Голос оператора стих. Лу Фэн изменился в лице.

Развернувшись, полковник направился к своей машине — автомобиль чрезвычайного суда стоял за стенами станции обороны. Научный сотрудник Маяка быстро нагнал мужчину, следом подбежал молодой судья:

— Полковник!

— Оставайтесь здесь и помогите всем, чем сможете, — приказал Лу Фэн.

— Полковник, созвать чрезвычайный суд?

Лу Фэн бросил взгляд на немногочисленный поток людей и приказал:

— Закрыть городские ворота, собираемся в Районе-5.

— Слушаюсь, — ответил молодой судья. — Полковник, берегите себя.

Лу Фэн ничего не ответил. Захлопнув дверь, офицер завёл двигатель и выкрутил руль. Чёрный автомобиль, развернувшись, стремительно двинулся в сторону Района-1, в центр управления. За ним следом выехали Говард и крупногабаритный бронеавтомобиль оборонительной зоны.

Сотрудник Маяка, расположившись на заднем сиденье, разговаривал по коммуникатору, бодро отвечая на вопросы:

— Мы на полпути к центру управления, — говорил он. — Надо готовиться к худшему. К настоящему времени рассматривается теория, что особые волны ультразвукового диспергатора не только отпугивают членистоногих и пернатых, но и привлекают червей. Это предумышленное нападение, в этом нет никаких сомнений... Да, я пытаюсь связаться с центрами остальных диспергаторов.

Раннее утро. В самом центре города с вышки прозвучал сигнал тревоги — пронзительный и протяжный звук оповестил об «укрытии населения в защитных сооружениях». Лица редких прохожих моментально изменились. Обменявшись испуганными взглядами, люди бросились к ближайшим зданиям.

Между тем, по всему городу началось радиовещание. Механический женский голос, приятный и нежный, сообщил:

 

«Внимание! Из-за неисправности ультразвукового диспергатора в ближайшее время в городе могут появиться насекомые, птицы и червеобразные монстры. До оповещения об устранении неполадок просим всех жителей базы плотно закрыть двери и окна. Запрещено передвигаться по городу. В случае обнаружения подозрительной активности просим немедленно обратиться по номеру экстренной службы и передать информацию сотрудникам оборонительной зоны города. Военные Северной базы сделают всё возможное для обеспечения вашей безопасности».

«Внимание! Из-за неисправности ультразвукового диспергатора в ближайшее время в городе могут появиться насекомые, птицы и червеобразные монстры... »

 

По всему городу слышались хлопки закрывающихся окон. Заключённых и рабочий персонал станции обороны быстро перевели в ближайший жилой комплекс. Бронеавтомобили непрерывным потоком выезжали с постов станции, рассредоточившись во всех направлениях.

Ань Чжэ, Скотта Сяо и Поэта заперли в одной комнате. У военных сейчас своих дел невпроворот, им не до заключённых. Один занимался подстрекательством, второй — незаконным сбором информации о старшем судье, а у третьего вообще какое-то странное обвинение. В общем, пустяки. Поэтому солдатам было плевать на них — за ними никто не следил, только дверь на ключ закрыли.

— Через центр управления можно дистанционно управлять всеми ультразвуковыми диспергаторами на окраинах базы, — Поэт выглянул в окно. — Когда ты за стеной, тебя может заразить даже маленькая летающая букашка. С помощью ультразвуковых волн в специальном частотном диапазоне военные могут обеспечить абсолютную безопасность граждан. Сюда даже муха не пролетит. Если что-то действительно произошло с центром управления — риску заражения подвергается весь город. Для насекомых в период размножения человеческие плоть и кровь — лучшая среда для откладывания яиц.

Ань Чжэ сел на холодную кровать, обхватив колени руками.

— И что будет дальше? — спросил он.

Поэт протянул руку и чуть сжал волосы на затылке грибочка.

— Предположим, прошлой ночью маленький жучок отложил яйца под твою кожу. Начнётся слияние генов — человека и жучка. Самое позднее, дня через три, ты превратишься в кожаный мешок с сотнями миллионов оплодотворённых яиц. Насекомые полезут из твоих глаз и через дыхательные пути, начнут бросаться на других людей, а потом...

— Прекращай пугать ребёнка, — попросил мастер Сяо, выглядел он недовольно.

Поэт медленно убрал руку.

— Да ладно, я же серьёзно.

Ань Чжэ вспомнил тот день, когда на площади базы снабжения Лу Фэн вскрыл живот гетерогенного мутанта — вся брюшная полость и дыхательные пути которого были до отказа забиты полупрозрачными личинками и яйцами.

— И что нам делать? — спросил он.

Поэт покачал головой.

— Нам остаётся только молиться о том, чтобы в центре управления не случилось чего серьёзного. Ну или о том, чтобы скорее починили диспергатор, иначе... — он тихо вздохнул. — Иначе по всей базе произойдёт вспышка эпидемии, или... наступит Судный день...

Ань Чжэ нахмурился и посмотрел на пустую улицу за окном.

— Ты знаешь о Судном дне? — спросил мастер Сяо.

— Слышал немного, — ответил Поэт.

Мастер Сяо вздохнул.

— А я-то думал, что спокойно доживу на базе до седых волос, и смогу умереть своей смертью.

— База была безопасным местом достаточно долго, — Поэт смотрел куда-то вдаль. — Я всегда забываю, что безопасность — временна, а опасность — вечна. Жизнь это не то, что мы заслуживаем, жизнь — это дар.

Ань Чжэ не понимал, о чём он говорит, и не знал, какие нужно задавать вопросы.

Но один вопрос он смог задать:

— Что такое Судный день?

Мастер Сяо бросил на него косой взгляд и ответил:

— Я уже не помню, спрашивал тебя или нет, но что это на тебе такое?

Ань Чжэ промолчал.

На его плечах по прежнему весело пальто Лу Фэна, в кармане которого лежала его рабочая книга и шариковая авторучка.

Скотт Сяо прищурился.

— Где ты был, когда меня и Поэта отвели в палатку? — спросил он. — Ты спал с ним?

— Нет, — Ань Чжэ предвкушал этот вопрос от мастера Сяо. Он тихо ответил: — Он не ложился спать.

— Да ну?! — рассмеялся мастер Сяо. — С чего ты взял, что он не ложился спать? Ты же спал с ним! Да говори уже!

Ань Чжэ и не собирался никому ничего рассказывать. Разыграв неведение, он повторил свой вопрос:

— Что такое Судный день?

— Скажи, ты знаешь, как появился «Судебный Кодекс»? — спросил Поэт.

— Не знаю, — ответил Ань Чжэ.

Поэт посмотрел на мастера Сяо и добавил:

— Почтенный учитель, разумеется, знает.

— Знаю, — поднял брови Скотт Сяо.

— Сколько вам лет? — спросил Поэт.

Не желая отвечать, старик с лёгкостью уклонился от заданного вопроса:

— Его приняли, когда я ещё мелким был.

Поэт присел на кровать рядом с Ань Чжэ. Его серая тюремная роба протёрлась в нескольких местах. Чёрные волосы завязаны в небрежный хвост на затылке. Лицо, как и голос молодого человека источали безмятежное спокойствие. Возможно, это просто профессиональная манера речи Поэта.

— «Судебный Кодекс» вот-вот отметит столетнюю годовщину. Мне кажется, что граждане Северной базы благодарны за него. Я о нём мало что знаю, а пожилых тут не так много, чтобы порасспрашивать.

Похоже, мастер Сяо потерял интерес к Ань Чжэ и к тому, с кем тот спит. Закатив глаза, он достал из кармана крохотные кукольные детальки и принялся вертеть их в руках.

— Я тоже мало чего слышал. Говорю же, мелким был.

— Расскажите, — попросил Поэт.

— После падения Юго-восточной базы люди были ужасно напуганы. В те годы мутации, да и мутанты в целом, не были такими ужасающими, как сейчас. Когда люди возвращались на базу, они всего лишь проходили полное обследование тела на наличие ран или каких-либо других паталогий. Солдаты были повсюду. Если, вдруг, кто-то обнаруживал признаки мутации, человека убивали на месте, — рассказывал мастер Сяо. — Ультразвуковой диспергатор ещё не изобрели, потому насекомые свободно летали по базе. Тех тварей, что покрупнее, убивали военные; мелких было не поймать — для таких повсюду вешали специальные фонари с приманкой. Несовершеннолетним запрещалось покидать базу, из них формировали специальные отряды, которые ханимались уничтожением мелких тварей.

— Эпоха Смуты... — тихо произнёс Поэт.

— Почти, — ответил мастер Сяо. — В детстве мне повезло стать командиром одного такого отряда. С тех пор больше десяти лет прошло, пока, наконец, не изобрели ультразвуковой диспергатор. Больше ни одна летающая тварь не могла проникнуть на базу.

— Тогда и ввели «Судебный Кодекс», — добавил Поэт.

— Да, — продолжил мастер Сяо. — Но ввели его не из-за насекомых, а из-за видеонаблюдения. Однажды, когда сотрудник мониторинга проводил регулярный просмотр видеозаписей, он кое-что увидел на записи с водонапорной башни. Что-то произошло в самом углу картинки, но из-за того, что место было слишком тёмным, а картинка не чёткой, разглядеть что-либо было невозможно. Он продолжал смотреть ту запись. От увиденного парень чуть умом тронулся. — Рассказ мастера Сяо возбудил у Ань Чжэ интерес. Грибочек увидел, как Поэт внимательно и сосредоточенно слушал.

Ань Чжэ продолжил слушать историю Скотта Сяо.

— К системе циркуляции и очистки воды шёл странный человек — его как будто перекосило. Создавалось впечатление, что в его теле не было ни косточки. Я слышал, что человек был похож на антропоморфную пиявку. Он сел, опустив ноги в воду.

— Это был гетерогенный и он решил загрязнить воду своим секретом? — предположил Поэт.

Мастер Сяо улыбнулся и сказал:

— Увы! Это ещё цветочки!

Поэт поднял брови.

— Ноги этого «человека» превратились во что-то полупрозрачное, а затем их разорвало и в воду повалилась целая куча непонятной фигни, — мастер Сяо покачал головой. — Таким образом всё тело этой твари буквально растворилось в воде. Уровень воды поднялся более чем на десяток пунктов. Я слышал, люди говорили, будто в воде плавали куски белого мясного фарша. Более того — всё произошло прямо в системе оборотного водоснабжения базы — это же питьевая вода! Конечно, эта вода сразу пошла по водоотводным каналам, — добавил мастер Сяо. — Самое страшное, что эту запись увидели лишь спустя двадцать часов...

Поэт поморщился. Похоже, его начало подташнивать. Его кадык несколько раз дёрнулся, прежде чем он смог сказать:

— Зараза оказалась во всём городе.

— Да, — ответил мастер Сяо. — Тогда Маяк предоставил результаты исследования. Эта тварь оказалась своего рода мягкотелым водяным гетерогенным мутантом. А то, что произошло с ним в воде — его способ размножения. Короче говоря, появилась угроза вспышки эпидемии. Тогда никто не был застрахован от этого. Сразу после того инцидента в срочном порядке запустили «Судебный Кодекс».

— Поговаривают, что первыми судьями стали не военные, а подчинённые Маяка, — добавил Поэт.

— Верно. После вторжения водного гетерогенного мутанта учёные Маяка принялись изучать гуманоидных гетерогенных тварей — им нужно было собрать как можно больше их характерных признаков. Именно Маяк сформировал частный суд и внедрил его на базу. За десять дней судьи смогли допросить и проверить каждого жителя базы. От воды не остаётся ран, заразиться мог кто угодно. В те годы не было каких-то особых методов проверки, все полагались только на собственные глаза и интуицию. Ты мог заниматься чем угодно, но достаточно было сделать глоток воды... Если судья решил вынести приговор — ты должен умереть, — мастер Сяо вздохнул. — Это были самые кровавые десять дней на базе. Тогда погибла половина населения.

— Похоже, я слышал эту историю раньше, — вспомнил Поэт. — Эти десять дней и стали легендарным Судным днём.

— Только такие, как вы, писаки, и могут пороть эту чушь — назвать страшные десять дней «Судным днём», нести что-то там о причастности Бога... — нахмурился мастер Сяо.

Поэт улыбнулся и добавил:

— В Судный день весь мир будет судим перед Богом. Кто-то попадёт в Рай, а кого-то отправят в Ад.

— Кто его знает, — старик стряхнул пыль с рукава. — Об этом узнали на базе в Вирджинии, и они выразили своё категорическое негодование в отношении реформ на нашей базе. Затем нам прислали группу учёных и предоставили машину для определения гетерогенных мутантов. Вместе с этим они отправили беспилотники с оппозиционными листовками, якобы наша база нарушает права человека. А что в итоге?

— Не прошло и года, как на базу в Вирджинии напали водяные гетерогенные мутанты, — прошептал Поэт. — Все жители были заражены, база пала...

— Благодаря идиотизму руководства базы Вирджинии, «Судебный Кодекс» окончательно закрепился. Судьи теперь могут застрелить кого угодно, а если они не смогут принять решение — дело передадут старшему судье, и тогда приговор вынесет уже он. Он же не несёт ответственности за непреднамеренное убийство. Старший судья — Бог, — усмехнулся мастер Сяо. — К сожалению, и Бог может сойти с ума... Старшие судьи убивали своих же сограждан, число жертв росло, и в какой-то момент остановиться было уже невозможно. Они сменяли друг друга, как перчатки. За первые десять лет службы чрезвычайного суда трое судей сошли с ума, двое — покончили с собой. Никто не хотел заниматься такой работой. За дело снова взялись военные. Они выносливее, могут без проблем провести целый год за стеной, легко определяют гетерогенных тварей и за свою жизнь успели повидать много монстров. Ещё они отличаются неплохой психологической устойчивостью. Наконец, текучка старших судей поутихла, и сменилась с одного умалишённого за три года, до одного умалишённого за десять лет. Когда Лу Фэн стал старшим судьёй, ему и двадцати не было. Он был слишком молод. Я тогда даже ставку сделал, что он и трёх лет не протянет, — мастер Сяо пожал плечами. — Я кучу денег потерял. В этом году у него пошел седьмой год службы... Хаббард сказал, что он уже убил больше людей, чем его предшественник. За последние три года число жертв только росло. Удваивалось ежегодно. Все знают, что ещё немного и он точно двинется крышей.

— Трудно сказать, кто испытывает эмоциональный стресс сильнее — тот, кто судит или тот, кого судят, — Поэт прислонился к стене. — Ну, раз полковник может себе позволить переспать с ребёнком, он, походу, ещё задержится на службе... Хотя, нет, — резко продолжил свою мысль Поэт, — не так! — нахмурившись, он быстро отказался от всего сказанного ранее и добавил: — Напротив! Для такого холодного и безжалостного человека, как полковник Лу, это первое предвестье безумия!

Он подошёл к Ань Чжэ. Его взгляд очень напоминал глаза мастера Сяо.

— Что он делал с тобой? Он сделал тебе больно?

Ань Чжэ закутался в пальто — он больше не хотел с ними разговаривать.

Бум!

Щелк!

В комнате повисло напряжённое молчание. Все трое посмотрели в сторону источника звука.

В окно врезался разноцветный жук. 

 



Комментарии: 3

  • И всё же кому-то нужно делать грязную работу 🤷 и в нынешних условиях уже не до морали..
    Спасибо за труд)

  • Какие озабоченные эти взрослые. И чего к ребенку пристали. У автора очень неаппетитная фантазия. ,🤮🦠 Спасибо за перевод!

    Ответ от Michael Krauze

    Главное желание автора в этой истории: страшные монстры и всякая мерзотность для ужаса))) так что... Не всем о сладких мальчиках писать 😂

  • Это прекрасная новелла с чудесным переводом. Меня просто будоражит от осознания, что тут появилось что-то новое, качественное.
    Спасибо за перевод!

    Ответ от Michael Krauze

    Огромное спасибо за приятные слова ❤️ в текст по мере будет вноситься редакция, извините за ошибки если попадутся на глаза))

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *