На закате девушки вдвоем стояли на мосту и кормили рыбу. На мгновение показалось, что время для них остановилось.

Жун Цзяхуэй лениво подперла голову рукой и принялась наблюдать за множеством кои, подбирающихся к корму. Она не могла перестать думать о том, что эта рыба слишком ценна, чтобы ее есть.

Девушка повернула голову и посмотрела на Чжули Ло, поглощенную кормлением рыбы. Вдруг она почувствовала зависть к людям, которые могут выходить на прогулки каждый день. Почему она должна исполнять любые указания, весь день сидеть дома и посещать занятия для благородных девиц? Это же так скучно.

Должно быть, здорово — иметь возможность отправиться куда угодно.

Столь пронзительный взгляд заставил Чжунли Ло чувствовать себя так, словно она села на иголки. Она повернулась к Жун Цзяхуэй и увидела, как та, подперев голову рукой, с завистью смотрит на нее. Осознав, что ее заметили, Жун Цзяхуэй покраснела. Она резко отвернулась, чуть не сломав шею, и закрыла лицо руками. Чжунли Ло оставалось только рассматривать ее затылок, так как поворачиваться девушка не намеривалась.

Но тут Жун Цзяхуэй почувствовала, как что-то выскальзывает из ее волос. Только она собиралась поймать это, как перед глазами сверкнул молочно-белый предмет. Ринувшись за ним, девушка опоздала, и это что-то упало в воду.

В растерянности она ощупала свою голову и произнесла:

— Это была… моя шпилька?

Жун Цзяхуэй потрогала волосы, чтобы убедиться в этом. Ее нефритовая заколка пропала. Видимо, тогда девушка слишком резко дернула головой. Чжунли Ло выглядела более обеспокоенной, чем Жун Цзяхуэй. Выбросив остатки рыбьего корма, она спросила:

— Эта заколка была важна для тебя?

— Да, это белый нефрит, — кивнула девушка. — Очень важна. Мне она всегда нравилась, но!..

Не успела Жун Цзяхуэй ничего сказать, как увидела, как Чжунли Ло перемахнула через перила и прыгнула в пруд. Ошеломленная девушка быстро проглотила продолжение: «Но раз уж она упала, значит, упала. У меня есть еще.»

Неудивительно, что мама рассказала бабушке о наивности этого юноши. Если это не наивность, то что? Кто вообще мог подумать, что шпилька настолько ценна, что за ней стоит прыгать в воду?

Держась за перила и наблюдая за встревоженными рыбами на поверхности воды, она внезапно заволновалась. Девушка, конечно, знала, что Чжунли Ло плавает, как утка, ведь он и ее выловил, а она гораздо больше… но этот мальчишка ринулся в воду, чтобы поймать маленькую и, вероятно, уже сломанную шпильку, что еще он мог схватить? Если он заболеет, это будет целиком и полностью ее вина.

Подумав об этом, Жун Цзяхуэй внезапно закричала:

— Вылезай скорее! Вода грязная, а мне все равно не нужна эта заколка!

Долгое время не было никакого шевеления на поверхности воды, Жун Цзяхуэй мысленно металась и стискивала зубы. Она поставила ногу на перила, готовая вот-вот прыгнуть в воду, но ее остановили служанки. Если она снова прыгнет туда, вероятно, все водоемы в резиденции будут заполнены.

Прерванная Жун Цзяхуэй затопала ногами от гнева и стала срывать все украшения с головы. Она чувствовала сильную вину. Зачем вообще нужны все эти причудливые безделушки на ее голове?! Она же не экспонат на выставке! Неужели ей нельзя получить хоть немного свободы в своем собственном доме?! Если старший брат Чжунли умрет из-за случайности, она будет страдать от этой боли до конца жизни.

Глаза девушки покраснели, она вдохнула через нос, собралась с мыслями и посмотрела на служанок, собиравших украшения:

— Зачем вы их подбираете?! Помогите ему сейчас же!

Как раз в момент, когда служанки очнулись, словно ото сна, и собрались вместе идти спасать юношу, рядом с ногой Жун Цзяхуэй появилась рука.

Услышав легкий шум воды, девушка опустила голову и увидела, как верхняя часть тела Чжунли Ло показывается из воды. Не дожидаясь, она потянула его на себя, и Чжунли Ло снова перемахнул через перила и оказался на мосту.

Чжунли Ло с опущенной головой стояла перед Жун Цзяхуэй, она была мокрой до самых кончиков волос, словно утопленница. Девушка сжимала что-то в руке. Она тайком подняла глаза, чтобы оценить расположение духа Жун Цзяхуэй.

Жун Цзяхуэй же была беспечна. Увидев воду на ее лице, она помогла вытереть ее своим рукавом.

— Как такой, как ты, еще может существовать в наше время?! — возмутилась девушка, вытирая слезы. — Я еще договорить не успела, а ты уже ринулся в воду! Ты до смерти напугал меня. Какая-то шпилька не может быть настолько ценной. Что, если ты простудишься?

Чжунли Ло уставилась на заколку, которую она сжимала в своей руке, а после перевела взгляд на Жун Цзяхуэй:

— Мне показалось, тебе не хотелось расставаться с ней.

Девушка лишилась дара речи. Этот мальчишка… еще глупее, чем она себе представляла.

Она посмотрела на Чжунли Ло, сжав губы до тонкой линии, сердце девушки замерло, а глаза наполнились слезами. В прошлой жизни она дожила до двадцати четырех лет, но никто не относился к ней так. Прыгать в воду, чтобы достать шпильку, глупо, кто вообще так поступит? Как вообще она могла настолько привязаться к этой вещи? Если она упала, значит, упала, ничего критичного не произошло. Но даже если это было невероятно глупо, Жун Цзяхуэй хотелось плакать.

Чжунли Ло заметила, что девушка была на грани слез, но сдерживалась, и подумала, что это из-за заколки. Виновато протянув руку, она произнесла:

— Жаль, она сломалась.

Потерев глаза, Жун Цзяхуэй уставилась на вещицу и место слома. Украшение в виде цветка сливы было отделено от самой заколки, разделив ее таким образом на две части. 

С красными глазами Жун Цзяхуэй все же выдавила из себя улыбку:

— Не имеет значения, сломана она или нет. Это все еще можно исправить с помощью золота. Инкрустированная золотом нефритовая шпилька… вполне себе ничего.

Заколка ценна, когда она в цела. С такой поломкой, даже с золотом, ее стоимость упадет в несколько раз, и раньше Жун Цзяхуэй бы не пожелала смотреть на нее.

Но теперь этот расколотый кусочек нефрита стал для нее бесценным сокровищем.

— Спасибо, брат Чжунли, — просияла девушка, забрав заколку. — Я очень-очень люблю эту заколку. Мне едва не разорвало сердце, когда она упала, но, к счастью, ты помог ее вернуть. Как замечательно, позже я отправлю ее кому-нибудь для починки.

Обеспокоенная грустью Жун Цзяхуэй Чжунли Ло наконец-то вздохнула с облегчением:

— Это хорошо.

Осмотрев мокрую одежду юноши, девушка потянула его за руку в сторону резиденции:

— Оставим заколку. Ты… лучше поторопись и вернись к себе, умойся и переоденься. Только не простудись, — сказал Жун Цзяхуэй и обратилась к Гу Юй. — А ты беги и скажи, чтобы вскипятили воду, если она есть, то принеси ее сюда.

— Слушаюсь! — сказала Гу Юй, но, пробежав пару шагов, остановилась и вернулась с вопросом. — Юная госпожа, а если это вода для господина и госпожи?

Жун Цзяхуэй нахмурилась. Она никак не могла понять, почему эта глупая девчонка ведет себя так, словно является одной из ее личных служанок.

— Все равно неси!

Гу Юй кивнула, но, снова пройдя совсем немного, вернулась с вопросом:

— А что если мадам, сопровождающая сестер Юй, не сдастся? 

— Шуан Цзян, иди с Гу Юй! — крикнула Жун Цзяхуэй, и после того, как девушки убежали, обратилась к Чжунли Ло. — Эта глупая служанка так раздражает. Нелепость какая.

— Все в порядке, — отмахнулась Чжунли Ло. — На самом деле, даже хорошо. Мне всегда хотелось иметь младшего брата или младшую сестру, прямо как ты… Если Гу Юй немного рассеяна, положись на меня, я защищу ее.

Он и правда не разбирается в людях. Эта Гу Юй такая же, как и Цю Фэнь, что не есть хорошо!

— Она глупая внутри и снаружи, — не унималась Жун Цзяхуэй. — Разок увидев ее, подумаешь, что она очаровательна, но, пробыв с ней какое-то время, захочешь гневно бросать в нее ножи.

— А? — удивилась Чжунли Ло, толком и не ответив. Почему Жун Цзязуэй выглядит такой грустной, говоря все это?

Заметив, что Чжунли Ло все еще стоит на месте, как дурочка, девушка с мрачным видом потащила ее за собой, ускорив шаг. 

— Не «акай» мне! Поторопись и прими ванну!



Комментарии: 0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *