[Малая энциклопедия] Ли Сы носил кольца на больших пальцах на правой и левой руках. Камень, инкрустированный в кольцо, являлся своего рода редко встречающимся самоцветом цвета морской волны. Драгоценный камень заключает в себе золотые шелковые нити, которые сформировались естественным путем. Если смотреть внимательно, то они похожи на птицу Бифан. Отец Ли Сы, Ли Вань, когда следовал за дедушкой Цан Ци, Цан Юанем, чтобы покорить мир, случайно получил эти камни. Каждый из этих двоих людей держал по одному как символ, с помощью которого перебрасывалась армия Бифан. Цан Юань перед смертью страшился, что родной сын будет неблагоприятным к роду Ли, и по этой причине свое кольцо с большого пальца передал Ли Ваню. После судебного дела о мятеже рода Ли, эта пара колец для большого пальца была найдена и возвращена Ли Сы. С того времени они никогда не покидали его тело.

***

— Наглец!..

Удары ногой и трепыхания юноши совсем не вынуждали держащего его человека разжать руки. Наоборот, из-за опасений, что тот издаст звуки, которые услышат люди, он намного сильнее стал зажимать его рот. Молодой человек был до крайности возмущен и укусил палец, находившийся у края рта. Темно-красная кровь сочилась по уголку рта юноши, однако тот человек по-прежнему был неподвижен вплоть до того, пока юноша не смог уже терпеть и не начал кашлять от привкуса крови. Только тогда тот человек чуть-чуть ослабил хватку. Он втянул юношу в сад с декоративными каменными горками парка и шепотом сказал:

— Ваше Величество, прошу извинения за грубость подданного.

Близилась глубокая осень, в цветнике осталось лишь несколько увядших хризантем, которые качались на ветру. Опавшую листву не успели убрать и она укрывала камень для сооружения декоративных горок толстым слоем. Ветер дул через трещины в камне, его вой был почти похож на всхлипывания. Лицо молодого императора было мрачным и неясным, словно погода, где ветры и грозы сменяют друг друга1. Неизвестно, из-за страха или потому, что борясь из последних сил, он потратил слишком много энергии, обе его руки все еще непрерыв но дрожали.

1 Проливной дождь с ветром.

— Прочь! — Цан Ци насильно сам подавил всхлипы в голосе, старательно сохраняя манеры и впечатляющий и величественный вид императора:

— Ты считаешь, что Мы не решимся сменить тебя?

— Ваше Величество, сейчас нельзя идти. — Инь ШиИ опустился на одно колено, поднял голову и смотрел на Цан Ци. Обняв ладонью одной руки кулак другой, он сказал:

— Человек, которого регент сейчас менее всего хочет видеть, это именно Ваше Величество. 

Рана на руке Инь ШиИ намокла от дождевой воды, которая впиталась в рукав так, что он стал целиком ярко-красным. Цан Ци смотрел в те обжигающие глаза красного цвета и внезапно почувствовал головокружение. Он воскресил в памяти событие, которое только что видел, в груди неясно распирало от боли, желудок и кишки внутри перевернулись вверх дном. Он оперся о камень с приступом рвотных позывов. Инь ШиИ крайне удивился. Он моментально встал, чтобы помочь ему, но Цан Ци стряхнул его руку, а потом он услышал, как Цан Ци процедил сквозь зубы несколько слов:

— Если про это дело посмеет просочиться хоть половина слова, убью без права на помилование!

 

Сила дождя мало-помалу уменьшалось, небо и земля по-прежнему казались неясно сумрачными. Во дворце НинХуа не были зажжены фонари и свечи. Е ЮньЦзин чувствовал себя так, словно угодил внутрь выцветшего мира сновидений. Он не знал, где было его тело. Внезапно северный ветер раскрыл в толстой и тяжелой дверной занавеске щель. Холод ранней осени ворвался внутрь из той щели, втягивая непрерывный стук капель дождя. Казалось, что острый клинок чиркнул по коже. Е ЮньЦзин не смог сдержаться и задрожал от холода. Сумятица в мыслях снова предстала перед ним

До того, как Цзинь-ван вторгся, каждая дворцовая служанка, прислуживавшая во дворце НинХуа, была отпущена. О произошедшем во внутренних покоях событии, должно быть, никто не знал, но запах крови был учуян Гу Юэ, который сидел на корточках на усадебной ограде. Когда он вломился во дворец, он только увидел, что на уголках рта Е ЮньЦзина все еще имелся кровяной след. Он как раз поддерживал почти в бессознательном состоянии Ли Сы и часто звал его. Еще не успев расспросить о ситуации, Гу Юэ был послан Е ЮньЦзином в императорскую лечебницу пригласить сюда людей. Придворная дама ЦяньСяо, доверенное лицо Е ЮньЦзина и управляющая делами, также в спешке пришла. Увидел состояние мужчины, она тоже перепугалась. Женщина помогла Е ЮньЦзину поддержать Ли Сы и довести его до кушетки. Она стерла с тела Е ЮньЦзина пятна крови, а потом отступила в наружное помещение. Отлично вышколенная, она собрала и положила разбросанные по полу чжаншу2. Набрав воды, женщина кропотливо стерла кровавые пятна с кирпичей золотого цвета.

2 Чжаншу — в древние времена подчиненные подносили императору официальные документы, в которые входили обсуждения дел управления или предложения императору.

Ли Сы лежал на боку на подушке. Весь он был как в тумане. Обильный пот непрерывно стекал с его лба и вскоре намочил платок. Е ЮньЦзин сначала думал встать и опять сходить к медному тазу, чтобы взять чистый. Та рука, что держала его запястье, похоже, почувствовала что-то и инстинктивно ухватилась еще крепче. Ли Сы, прилагая все усилия, открыл глаза и умоляюще сказал:

— ...не уходи.

— Сначала отпусти руку. — Е ЮньЦзин уже снял окрашенный кровью халат и только лишь серебристо-белого цвета волосы по-прежнему оставались немного темно-красными, что еще более выделяло его бледное как лист бумаги лицо. 

Ли Сы поднял голову и смотрел на него, словно боялся, что если отпустит руку, то Е ЮньЦзин исчезнет. Он, горько рыдая, прошептал:

— Цзин-эр, не уходи.

Заметив этот его вид, Е ЮньЦзин напряженно нахмурился. В его сердце еще более смешались пять вкусов3, которые в конечном счете превратились во вздох:

3 Кислый, горький, сладкий, острый, соленый.

— Я не уйду. 

 

— Князь, глава императорской лечебницы И ЦзинНянь прибыл. — ЦяньСяо приподняла занавеску и вошла, в поднятых руках она держала лампу. Позади нее еще следовал одетый в охровое платье ученого лекарь. Он пришел в спешке, не укрывшись под зонтом. С двух оснований его футоу4 все еще стекала вода. Еще не войдя в дверь, он почувствовал запах крови внутри дворца. Не сдержавшись, он слегка несколько раз кашлянул.

4 Примеры футоу тут. Основание футоу — это два оттопыренные по сторонам крыла на задней части головного убора.

— ЦяньСяо, пойди добавь немного благовоний. — Е ЮньЦзин не хотел, чтобы посторонние видели еще более неловкую ситуацию Ли Сы, поэтому также заплатил придворной даме, что сопровождала его.

ЦяньСяо, получив приказ, удалилась. И ЦзинНянь сначала помыл руки в медном тазу и только потом подошел к лежанке. Увидев, что Ли Сы все еще бредил в бессознательном состоянии и обливался потом, он протянул руку, чтобы проверить пульс Ли Сы. Откуда было знать, что как только палец дотронется до Ли Сы, то у того, словно его укололи, все тело сильно задрожит. Запястье Е ЮньЦзина внезапно было сжато Ли Сы и стало так больно, что не не смог не задохнуться от удивления.

— Сначала необходимо расстегнуть его одежды. — И ЦзинНянь беспомощно покачал головой. Повернувшись кругом, он прошел к лекарскому сундуку и начал тщательно искать.

Е ЮньЦзин оставалось лишь поднять человека. Чтобы снять с него одежду он опять попробовал еще раз вытащить руку. Безрезультатно.

Ли Сы опирался на Е ЮньЦзина. Казалось, что он проходил через муки ада. Он хмурил брови, часто и тяжело дышал, все его тело было обжигающе горячим, но он все время не был склонен отпускать руку Е ЮньЦзина. И ЦзинНян заметил его состояние. Он достал иглу для акупунктуры, опалил на огне5 и подошел к боку Ли Сы. Улучив момент, он вонзил иглу в его затылок. Тело Ли Сы онемело и слабо упало на постель. Наконец он закрыл глаза. 

5 Обеззараживание.

— Доктор, это для чего? — Е ЮньЦзин обеспокоенно заговорил:

— На его плече еще есть рана!

— Сначала пускай он успокоится немного, чтобы я осмотрел его. — И ЦзинНянь держал в руках ножницы, намереваясь разрезать ипао6 Ли Сы. Затем он развязал повязку на его плече и указал на уже зарубцевавшуюся рану, чтобы Е ЮаньЦзин посмотрел:

6 Ипао — длинный халат.

— Тут не более чем поверхностная рана. Втереть лекарства и все. На самом деле то, что беспокоит... — И ЦзинНянь опустил ножницы и палец руки положил на пульс на запястье Ли Сы. Долгое время спустя он сказал:

— Тц, яд вошел в каналы. Только Ли Сы смог выжить, если бы на его месте был другой, он уже давно бы предстал перед Янь-ваном7.

7 Янь-ван — владыка загробного мира.

— Что за яд?

И ЦзинНянь с немного странным выражением лица смотрел на Е ЮньЦзина:

— Разве не тебе наиболее ясно, что за яд в нем? 

Е ЮньЦзин слегка остолбенел. Несколько туманных отрывков возникли и промелькнули в голове. Он опять вспомнил сегодняшний спор двух людей и собственные слова, которые он сказал перед тем, как Ли Сы упал. На сердце стало так больно, словно его разрезали на части и рубили топором. Он скорбно сказал:

— Это я навредил ему...

— В данный момент не время об этом говорить. — ответил И ЦзинНянь, перебив Е ЮньЦзина, и продолжил объяснять ситуацию Ли Сы:

— Яд ЦяньЦзи8 выражает ян9. И его своевременно взаимно сдерживал нэйгун10 природы инь, который совершенствовал Цзинь-ван. Почти наверняка он ранее, используя нэйгун, силой подавлял природу яда. Сейчас его внутреннее дыхание в хаосе и природа яда проявилась.11

8 Также известен как яд, который вызывает смертельные конвульсии. Лекарство китайской медицины Чилибуха или рвотный корень.
9 [Ян] и [Инь] являются философским мышлением Древнего Китая, которое очень сложно объяснить. В глазах китайцев во всем мире очень много дел, в которых содержатся характерные признаки [инь] и [ян]. Иногда [инь] и [ян] противостоят друг другу, иногда инверсируют друг друга.
10 Нэйгун — искусство совершенствования способностей человека. Использует медитации, физические и дыхательные упражнения.
11 [Инь] нэйгуна и [Янь] яда — эти два вида характерных признаков при столкновении друг с другом в теле человека порождают еще большие повреждения.

Видя, что Ли Сы в коматозном состоянии по-прежнему непрестанно болезненно зовет, Е ЮньЦзин действительно не мог вынести это. Он спросил:

— Может есть какие-либо средства?

— Нет. Это творение дьявола передалось из стороны Северной Янь. Я также не нашел противоядие. Во время проявления яда, природа яда с его нэйгуном находятся в противостоянии инь и ян. Он может чувствовать по всему телу острую боль, от кожи до костного мозга, словно десять тысяч муравьев вгрызаются в сердце. — Тон доктора не имел какого-либо вдохновения. Он по-прежнему, ни на что не обращая внимания, разрезал нижнее белье Ли Сы:

— Все, что прикасается и трет, заставляет его еще больше мучится, поэтому лучше всего снять всю его одежду.

Е ЮньЦзин дрожащей рукой хотел разогнуть пальцы Ли Сы, которые удерживали его запястье, однако обнаружил, что Ли Сы, даже в бессознательном состоянии, все так же не отпускал руку. И тогда он ослабил силу, пусть тот крепко держится за него. Меж движений он нечаянно тронул кольцо, которое Ли Сы носил на большом пальце. Под светом свечей Е ЮньЦзин увидел в драгоценном камне цвета морской волны, инкрустированном в кольцо, как капли дождя12 переливающиеся золотые лучи, словно расправляющая крылья птица. Эта пара колец на большом пальце отнюдь не была обычным украшением, а верительной биркой военачальника, которая могла переместить трехсоттысячную армию Бифана. Вспомнив о вопросе «не знаю, что следует ему жаловать» Цан Ци в тот день, вспомнив споры министров на сегодняшней утренней аудиенции у императора и толстенную стопку докладных записок на своем столе, Е ЮньЦзин колебался некоторое время и в конечном итоге легонько снял кольцо с большого пальца.

12 О частом, но мелком.

И ЦзинНянь мельком взглянул на то, как двое людей сжимали запястья друг друга, и спросил:

— О тогдашнем деле ты действительно также не можешь ни капли вспомнить? — И ЦзинНянь уже давно служил в резиденции У-вана и о деле тех лет также имел представление.

— … — Е ЮньЦзин покачал головой:

— После проявления эффекта яда только лишь ощущал, как все нутро горит и очень скоро потерял сознание. Когда опять пришел в себя, то тело уже совершенно не испытывало недомогания. Только лишь волосы поседели.

— Не только волосы поседели. Тебя сейчас только эмоционально возбудишь, как сразу харкаешь кровью. Кроме того, ведь ты был отравлен тем ядом. — И ЦзинНянь отбросил в сторону обременяющую ткань с тела Ли Сы и вместо этого покрыл его защищающим от холода тонким одеялом. Он опять вытащил из аптечки бутылку с пилюлями и вручил Е ЮньЦзину:

— Срочно принимай, во избежании того, чтобы снова не слечь. 

Е ЮньЦзин принял и шепотом сказал спасибо. Внезапно он услышал снаружи шторы немного растерянный голос ЦяньСяо.

— Ваше Величество! Регент и Цзинь-ван как раз обсуждают военные дела...

Звуки шагов молодого императора были такими же частыми и беспорядочными, как звон колокольчиков под крышей, о которые бились ветер и дождь. ЦяньСяо не успела закончить фразу, как парчовая занавеска уже была энергично отдернута. Цан Ци, не удостоив взглядом И ЦзинНяня, который, преклонил колени на земле и приветствовал его, прямо дошел до Е ЮньЦзина. Тот намеревался притянуть ватное одеяло, чтобы плотно закрыть свою и Ли Сы руки, но уже было слишком поздно. Более того, его босые ноги, на которые не были надеты сапоги, также попали в поле зрения Цан Ци. 

Е ЮньЦзин немного наклонил тело, чтобы избежать взгляда Цан Ци:

— Ваше Величество, когда Цзинь-ван и подданный обсуждали военные дела, старая рана повторно раскрылась. В зале присутствует кровь. Боялся, что на нее натолкнется Его Величество. Прошу, Ваше Величество, избегать этого.

Густой запах алтингии уже перекрыл запах крови в комнате, однако рана в уголке губ Е ЮньЦзина, тем не менее, ясно показывала, что подлинная картина, таким образом, была приуменьшена его словами. Сердце Цан Ци понемногу тяжелело. Двумя зрачками он непоколебимо уставился на Ли Сы и, стиснув зубы, сказал: 

— Цзинь-ван сейчас не получил награду, и сразу пришел требовать объяснений?!

— Ваше Величество, прошу извинить. Все совсем не так. Прошу позволить подданному позже дать объяснения Вашему Величеству. — Е ЮньЦзин изменился в лице, но по-прежнему подавлял нахлынувшие мысли. Избегая взгляда Цан Ци, он наклонил голову и посмотрел на Инь ШиИ позади него:

— Его Величество промокло под дождем. Одежда влажная, тело замерзнет. Отведи Его Величество в боковой зал переодеться. 

— Дядя! — В сердце Цан Ци было до крайней точки печально. Только переведя дух, он смог сказать:

— Пусть даже он имеет рану, его также не следует лечить у дяди!

— Гу Юэ! Прошу сменить платье Его Величества. — Во взгляде Е ЮньЦзина была твердость, которая не терпела отказа. Гу Юэ мелькнул сбоку от Цан Ци. Внешне он словно помогал, но фактически он, применяя силу, поддерживал его за предплечье. Цан Ци поднял другую руку, желая оттолкнуть его, но был остановлен Инь ШиИ.

— Вы наглецы! — разозлился Цан Ци,однако из-за того, что обе его руки были под контролем без возможности освободиться, он только и мог, что беспрестанно извиваться.

— Ваше Величество, прошу сначала переодеться. — Гу Юй мимикой лица подал знак Инь ШиИ и двое людей, один справа, второй слева, поддерживая под руки юного владыку, покинули внутренние покои.

До того, как они дошли до бокового зала, Цан Ци больше не сопротивлялся. Он лишь холодно громко сказал: 

— Отпустите! — Инь Ши И и Гу Юй взглянули друг на друга и ослабили силу. Цан Ци потер плечи. Он вошел отнюдь не в боковой зал, а прямиком направился в сторону дверей дворца НинХуа. Заметив, что император больше не упорствовал оставаться здесь, Гу Юй преклонил колени и проводил его. Что касается Инь ШиИ, то он скоро догнал юношу. Цан Ци отбросил рукава и отказался от помощи Инь ШиИ. Ускоренно шагая, он почти весь путь пробежал обратно в Циньчжэндянь13.

13 Дворец ЦиньЧжэн — дворец в Пекине. ЦиньЧжэн — отдаваться работе по управлению страной.

Придворная дама, прислуживающая в галерее, заметила, что император шел в спешке и его выражение лица было жестоким. Лицо командующего войском императорского дворца Инь ШиИ позади него в большей степени казалось глубоким словно лед14. Она с особой осторожностью поприветствовала. Придворная дама как раз собиралась открыть зонт для Цан Ци, но тот оттолкнул ее руку. Он одновременно прошел вперед и заговорил:

14 Серьезный.

— Отправляйся и принеси батоги!

Придворная дама остолбенела и стояла на месте. Цан Ци непрестанно шагал и громким голосом повторил:

— Кто-нибудь, принесите Нам батоги!

Охранники, которые сейчас были в Циньчжэндяне, услышали яростный злобный крик императора. Двое сообразительных, откликнувшись, тотчас убежали. Компаньон по учебе Цан Ци, Ян ЧжиШуй, услышав звуки снаружи, поспешно вышел поприветствовать из дворца. Он осторожно спросил:

— Ваше Величество, кого сейчас вы хотите избить?

Цан Ци расстегнул внешний халат, который намок от дождя, и кинул Ян ЧжиШую. И глазом косо не взглянув, он прошел мимо него.

— Командующего войском императорского дворца!


Ссылки на авторов:
Magical_爱慕子:
Lofter 
Weibo 
Miracle_牧:
Lofter
Weibo
Отдельная благодарность 耽月_na_neve за помощь с текстом.



Комментарии: 0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *