Улицы кишели моросцами, направлявшимися в бары или заброшенные здания, превратившиеся в популярные места сборищ. Они без оглядки проходили мимо Джейда, зажимая в руках бутылки стаута, а в зубах — сигареты, и весело болтали друг с другом. Одежда их была рваная и грубо залатанная, потемневшая от пота и грязи, а башмаки склеены тем же серым скотчем, что и у Джейда.

Джейд плёлся по переулку, провожаемый отголосками разговоров, доносившихся из кирпичного здания слева. Мельком покосившись на верхний этаж, он разглядел неясные очертания, притаившиеся в тени ржавых балок, и тлеющие огоньки косяков, вспыхивающие при затяжках. Друзья, отдыхающие после работы, или, возможно, уличные банды, наслаждающиеся выпивкой перед тем, как отправиться на дело. Под покровом осеннего неба, усыпанного звездами, они пили, смеялись и отхлёбывали пойло из бутылок, произнося пьяные тосты за всё — от хороших сигарет до упругих задниц. Даже не подозревая, как парень в чёрном, стоящий под ними, мучается от презрения к самому себе.

Джейд поднёс к губам очередную сигарету. Куртка его была тонкой, но плед, наброшенный на плечи, вполне прилично согревал. С руками, засунутыми под ткань, ему не было ни зябко, ни промозгло, хотя, по мере того, как вечер переваливал за полночь, на улице становилось всё холоднее. Приближалась зима, но пока ночёвка на улице не грозила смертью от обморожения.

У друзей Джейд переночевать не мог: там бы его точно нашёл Керрес. В ночлежке обитают озабоченные мужики, которые непременно начнут приставать. В итоге сегодня его крышей суждено было стать звёздному небу, но Джейда, выросшего в Моросе, это совсем не смущало. Он знал все места, где можно уснуть, не опасаясь за свою жизнь: например, вентиляционные шахты, в которых тепло, или уютные уголки, спрятанные от любопытных глаз под лестницами и в подвалах. Если, конечно, вас не смущает запах мочи и гнили, и, естественно, редкие крысы или тараканы.

Он бросил взгляд на перегоревший уличный фонарь — бесполезное напоминание о том, каким это место было до Фоллокоста. Для уличного освещения Морос был слишком беден, поэтому даже бары и магазины обесточивали на ночь, а любого, кого заставали с какой-нибудь лампой, кроме синей, штрафовали и наказывали.

Но в Эросе и Скайленде свет горел постоянно. Огни освещали каждый подозрительный переулок, даря ощущение безопасности. В менее благополучных районах под покровом темноты творились страшные вещи, и обычно днём от этих ужасов оставалось только пятно крови и, если повезёт, использованный презерватив.

Добравшись до моросского порта, Джейд пошагал вдоль набережной, на ходу разбираясь с Mp3-плеером. Пока что ему удалось лишь включить прибор — но он уже чуть-чуть гордился собой. Джейд мало что понимал в электронике: однажды его ударило током, когда он попробовал починить старый телевизор, и с тех пор он держался от техники подальше.

Джейд достал наушники, пощёлкал кнопками, пока не нашёл список песен и, не узнав ни одну из них, включил первую попавшуюся. Вставив в ухо наушник, он побрёл дальше, наслаждаясь ранее неведомым ощущением музыки прямо в своей голове. Звук выгодно отличался от того, что он слышал в дерьмовом плеере Пита: кристально чистый и без фоновых помех. Это была одна из последних моделей, выпущенных незадолго до того, как случился Фоллокост.

Песня оказалась медленной, и в нём тут же зашевелилось чувство одиночества и вины за срыв на Керресе. Следующая выбранная мелодия была чуточку динамичнее и слегка отвлекла от тяжёлых мыслей. Они обязательно помирятся, но сейчас Джейду нужно успокоиться. Керрес окончательно довёл его своими обвинениями и предположениями, и дальнейшая ссора ничем хорошим не закончилась бы. Ни для одного из них.

Пусть кому-то их отношения и могли казаться проблемными, на самом деле они отлично понимали друг друга. Ударив Керреса, Джейд и впрямь зашёл слишком далеко, но не то чтобы он не делал такого раньше из-за своего взрывного характера. Джейду всегда с трудом удавалось контролировать свой гнев, и выпускать пар он умел лишь рукоприкладством. Однако как бы гадко не было это признавать, вспыльчивость — не оправдание. Позже он извинится перед Керресом хотя бы за это.

В ту ночь Джейд спал под лестницей. Там было достаточно тепло и безопасно, чего не скажешь о его беспокойных снах. Несколько раз парень просыпался от того, что ему мерещился Илиш, но стоило унюхать вонь мочи и кислый запах гниющей фанеры, как он вспоминал, что белокурая химера очень далеко и в таком месте ни за что бы не оказалась. Сама мысль об этом казалась смехотворной.

Следующим утром, купив себе на завтрак пару упаковок прессованных сухарей и съев одну из них, он направился в Гарретт-Парк, чтобы проведать Шэрин. Та, как обычно, рылась в какой-то горе хлама. Пока его не учуяла собака, Джейд успел понаблюдать, как мать кивает головой взад-вперёд, разбираясь в собранных жестянках. Со стороны казалось, будто она просто перекладывает их из одной авоськи в другую: Джейд так и не понял, что это за метод сортировки. Для него все это выглядело сущим безумием.

— Привет, мам, я принес тебе немного сладкого, — наклонившись, Джейд протянул ей упаковку сухарей.

Шэрин подняла на него глаза и, словно хэллоуинская тыква, расплылась в кривой улыбке.

— Ты один? Раньше ты никогда не приходил один. Неужели вы с тем парнем расстались?

Едва заметно скривившись, Джейд спрятал свои чувства поглубже и бесстрастно пожал плечами.

— Нет, просто он на работе, а меня уволили. Как продвигается сбор? — усевшись рядом, он начал жевать жёсткий сухарик.

От этого вопроса Шэрин довольно оскалилась и, прокашлявшись, принялась хвастать Джейду своим добром. На некоторых банках ещё держались выцветшие этикетки, но большинство были просто оловянной тарой без опознавательных знаков.

«Дек'ко» давали по пять центов за штуку. На заводах банки переплавляли и делали из них новые. В Пустоши хранились огромные запасы консервов, причём со всё ещё съедобной едой, но там никто не занимался переработкой, поэтому их не берегли.

— Вот... Видишь? — Шэрин ткнула жёлтым пальцем, больше похожим на коготь, в банку с выцветшей этикеткой супа «Кэмпбелл». — Её дал мне один торговец. Он только что вернулся из квартала под названием Тинтаун. Мог бы быть твоим папашей, правда, глаза у него голубые.

Джейд снова дёрнул нижней губой и постарался уйти от этого разговора.

— Хочешь, я отнесу их на утилизацию? Чтобы ты не ходила сама? Я знаю, как тебя беспокоит колено, — Джейд и сам не понял, что на него нашло: то ли он пытался утихомирить совесть, грызущую его из-за ссоры с Керресом, то ли ночёвка на улице настолько проветрила ему мозги, что теперь у него хватало терпения на общение с безумной матерью.

Старуха кивнула головой и протянула сыну авоську с банками.

— Приходи к обеду. Я приготовлю нам поесть, и, когда ты вернёшься, мы покушаем вместе.

«Скорее, ты меня отравишь».

Покопавшись в карманах, он протянул матери последний доллар, которого было более чем достаточно, чтобы покрыть стоимость жестянок.

— Давай я дам тебе деньги вперёд, на случай, если что-то случится, и я не успею к обеду. Хорошо?

Шэрин кивнула, и на этом разговор закончился.

Следующие несколько часов Джейд провёл прислонившись к дереву, время от времени поглаживая собаку и слушая бредни матери. Она разглагольствовала обо всём подряд, начиная от положения дел в Моросе и заканчивая старыми добрыми временами, когда возила Джейда на тележке. Шэрин любила поговорить со всеми, кто её слушал, особенно со своим единственным ребёнком.

— В детстве ты был похож на маленького пришельца и любил кусаться... Видишь, видишь… Твоих зубов дело! Оттяпал и сожрал! — Шэрин помахала перед ним обрубком своего мизинца. Джейд не очень верил, что действительно откусил ей часть пальца в детстве, но она никогда не упускала случая напомнить об этом. — А один раз ты съел крысу! Начисто откусил голову!

«Ну, может, тебе стоило почаще меня кормить».

— А помнишь, как я забрался на крышу банка?1 Помнишь, как тиэнам пришлось спускать меня вниз?

1«Большой канадский коммерческий банк» в Ванкувере достигает 88 метров в высоту (21 этаж).

Шэрин на секунду задумалась, а потом её и без того морщинистое лицо сморщилось ещё больше — старуха разразилась каркающим смехом. Она закивала головой, как болванчик, истерически хлопая себя по колену.

— Ты даже попал в новости! Интересно, а твой отец их видел? Он наверняка бы тебя узнал.

— У него были такие же глаза, как у меня? — в Скайфолле лишь изредка попадались жители со странным цветом глаз, а желтых Джейд вообще ни у кого не встречал. Один раз он видел оранжевые, а другой раз ограбил пацана с ярко-зелёными.

Джейд сделал ещё одну затяжку. Он по-прежнему стоял, привалившись к дереву и слушая мать. Почти весь запас сигарет ушёл на то, чтобы ненароком не сболтнуть лишнего и не вывести ту из себя. Хорошо ещё, что тема его детства была относительно безопасной: обычно Джейд успевал расстроиться раньше старухи. Создавалось впечатление, будто громче всего его мать смеялась над теми воспоминаниями, от которых сам Джейд просыпался в холодном поту.

— Нет, нет, у него были карие... Но у меня голубые, а голубой и карий дают жёлтый, — объяснила Шэрин.

Джейд приподнял одну бровь, но вслух ничего не сказал, решив не спорить с её логикой. Его мать — сумасшедшая, и он давно с этим смирился.

— Если у меня жёлтые глаза, то почему ты назвала меня Джейд? Джейд — это нефрит, драгоценный камень зелёного цвета.

Шэрин пожала плечами. Она облизала пальцы и начала потрошить окурки сигарет Джейда, надеясь из остатков скрутить себе ещё одну.

— Сначала я хотела назвать тебя Филипп, но потом попала на раздачу детской одежды, которую организовал химерий президент. Тебе достался зелёный комбинезончик со словом «Джейд» на груди. Короче, было бы глупо называть тебя по-другому. Да и сбивает с толку. Ты носил его, пока не вырос, а потом я перешила его в одеяло. Хорошая шмотка, мягкая ткань.

«Филипп... — фыркнул Джейд себе под нос. — Филипп! Хвала небесам за тот зелёный комбинезон! Поскорее бы уже рассказать Керресу, он со смеху лопнет!.. Керрес… Сколько ни оттягивай, а рано или поздно придётся возвращаться».

Джейд ещё с час протрепался с матерью, потом прихватил банки и собрался уходить. Отказавшись от предложенной сигареты, которую она успела сделать, он направился в сторону Никса, где находился склад вторсырья.

Возвращаясь в Морос с тридцатью центами в кармане, он наткнулся на Тейта. Джейд приветственно помахал ему рукой, но, заметив хмурый вид своего друга, сам нахмурился. Увидев его, Тейт с видимым облегчением покачал головой и побежал навстречу.

— Мы всё утро тебя искали! Ты где шляешься? — запыхавшись, проговорил Тейт.

Джейд заглянул ему за спину, сам не понимая, что он хочет там обнаружить.

— У матери. Мы с Керресом вчера поругались…

Тейт жестом прервал его.

— Сегодня утром Керреса арестовали перед Олимпом. Он в тюрьме.

Сердце Джейда ухнуло вниз.

— В тюрьме? Как... Что это вообще за Олимп?

— Небоскреб Илиша Деккера. В Скайленде.

Бесконечная череда проклятий гулким эхом пронеслась по переулку. Джейд чертыхался так громко, что Тейт потрясённо отшатнулся назад и огляделся по сторонам. Скорее всего, искал место, куда можно убежать или спрятаться, если тот начнет громить все вокруг. Джейд потопал к границам, потом вдруг развернулся и ещё раз заматерился. Со всей дури пнув мусорные баки и подняв ещё больше шума, он сжал кулаки и врезал по стене какого-то дома. Потом лягнул вдогонку.

Тейт молча уставился на пошедшего вразнос Джейда, гадая, почему именно ему «повезло» его найти. Все трое друзей Джейда и Керреса искали его весь день. Честно говоря, им и в голову не пришло проверить Гарретт-Парк: обычно Джейд избегал свою мать как огня. Никто не ожидал, что он окажется там.

— Джейд, помнишь парня, с которым я был, когда ты вернулся из... э-э-э…. того места? Он хочет с тобой поговорить. Ты ведь в курсе, что такие Кримстоуны? — Тейт уступил дорогу бешено нарезавшему круги Джейду.

Джейд кинул на него свирепый взгляд. Ну, естественно — о Кримстоунах слышали все! Это была террористическая организация, правда, на редкость бестолковая. Раз в год или около того они подкладывали бомбы в автомобили или играли в народных мстителей и нападали на химер. Джейд к ним, однако, не имел ни малейшего отношения.

— Да насрать мне на них, Тейт! Мне надо… Ах ты ж чёрт! — снова выругался Джейд. И почему Керрес был таким дураком!

Тейт примирительно выставил руки.

— Просто... пойдём со мной. Вы поговорите, и, может, он сможет помочь.

Джейд отрицательно покачал головой. Он не пойдёт с Тейтом и не станет зря тратить время с каким-то чужаком. И уж тем более не станет связываться с подобными типами. Явно не сейчас, когда химеры схватили его парня.

— Я... Мне надо к Керресу.

Хорошо, что у него ещё оставался Mp3-плеер: можно попробовать подкупить охранников или пусть даже внести залог, а потом каким-то образом спрятать своего парня.

Покинув недоумевающего и испуганного Тейта, Джейд помчался к границе Мороса и Никса, и вскоре уже несся через районы так быстро, как только мог. На завтрак он съел лишь пачку сухарей, а вчера вечером вообще не поужинал, поэтому скоро выбился из сил, но беспокойство за Керреса по-прежнему гнало его вперёд. К сожалению, организм отказывался работать на одном лишь страстном желании и любви, поэтому Джейд то и дело останавливался на задворках переулков и блевал в мусорки. Наружу выходила только желчь, но живот всё равно крутило. Проходящие мимо горожане ахали и цокали языками, скорее всего, думая, что он под кайфом или подыхает от какой-то болезни.

Однако решимость подстёгивала его идти, а затем, как только тело чуть-чуть отдыхало — бежать. Чем быстрее Джейд доберётся до Скайленда, тем быстрее вернёт своего парня домой. Больше всего на свете ему хотелось извиниться перед Керресом и помириться с ним. Джейд даже не надеялся, что сможет хоть когда-нибудь объяснить произошедшее между ним и Илишем, но верил, что сочинит более-менее правдоподобную и убедительную ложь. И его не замучает совесть за враньё: всё лучше, чем если Керрес вновь выкинет подобную глупость.

О чём он вообще думал?! Комок в горле, который Джейд всю дорогу пытался проглотить, всё увеличивался в размерах, а желудок сводило от ужаса. Похоже, вчерашняя ссора задела Керреса гораздо сильнее, чем показалось Джейду. Его парень не был импульсивным или безрассудным — за дурость в их паре отвечал Джейд. А Керрес был рациональным, уравновешенным и законопослушным... Какие черти понесли его к небоскрёбу Илиша? Ему ведь наверняка пришлось идти всю ночь, чтобы добраться до Скайленда, или ловить машину. Керрес не то чтобы разбогател на своей новой работе, но всё же смог отложить несколько долларов под матрасом на покупку новой обуви.

Джейд устало посмотрел в обе стороны: он был уже в Скайленде, а здесь ездили автомобили, которых следовало остерегаться. Проковыляв через дорогу, он оказался на другой стороне улицы и принялся спрашивать у прохожих, как пройти к участку. Однако моросцу никто помочь не спешил: большинство просто отказывались разговаривать, а у кого-то хватало бесстыдства острить на тему: «Что, идёшь сдаваться?» В конце концов, ему ответил лавочник, у которого Джейд купил несколько сигарет на те тридцать центов, что заработал на жестянках. Участок оказался совсем недалеко, всего в нескольких кварталах отсюда.

Подкурив, Джейд притормозил, позволив себе минутную передышку. Опиатные сигареты были дороже, чем обычные, но они притупляли ноющую боль во всём теле, а значит, того стоили. Наслаждаясь маленькими радостями, Джейд разглядывал вылизанный до блеска район. Час стоял не слишком поздний, но солнце уже клонилось к закату: зима была не за горами. Наступающую темноту прорезал свет уличных фонарей. Яркие огни витрин освещали мостовую, , от чего ночь не казалась такой жуткой. По сравнению с мрачным и тёмным Моросом, полным бездомных и умирающих в больницах людей, Скайленд походил на какой-нибудь город, который Джейд мог видеть в дофоллокостном фильме. Даже запах здесь был приятным — никакой затхлой мочи, никакого перегара. На улицах было настолько чисто, что, проходя мимо ресторана, он даже учуял аромат еды, готовящейся внутри.

Однако Джейду здесь были, мягко говоря, не рады. Ему обязательно нужно вытащить Керреса сегодня: за сон на улице арестовывали тиэны. Спать снаружи не разрешалось даже в Эросе, поэтому Джейду придётся всю ночь ползти обратно в Морос или хотя бы в Никс, где бродяг не гоняли.

При виде вывески «Тиэны Скайленда», висевшей над большим зданием с куполообразной крышей, сердце его до краёв затопило облегчение. Внутри ещё горел свет, а при входе стояли два охранника с винтовками наготове. Джейд, еле переставляя ноги, взобрался по ступенькам. Вести он себя старался тише воды, ниже травы, чтобы не вызывать лишних подозрений, однако по старой одежде и исхудавшему лицу сразу было ясно, что он не местный.

И действительно — стоило Джейду приблизиться к дверям, как тиэны вскинули оружие и шагнули навстречу друг другу, перегородив вход.

— Моего парня арестовали. Мне нужно поговорить с кем-нибудь из начальства, — поспешно объяснил Джейд, заглядывая за спину охранников в надежде пусть даже мельком увидеть Керреса. В ярко освещённом вестибюле, за пуленепробиваемым стеклом, сидели несколько тиэнов и щелкали по клавиатурам компьютеров.

— Запросы принимаются с десяти до четырех, сейчас семь. Уходите, — гаркнул один из тиэнов властным и не терпящим возражений голосом.

Джейд стиснул челюсти. По хребту пробежал неприятный холодок, стремительно превращаясь в тревогу и безысходность. Он просто не мог вернуться в Морос, ничего не разузнав о своём парне.

Вопреки здравому смыслу он продолжил.

— С ним всё в порядке? Вы ведь его не били? Вы его видели? Он из Мороса, зовут Керрес.

— Пожалуйста, уходите, — повторил тиэн с большим нажимом. Джейд понял, что испытывает их терпение.

Понурив голову, он бросил последний взгляд на залитый тёплым светом участок, и собрался уже уходить, как вдруг кое-что заметил. По коридору прошла женщина, а за ней следом — темноволосый мужчина. Когда она чуть повернула голову, Джейд понял, кто это.

Единственная химера женского пола, сестра Илиша. Джейд её сразу узнал. Она была комиссаром тиэнов, а значит, непременно должна знать, что случилось. А даже если не знает, то, по крайней мере, новость об аресте Керреса дойдёт до Илиша. Шанс невелик, но, возможно, тот сможет помочь.

Одна эта мысль доказывала, насколько беспросветно Джейд отчаялся.

Решив рискнуть, Джейд со скоростью света протиснулся между двумя охранниками и рванул на себя дверь. Он понимал, что рано или поздно его поймают, но не ожидал, что тиэны окажутся такими быстрыми. Не успел Джейд и переступить через порог, как его оттащили назад и с силой швырнули на бетонные ступени, ведущие к участку.

Моросец пребольно приземлился на спину и покатился вниз, пересчитывая костями каждый выступ. В конце концов, его размазало по бордюру у подножия лестницы. От оглушительной боли, охватившей всё тело, Джейд застонал. Тиэны, по всей видимости, посчитавшие это достаточным наказанием, чуть посмеялись, отпустили пару шуточек и оставили раненого парня в покое.

Джейд попытался встать, но голова закружилась, и всё перед глазами поплыло. По лицу потекли капли крови, падая на тёмный тротуар, словно мелкий дождь. Собрав последние силы, он всё-таки поднялся и, спотыкающейся, неуклюжей походкой побрёл от участка. Сейчас Джейду требовалось отыскать какой-нибудь укромный переулок, где можно слегка отдышаться и прийти в себя перед тем, как возвращаться в нижние районы.

«Прилягу-ка я на минутку… Всего на минутку. Покурю и буду как новенький».

Оставляя за собой красную дорожку, Джейд ввалился в глухой переулок: не широкий и не просторный, как в Моросе, где можно было проехать на машине, а в маленький, узкий, с мусорными контейнерами, стоящими у двустворчатых дверей, и почти идеально чистый. Джейд проковылял к вентиляционной решётке, подставил под неё руку и вздохнул с облегчением. Изнутри шли потоки горячего воздуха. Тепло сейчас пришлось как нельзя кстати: пальцы уже начинали коченеть. Моросец закутался в коричневый плед и свернулся у вентиляции, словно зверёк в утробе матери. Половина тела нагрелась докрасна, но он всё равно трясся от холода.

Ночная тьма, скрывала Джейда, словно плащ-невидимка, не давая ярким жёлтым огням уличных фонарей тронуть даже носки его башмаков. На пледе и на бетоне вокруг виднелись пятна крови — багровые с блестящей плёнкой, как у нефтяной лужи. Перевязать раны ему было ничем: рубашку рвать на бинты не стоило, чтобы не околеть этой ночью.

Ну, по крайней мере, заночевать тут несколько безопаснее, чем в Моросе. Здесь его хотя бы не изнасилуют и не убьют. Хотя, с другой стороны — Джейд обшарил глазами окрестности и съёжился ещё сильнее, — если сюда припрутся тиэны, они обязательно бросят моросца в тюремную камеру, конфискуют Mp3-плеер и всё остальное барахло.

«Надеюсь, Керрес оценит, что я торчу тут из-за его тупорылой выходки. О чём он только думал!»

Обычно эта фраза предназначалась Джейду: именно он всегда что-нибудь вытворял. Если бы ему платили десять центов каждый раз, как он её слышал, Джейд стал бы самым богатым человеком в мире.

Шутки шутками, но вопрос этот по-настоящему тяготил моросца. Что такого могло найти на Керреса, чтобы тот отправился в Скайленд и потребовал разговора с Илишем? Там, где вырос Джейд, химеры являлись представителями власти, могущественными и недостижимыми. Порой они мелькали в новостях, но по большей части оставались за завесой тайны. Влиятельные фигуры, с которыми не стоит связываться. Даже Джейд это понимал, а уж Керрес всегда был умнее его и никогда не преступал закон. Похоже, его парень очень сильно расстроился. Буквально до безумия.

Джейд ахнул от неожиданности, когда его щека впечаталась в асфальт. Похоже, он успел задремать, и голова перевесила. Очнувшись, парень учащённо задышал, силясь принять вертикальное положение, но с каждой попыткой спина отзывалась ломящей болью. Он потёр поясницу рукой — холодные пальцы успокоили саднящую плоть, подарив временное облегчение. Стянув с себя куртку с рубашкой, Джейд прижался голой кожей к ледяной мостовой, чтобы хоть как-то притупить боль. Его начинало лихорадить.

«Загнал себя, как лошадь, и теперь расплачиваюсь. За весь день сожрал лишь пару сухарей, а про воду и вовсе забыл. Почти бегом пролететь сквозь четыре района, лишь для того чтобы меня спустили меня с лестницы? Какой же я всё-таки болван».

Джейд напряжённо щурился, чувствуя, как желтоватый свет тускнеет и расплывается. В глазах мутнело. Сейчас у парня не было денег даже на еду, а попрошайничество мигом приведёт к нему тиэнов. Он лежал, растянувшись на асфальте, и смотрел, как мерцают уличные фонари, то расплываясь, то снова обретая резкость.

Внезапно какой-то прохожий притормозил и заглянул в переулок. Сердце Джейда заколотилось как бешеное, а паникующий взгляд беспомощно заметался туда-сюда. Звук стучащей по бетону обуви становился громче с каждым шагом — фигура неумолимо приближалась.

Высокий мужчина в развевающемся плаще.

«Не может быть...»

Низкий, холодный смешок. Остановившись, мужчина осторожно потрогал Джейда носком ботинка. Тот попробовал увернуться, но боль, всколыхнувшаяся внутри, вынудила с шипением втянуть в себя воздух сквозь плотно сжатые зубы.

— Ты очень далеко от дома... Так соскучился по мне? Ведь мы же виделись только вчера.

Напрягая каждый мускул в своём теле, Джейд тщетно заставлял себя встать. Он просто не мог смириться с унижением от того, насколько убого и слабо выглядит перед бессмертной химерой. Но как бы ни было велико это желание, боль в спине и конечностях сводила всё на нет. И в довершение позора, при очередной попытке подняться руки его задрожали, и моросец с болезненным стоном рухнул на землю прямо под ноги химере.

Ботинки с серебряными пряжками вдруг исчезли и вместо них, к изумлению Джейда, показались брюки. Илиш встал перед ним на колени. Нет, не присел на корточки, а опустился прямо в уличную грязь, испачкав белую ткань, отрез которой точно стоил больше, чем Джейд смог заработать за всю жизнь.

Протянув руку, Илиш убрал чёлку с его глаз.

— Думаешь, твой парень обрадуется, если ты здесь умрёшь?

Взвинченность и нервозность, заполнившие всё существо Джейда из-за его присутствия, мгновенно испарились. Он поднял на Илиша взгляд, в котором плескались лишь чувство собственной уязвимости и страха.

— Он жив?

Кивнув, Илиш едва ли не заботливо заправил чёрные волосы Джейда за уши.

— После того представления, что он устроил — не должен был, но, да, Керрес сейчас в гораздо лучшей форме, чем ты.

Надежда, сверкнувшая перед Джейдом, придала ему сил. Парень снова забарахтался и даже смог подтянуть под себя одно колено. Убрав руку, Илиш безмолвно наблюдал, как он превозмогает боль и борется с самим собой. То ли забавы ради, то ли из чёрствости, то ли из просто любопытства, получится ли у него — Джейд не знал. Лицо мужчины почти полностью скрывал слепящий свет от фонаря на главной улице. Джейд видел лишь его хрустальную ауру, но и она казалась искаженной из-за ослабленного состояния парня.

Он снова упал.

— Я сделаю всё, что ты хочешь... Только отпусти его обратно в Морос.

Услышав резкий, сухой и едва ли не жестокий смешок, Джейд едва не разревелся.

— Что ты можешь дать мне? У тебя нет ничего, что мне нужно, ничего, что я не смогу приобрести нетронутым и в лучшем состоянии.

Сквозь жгучую пелену слёз он смотрел, как Илиш поднимается и собирается уходить. Однако что-то вдруг привлекло его внимание, что-то лежащее на земле. Склонившись, он подобрал потрёпанную книгу, выпавшую из кармана Джейда, взмахнул плащом и пошагал прочь, оставив совершенно сломленного и раздавленного парня на земле. Под тяжестью всех бед и печалей тот больше не мог сдерживаться и плаксиво заскулил. Суровая реальность нависла над Джейдом, глядя прямо в лицо и отбирая то малое, что у него ещё оставалось.

— Почитай мне, — прохрипел моросец. Грудь содрогалась от рыданий, столь противных его попранной гордости. Хотя откуда у него могла быть гордость — Илиш давно забрал последние её крупицы. А теперь он забирал ещё и мужчину, которого Джейд любил.

Химера почему-то остановилась. Свет уличных фонарей придавал его силуэту золотистый ореол. Казалось, он был ангелом, спустившимся с небес.

Илиш обернулся и устремил свой взгляд на кучу из плоти и тряпок. Парень смотрел в ответ, трясясь от горя и страха, и усердно моргал, прогоняя слёзы, которые теперь текли совсем беспрепятственно. Он не мог даже стоять на ногах, не говоря уже о том, чтобы пережить эту ночь. И химера это знала.

И вдруг, повинуясь порыву, который долгие годы будет ставить его в тупик, Илиш развернулся. Ботинки тихо застучали по бетону, пока не остановились прямо перед Джейдом. В тишине, нарушаемой лишь проезжающими по тёмным улицам автомобилями, он взял парня на руки и пошёл из переулка прочь. От яркого света тот прищурился, закрыл глаза и позволил голове безвольно свеситься вниз. Заметив это, Илиш вскинул свою ношу повыше и прислонил Джейда щекой к своему белому плащу.

Потом они оба оказались в машине. Джейд всего несколько раз в жизни бывал внутри автомобиля: он всё пытался вытянуть шею и посмотреть в окно, но суставы превратились в желеобразную массу и не давали никакой опоры.

— Выбрось меня где-нибудь в Моросе, — просипел Джейд, снова надеясь выглянуть наружу и увидеть хоть что-нибудь. Потом до него всё-таки дошло, что окна в автомобиле затонированы.

— Мы едем не в Морос.

Джейд слишком вымотался и ослаб, чтобы хоть как-то отреагировать, поэтому просто кивнул и откинулся назад, на руки химеры. В Моросе он тоже бы навряд ли пережил сегодняшнюю ночь. Сейчас Джейду требовалось много питья, пищи и надлежащий уход, который мог обеспечить только Керрес, сидящий в тюрьме. Да, их друзья Тейт, Пит и Фьор тоже могли помочь, однако Джейду было слишком стыдно показаться им в таком виде. Илиш же, напротив, и так видел его в самом плачевном состоянии. К тому же, белокурая химера настолько превосходила его во всём, что и так считала смехотворным ничтожеством. А вот в Моросе у Джейда имелась репутация, которую нужно было поддерживать.

«Ох, во что же я вляпался. В буквальном смысле оказался у него в руках... Он помогает моей скорбной, отощалой тушке. А ведь я сам должен был помочь Керресу выбраться из тюрьмы… Чёртов идиот! О чем он только думал?!»

Вскоре дверца машины перед Илишем открылась. По-прежнему прижимая моросца к себе, он покинул автомобиль и пошагал к своему небоскребу. Оказавшись внутри, Джейд зажмурился от света и прикрыл привыкшие к полутьме глаза рукой. Он не успел толком рассмотреть ни вестибюль, ни лифт и разлепил веки лишь тогда, когда Илиш с кем-то заговорил.

— Ничего себе, какие глазки. Вы притащили мне парня или бездомного кота? — пожилой мужчина с седеющими светлыми волосами рассматривал Джейда сквозь прямоугольные очки.

— Кусается он как собака, поэтому следи за пальцами, — Илиш уложил Джейда на маленькую больничную койку и стряхнул пыль со своего плаща. — Я так понимаю, его сбросили с лестницы участка. А до этого он ещё умудрился бежать всю дорогу от Мороса до Скайленда. Всё так, дворняга?

Джейд утвердительно кивнул. Человек, похожий на врача, достал узкий фонарик размером с ручку и посветил ему в глаза. Потом велел открыть рот.

— Падение с лестницы было пустяковым, но он умирает от обезвоживания. Я поставлю ему капельницу и постараюсь привести в более-менее стабильное состояние. Хотите, чтобы ему хватило сил для возвращения в Морос или…

Джейд на трясущихся от напряжения руках приподнялся над кроватью.

— С меня хватит и воды... Мне нужно вытащить из тюрьмы Керреса.

А затем кобра стремительно атаковала. Джейду однажды уже доводилось становиться её жертвой, но на этот раз рука в шёлковой перчатке коснулась подбородка, обводя нижнюю часть его лица. Губы Илиша растянулись в холодной улыбке.

— Дни, когда ты мог самостоятельно принимать решения, прошли, — фиолетовые глаза поднялись на доктора. — Отныне Джейд будет жить со мной.

Моросец непонимающе уставился на химеру, словно никак не мог переварить сказанное. И только когда он почувствовал укол иглы в шею, его осенило.

— Что?! С тобой? Ты чё, блин, изде… — в глазах постепенно темнело. Поймав угасающее сознание за хвост, он умудрился сцапать Илиша за рукав, но спустя мгновение мягкая ткань выскользнула из пальцев.

Ощутив тёплую руку на шее, у самого уха Джейд услышал ледяной шёпот:

— Спи спокойно, кикаро.



Комментарии: 5

  • Боюсь я за Джейда, сомневаюсь что с Илишем будет цветочно-букетный период, да ещё и другие химеры.
    Я удивилась что Элис комиссар тиэнов, зная какие они врятли она нормальная, хотя я надеялась что она не такая как братья

  • Большое спасибо за перевод!

  • Книги сближают)
    Мне вот интересно, Илиш действительно собирался уйти? Написано черным по белому — ночь не переживет, если останется на улице, и химера знал. Так какого лешего, он развернулся и потопал прочь? Буду думать, что он знал, что Джейд что-нибудь скажет. А то я чуточку расстроилась.
    Хотела бы я, чтобы нам хотя бы вскользь упомянули мотивы Илиша по данному вопросу.
    И, я так понимаю, мы еще столкнемся с Кримстоунами. Эх, кажется, Джейду все-таки придется с ними столкнуться. Вопрос только, на чьей стороне.
    Думаю, мы все завтрашнюю главу ждем как 8е чудо света. Это будет что-то с чем-то.
    Спасибо 🖤

  • Любит Илиш трудности - подобрал буйного кота, теперь укрощать придется. Спасибо за перевод!

  • Вот так Джейд стал кикаро. Интересно. как Илиш нашёл его в темном переулке? На плеере был жучок?
    Керрес, кончилась ваша любовь с Джейдом.
    Спасибо за такое быстрое выкладывание глав, прямо космическая скорость.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *