохая. Ей не хватает извилин, и иногда она ведет себя, как богиня, но, кроме ссор и драк с Жун Цзяхуэй, она прекрасно относится к своим родителям и заботится о младших сестрах… Сама Цзяхуэй, может, и не лучший человек, но она бы точно не смогла совершить нечто подобное.

Этот Лю никогда не любил ее. Может, ему вообще хорошие девушки не нравились, только те курицы из квартала красных фонарей. Вероятно, никто не знает этого лучше, чем она сама.

Все-таки все это время он даже не просил ее приоткрыть вуаль, заставлял ее прикрываться ею и проводить ночь с тяжелыми украшениями на голове. Однако именно она в итоге стала той, кто приподнял вуаль, и ее плач продолжался до тех пор, пока слезы не иссохли вместе с ее сердцем.

Ее шея долго болела из-за упрямства. Но они все равно жили под одной крышей, когда-нибудь им бы пришлось увидеть друг друга. И когда это произошло, он вздрогнул. Тогда она чувствовала себя счастливой, думая, что его поразил ее внешний вид. Размышляя об этом в тот отрезок жизни, она посчитала, что раз уж он сожалеет о своем прежнем отношении, то лучше ухватиться за это и уронить его себе под ноги. Она ведь не может быть очарована его красотой. Он бросил на нее многозначительный взгляд и подошел ближе, на лице его отпечаталось удивление…

До ее замужества остается еще несколько лет. Ей искренне хочется сойти с ума и разорвать этот договор, но также она прекрасно понимает, что поступит слишком аморально, толкнув другую в эту бездну.

Да, возможно, это был только ее личный ад. Может, он просто не находил ее симпатичной, из-за чего и заставлял жить жизнью вдовы, чей муж скончался восемь столетий назад. Но как он мог не испытывать неприязни к ее кузине? Ей нужно как-нибудь встретиться с этим Лю и спросить у него самого. Но это рождает другую проблему — как осуществить подобное? Жун Цзяхуэй не нужны слухи о том, что она нетерпелива и день и ночь думает о своем женихе, ведь подобные сплетни будут ей омерзительны. Кроме того, она давным-давно внушила ему отвращение, так что он может даже не захотеть встречи с ней. Поразмышляв обо всем этом, Жун Цзяхуэй пришла к выводу, что ей остается только обратиться к Юй Исян.

Именно ради этого она и переступила порог резиденции гогуна Цзинго и, едва увидев Юй Исян, потащила ее за собой.

— Мне нужно с ним встретиться, и втроем все обсудить! — не церемонясь, сказала девушка.

Долго рассматривая Жун Цзяхуэй и ничего не понимая, Юй Исян спросила:

— Обсудить что?

Девушке тут же расхотелось с ней говорить. Она правда дура или только притворяется?

— Естественно, поговорить о разрыве помолвки! Ты хочешь, чтобы я сделала это или нет?!

Сначала кузина кивнула, но тут же покачала головой.

— Ты постигла просветления? Разве не он центр твоих мыслей? — озадачилась девушка такой реакцией.

Юй Исян снова покачала головой.

— Что ты хочешь тогда?! — беспомощно взмолилась Жун Цзяхуэй.

— Если свадебный договор, которому столько лет, разорвут столь небрежно… люди начнут болтать, — с трудом ответила девушка.

И это все? 

— И что? Ты разве не думаешь, что этот парень души в тебе не чает? Мне он не нравится, но он нравится тебе. Я разорву с ним контракт, и у вас с ним появится шанс. Разве это не будет прекрасно для всех нас? — сказала с раздражением Жун Цзяхуэй.

Слушая, как она все расписывает, Юй Исян, кажется, начала убеждаться в ее словах, но, склонив голову и подумав целую вечность, все же отказалась:

— Так не пойдет. Что, если ты не сможешь найти хорошую семью, чтобы войти в нее после расторжения помолвки? У тебя не останется выбора, кроме как смириться с любым. Я думаю, ты скорее волосы обрежешь и пойдешь в монахини, чем согласишься выйти замуж за того, кто хуже остальных.

Услышав ответ, Жун Цзяхуэй вздрогнула. Все ее нетерпение обратилось в ворона и улетело прочь. Она думала о том, что после многолетних ссор, эта кузина будет рада высмеять ее, нелюбимую родственницу, но совсем неожиданно она беспокоилась о ней.

Девушка с ног до головы оглядела сестру, как будто в первый раз увидела ее по-настоящему.

— Это мое дело, — сказала Цзяхуэй. — У четы Лю прекрасные внешние данные и они хорошая семья, но он мне не нравится. Если я стану его женой, то буду целыми днями заливаться слезами. Я справлюсь, я уважаю себя.

Юй Исян поджала губы, будто поняла причину всего этого. Поскольку отвечать она не собиралась, Жун Цзяхуэй решила продолжить и одержать безоговорочную победу:

— Тогда, Исян, свяжись с ним. Через три дня мы вдвоем отправимся на прогулку по озеру. Пусть он тоже «случайно» отправится туда, чтобы мы могли «случайно» встретиться. Кстати, скажи, чтобы не забыл прихватить пару надежных людей, которым он может доверять.

Это и правда было довольно дерзко.

— Будут ли какие-то проблемы? — спросила Юй Исян.

— Не волнуйся, сестра, — улыбнулась девушка, подмигнув, — проблем не будет. Если станет хуже, просто спихни все на меня. Я-то ничего не боюсь.

Юй Исян, колеблясь, вспомнила о том удрученном юном господине Лю, которого она видела в прошлый раз. Стиснув зубы, она кивнула.

Результат был получен, и довольная Жун Цзяхуэй повернула голову и собралась идти домой. Но стоило ей сделать три шага, как Исян окликнула ее:

— Жун Цзяхуэй, почему ты его так не любишь? Он тебя обидел?

Ей с самого начала было интересно это. Как кто-то вообще может плохо думать об этом человеке? У него прекрасная семья, безупречная репутация, он элегантен. Он познакомился с родными своей будущей жены и его зовут «юйланом». Ведь и он правда был замечательным юношей, похожим на нефрит.

Закрутив пряди пальцами, девушка повернула голову и застенчиво произнесла:

— На самом деле, кое-кто уже забрал мое сердце.

Верно, ее сердце уже занято. Разве может существовать оправдание лучше этого? Если кого-то любишь, неважно Лю — юйлан1 или цзиньлан2, он все равно не подойдет.

Юйлан (кит. 玉郎) — прекрасный молодой человек; вежливое обращение на «Вы». Буквально можно перевести как «нефритовый юноша».
Цзиньлан (кит. 金郎) — золотой юноша. Словарь не дал никаких пояснений на этот счет. Но анлейтор написала, что юйлан — красивый, а цзиньлан — богатый.

Сначала Юй Исян просто уставилась на сестру, а после высказала свое предположение:

— Это юный господин Чжунли?

Не ожидая подобного вопроса, Жун Цзяхуэй тут же почувствовала себя дурой: «Ну почему ты подумала именно о нем?!»

— Я чувствовала, — подмигнула Исян, — но правда не ожидала.

Чего бы она там не ожидала, она ничего больше не сказала, и это было лучше всего для счастья Жун Цзяхуэй. Исян не слишком хорошо знала характер Чжунли Ло, но, если он нравится Цзяхуэй, значит, он хороший человек. Проблема лишь в том, что он по роду был ниже ее. Исян слышала, что Чжунли Ло уехал на северо-запад искать почета, но все эти годы были слишком мирными, и совершить что-то героическое будет непросто, если Жун Цзяхуэй наберется терпения. И все же то, что эта девчонка смогла влюбиться в низкородного Чжунли Ло заставило Исян изменить свои взгляды на сестру. Ранее она думала о ней слишком… поверхностно.

И вот три дня спустя пришла Юй Исян и, как и было запланировано, взяла Жун Цзяхуэй, нескольких личных служанок и села в разукрашенную джонку3. Старшие просто подумали, что две сестры решили остаться наедине и посекретничать. Зачем посылать с ними много людей?

3 Разукрашенная джонка (кит. 画舫) — традиционное китайское парусное судно для плавания по рекам и вблизи морского побережья.

Зимой по озеру ходят очень немногие, ведь кто захочет, чтобы его обдувал ледяной ветер? Но, если вы приходите на озеро, чтобы полюбоваться видами, и никуда из беседки не выходите, это просто скучно. Именно поэтому, когда нельзя разглядеть границы воды, вокруг плавало всего две или три лодки.

Юй Исян и Жун Цзяхуэй, дрожа от холода, спрятали руки в грелку для рук и стали искать следы Лю Цяньчэня.

Поскольку Юй Исян страдала от боязни холода, недолго посидев снаружи, она вернулась в трюм. Цзяхуэй же сгорала от нетерпения, у нее не оставалось другого выхода, кроме как искать дальше.

Накидка полностью закрывала ее, лишь белоснежное личико не было ничем прикрыто. Жун Цзяхуэй вовсю смотрела на озеро своими большими черными глазами, не давая себе отдыху.

Как раз в этот момент прогулочная лодка медленно подплыла к ним, и когда носы двух судов оказались на расстоянии трех чи, она остановилась.

Из трюма вышел высокий юноша с прямой осанкой, на плечах его лежала накидка, отороченная белым мехом, внешне он походил на Пань Аня4. Он приятно удивился, увидев Жун Цзяхуэй.

Пань Ань (кит. 潘安) — китайский литератор времен Западной Цзинь (247-300 гг.). Считался олицетворением мужской красоты и был одним из четырех красавцев Древнего Китая. Казнен по обвинению в государственной измене вместе со всей своей семьей.

Но стоило ему сделать пару шагов, как улыбка на его лице мигом исчезла. Он даже не успел ничего сказать. Эта девушка, что стоит перед ним похожа на Юй Исян, но все же ею не является.

— Вы не юная госпожа Юй…

И снова сердце Жун Цзяхуэй переполнили чувства. Он снова такой: как только видит ее, сразу же перестает улыбаться. Видимо, ей все также не хватает его, как и в прошлой жизни!

Захотев ему немного отомстить, Жун Цзяхуэй произнесла:

— Ммм, я твоя невеста. Жун Цзяхуэй.

Лю Цяньчэнь все еще казался немного незрелым. Черты его лица станут гораздо жестче с возрастом. И во взгляде его не угадывалось никакой неприязни. Как только он услышал имя девушки, его лицо тут же осунулось от досады.

— Вы… юная госпожа Жун? А что насчет юной госпожи Юй? Она сказала, что у нее есть нечто важное, о чем она хочет мне поведать. Но почему вместо нее пришли вы?

Тут выглянула Юй Исян. Она слышала голоса снаружи, и потому вышла.

— Цзяхуэй, что случилось? — спросила она и повернула голову. Увидев юношу, о котором она грезит днем и ночью, девушка опустила голову и неловко пробормотала: — Юный господин Лю.

Увидев Исян, Лю Цяньчэнь снова улыбнулся:

— Юная госпожа Юй.

Сердце Жун Цзяхуэй сжималось от того, что эти двое вели себя друг с другом так, будто никого, кроме них, в этом мире не было. Она потянула сестру за руку, чтобы вернуть ее в реальность.

— Юй Исян, хватит пялиться на него, как дура. Мы должны серьезно поговорить.

— Ох, юный господин Лю, моя кузина хочет кое-что сказать вам, — произнесла блаженная Юй Исян, очнувшись.

— Что? — приоткрытый рот семнадцатилетнего Лю Цяньчэня выдавал его скептицизм, но этот юноша все еще выглядел симпатичным.

— Хочешь расторгнуть помолвку со мной? — прямо спросила его Жун Цзяхуэй.

Он честно кивнул, даже не колеблясь. Цзяхуэй мигом почувствовала укол. Даже если ее жених никогда ей не нравился, она все равно ждала их брака. Но ее тут же облили холодной водой. А сейчас он прямо сказал ей, что она ему не нравится. Это все еще неприятно. 

— Тогда почему твой отец не разрешает тебе разорвать ее?! — вскрикнула девушка, задыхаясь от ярости.

— Это решение моих родителей, — с грустью ответил он. — Они думают, что вы идеальны: благородное происхождение, хороший характер, а также приятная внешность. Если бы договор опрометчиво разорвали, они бы заставили меня найти девушку более высшего статуса и положения… 

Сказав это, он посмотрел на Юй Исян.

— Даже если никто не будет возражать открыто, поползут слухи. Все будут смотреть на него как на сноба и подонка. Его репутация будет уничтожена. 

Жун Цзяхуэй просто уставилась на него. Так вот почему она пожертвовала своим счастьем? Более того, Лю Цяньчэнь и правда мог нести подобный бред. Она и не думала, что все настолько плохо. Статус ее семьи не обязательно хуже, чем у Юй Исян!

— Тогда каковы твои намерения по отношению к моей сестре? — спросила Жун Цзяхуэй, скрипнув зубами.

Лю Цяньчэнь взглянул на Юй Исян и поджал губы. И когда Жун Цзяхуэй подумала, что он ничего ей не ответит, он начал говорить:

— Не могу ничего сказать. Я лишь знаю, что буду счастлив с ней. Впервые встретив ее, я почувствовал, что эта милая девочка, хоть и выглядит как дочь богатой и благородной семьи, ведет себя, как сорванец, обманывая того юного монаха. И она узнала, что я слышал ее. Повернула голову, взгляд ее говорил о том, что она вот-вот вцепится мне в горло. Она вся покраснела, и это было так мило. Мне нравится, как она склоняет голову, задумавшись, как она краснеет от смущения. И вообще, мне нравится каждое ее выражение лица…

Жун Цзяхуэй чувствовала, как он искренен в своих чувствах. Она вовсе не лучше Юй Исян и не хуже нее. Но, если он так откровенен, почему он…

За всю свою жизнь она так и не нашла ответа на этот вопрос, а сейчас ответ сам пришел ей в руки. Лю Цяньчэнь был счастлив с ее кузиной, но родители заставили его жениться на ней. Поэтому он и вымещал злость на своей жене, но… разве это была ее вина? Зачем он срывался на ней?..

Но, говоря по правде, он даже этого не делал. Он игнорировал ее и в целом никак не ограничивал. Он не вел себя грубо, просто давал ей жить в его доме. Она жалкая. Ее на протяжении восьми лет считали пустым местом, потому что мечтали о другой. Она ощутила, что все эти восемь лет страданий были подарком от Юй Исян! Но она не может винить ее… это было бы неправильно.

— Что если если пойду к своим родителям и спрошу об этом, и они разорвут помолвку? Я просто расскажу, что мы с Исян катались на озере и случайно встретили тебя. Поздоровались, и вы с Юй Исян друг другу приглянулись, — предложила Жун Цзяхуэй.

— Что? Дядя и тетя и правда одобрят это? — забеспокоилась Исян.

Лю Цяньчэнь считал это возможным. Он с тревогой посмотрел на Юй Исян.

— Я не отменяла помолвки, потому что у меня не было веских причин, — сказала Жун Цзяхуэй. — Однако вот она. Мои родители очень любят меня, так как же они могут желать мне зла? Юный господин Лю, если бы ты сказал об этом моему отцу, было бы еще лучше. Оба наших отца ценят репутацию, но мой любит меня гораздо больше. Он возьмет инициативу на себя, и твой папа не станет в глазах других эгоистичным снобом. Мой же не назовет причину разрыва помолвки, ведь Исян — племянница моей мамы.

Юноша почувствовал уважение к этой принципиальной девушке.

— Юная госпожа Жун, все-таки это моя вина. Примите мое почтение, прошу.

— Нет необходимости в подобных формальностях, — сказала она, махнув рукой. — Я не хочу быть твоей женой, так что для нас обоих будет лучше покончить с этим договором.

Сначала он улыбнулся, но тут же спросил с беспокойством в голосе:

— Юная госпожа Жун, а не помешает ли это вашему будущему браку?

Впервые он волновался за нее, и Жун Цзяхуэй это даже напугало. Она тут же скрыла это за улыбкой:

— Конечно, не помешает. Но я не знаю, что о тебе будет думать семья Исян, потому что мои бабушка, тети и дяди обожают меня. Однако кузина станет твоим агентом. 

Услышав это, пара тут же просияла.

Тот факт, что она действительно помогла влюбленным, сначала огорчил Жун Цзяхуэй, а после порадовал. Грустила она из-за того, что скормила псам восемь лет своей жизни, но ей нравилось, что она помогла Юй Исян и Лю Цяньчэню сблизится. Наконец-то она избавилась от краха собственной жизни.

Что же касалось ее замужества в прошлой жизни, то не пройдет и нескольких лет, как Лю Цяньчэнь начнет возвращаться домой всего несколько раз в год, весь день будет торчать в квартале красных фонарей, а ночами играть на музыкальном инструменте и заниматься всякой ерундой. Но теперь это не имеет значения. Она, конечно, не знает, будет ли он так вести себя в будущем, но по крайней мере, благодаря их взаимной привязанности, Юй Исян не станет такой, какой была она.



Комментарии: 0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *