Взгляд князя Чжэньбэя был таким чувственным, что хотелось утонуть в нём.

Не будь Шэнь Юй нем, выказал бы всё, что так долго томится в нём: как обожает князя, зависит от него и благодарен ему. Или рассказал бы ему всё как есть, чтобы более не страдать днями и ночами от чувства вины.

Но князь Чжэньбэй – фигура известная всей стране, тогда как он сам был ничтожеством. В случае смерти, лишь мать скорбела бы по нему, такому низкому человеку. Сможет ли князь стерпеть его обман?

«Нет, Ваша супруга не угрожала мне». — рука дрожала, пока он писал.

— Это твоё собственное желание?

С лица мужчины тут же исчезли какие-либо эмоции, а вся его страстная забота сменилась на разочарование и хмурость.

«Да…»

Собравшись с духом, юноша быстро написал: «С тех пор, как Юй-эр оказался в резиденции, Ваше Высочество ни разу не посетили тот двор, Юй-эр благодарен князю за его любовь. Но более Вам не стоит ночевать здесь, иначе другие начнут говорить, что я соблазнил Ваше Высочество, обольстил Вас».

С каждым написанным словом, гнев князя только усиливался.

— Хн, какое дело посторонним до того, к кому я благосклонен? Кто осмелится судить? Если боишься, я сам могу защитить тебя.

Шэнь Юй сжал кисть: «Это также плохо и для Вашей репутации».

— Это в тебе говорит великодушие или же забота об этом князе?

Нет.

Шэнь Юй понимал, что является эгоистом и заботится лишь о себе, и из-за этого корил себя ещё сильнее.

«Мне жаль Вашу супругу… Она Ваша первая жена, нам с ней необходимо во всём помогать друг другу. Супружеская любовь – она на всю жизнь, неужели Вы не любите свою жену?»

— Меня ещё и поучать смеют, куда я должен ходить?! — взорвался мужчина, он и без того уже подавлял свою ярость, когда получал неоднократные отказы от Шэнь Юя. 

Никто никогда с ним так не обращался, наложницы и наложники всегда были покорны. И как же так вышло, что, опираясь на расположение князя, сам он подталкивает его к другому человеку? Однако, вопреки всему, сам же страдает от этого!

— Я понял, ты не хочешь, чтобы я оказывал тебе милость? Считаешь, что я всегда слишком груб и раню тебя?

Всё вовсе не так, на языке появилась горечь. Раньше Шэнь Юй полностью отдавался князю, не жалея своих сил, и даже когда болел, не пренебрегал своими обязанностями. Он никогда не считал себя изнеженным сокровищем, и сейчас тоже, даже если будет травмирован, он готов сделать всё, чтобы порадовать князя Чжэньбэя. 

Шэнь Юй ничего не ответил, лишь отвернулся, пряча взгляд. Он боялся, что если посмотрит, то потеряет остатки разума.

Со стороны наложник казался холодным и упрямым, что сильно огорчило мужчину.

— Юй-эр, ты и правда разочаровал меня. — безэмоционально произнёс он, его слова были холодны, как капли воды тающих льдов, которые больно падали на сердце юноши.

— Хорошо, раз ты не хочешь видеть меня, в следующие дни я не переступлю порога двора Шаохуа, подумай над этим хорошенько.

Он развернулся и уверенной поступью направился к выходу, как вдруг внезапно остановился.

— Но это не значит, что вы1 можете играться со мной по своему желанию. Полагаешь, раз отверг меня, я сразу направлюсь к ней?

1П/п: князь говорит об Шэнь Юе и Дайжоу.

Звук его шагов постепенно стих. 

Только спустя время Шэнь Юй осмелился развернуться – уже давно по его лицу текли слёзы. Он посмотрел вслед ушедшему князю. Двор был пуст.

Юноша закрыл глаза, и вниз по щекам устремились две дорожки горячих слёз, упавших прямо на ладони, в которых он сжимал красную фасоль. Шэнь Юй наспех вытер её и, превозмогая себя, улыбнулся. 

Князь Чжэньбэй любил смотреть на его улыбку, поэтому он никогда не плакал перед ним.

Если перестать плакать, князь вернётся?
 



Комментарии: 0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *