Грейсон

Спальня насквозь провоняла хлоркой и прочими чистящими средствами, но всё же это было лучше смрада гниющей крови, ударившей в нос, едва они открыли дверь. Грейсону оставалось лишь надеяться, что к тому времени, как Неро или ещё какая-нибудь химера из семейства Периша вернётся в лабораторию, запах уже исчезнет.

На вид вроде бы чисто. Они даже постирали испачканные кровью одеяла и простыни в машинке, не удержавшись от соблазна бросить туда же и свою одежду. В Арасе уже несколько лет ни у кого не было рабочей стиральной машины: больно неохотно те поддавались починке. Последнюю они обменяли на еду во время особо тяжёлой зимы.

— Что с книгами? — спросил Лео, вытирая лицо полотенцем.

Весь день, что они проторчали тут, он был на нервах. Нигде не должно остаться и следа крови Периша. Лео лучше разбирался в подобных вещах, поэтому Грейсон не спорил. Когда он скажет «нормально», тогда и будет нормально. Нельзя подвергать Ривера риску из-за капельки крови.

— Пара брызг. Давай просто возьмём их для Киллиана? — предложил Грейсон.

Положив палец на переплёт, он потянул книгу с полки и прочитал название. Трилогия «Властелин колец». Неплохо; можно будет подарить пацану на день рождения. Грейсон осмотрел ещё две заляпанные кровью книги: греческие мифы и сказки Братьев Гримм. А эти — на Рождество.

Грейсон перешёл к ящикам комода, тихонько насвистывая себе под нос. Шмотки, книги, старые порножурналы и секс-игрушки. Он вытер руку о штаны.

— Ладно, здесь вроде бы всё. Я пойду вниз.

Встав, Лео окинул помещение беглым взглядом. Получилось вполне сносно: комната выглядела чистой и убранной, но обжитой. Грейсон терпеливо ждал, пока карие глаза его мужа проверят каждый уголок. Прошла целая минута, когда тот, наконец, кивнул.

— С первого этажа всё забрали?

— Всё, что нашли.

Лео составил предельно ясный список того, что и когда им нужно будет сделать в лаборатории. Первым пунктом шло отключение всех камер и поиск видеозаписей. Дон, или Док, как все его называли, помог Лео в этом. Камеры в городе и в лаборатории больше не работали, а кассеты, которые Грейсон хотел просмотреть, ожидали своего часа в кабинете Периша. Следующим этапом он запланировал вымыть всю кровь и упаковать провизию, которую они заберут вместе с личными вещами учёного. Благодаря такому порядку действий, в случае прихода незваных гостей, они могли скрыться более-менее незамеченными, а план «Периш просто взял и свалил» всё равно срабатывал.

— Я пойду с тобой. Попробую начать делать копии файлов, — сказал Лео.

Они вместе пошагали к лестнице, переступая через пятна крови, размазанные по полу где-то в середине коридора. Грейсон и Лео уже успели поспорить, стоит ли убирать и их, но потом сошлись на том, что сначала следует просмотреть записи, а потом уже решать.

Навстречу им вышел Док, возвращавшийся из очередной вылазки на поверхность. Он помогал загружать грузовик: муж Грейсона со всей своей непреклонностью заявил, что лишь им троим дозволено знать о местонахождении лаборатории. Сами они полностью доверяли Доку: тот был хранителем многих тайн и ни разу не предал их доверие.

— Барахло на месте. Если нужно будет внезапно удирать отсюда, то всё готово,— доложил Док. Почесав затылок, он вопросительно кивнул в сторону комнаты, где ранее сидел Ривер. — А эту убирать будем? Сразу же понятно, что там кого-то держали. Немного подозрительно.

— Может быть, они подумают, что из-за этого Периш и сбежал? Как считаешь? — обратился Грейсон к мужу, пока вся их троица спускалась по лестнице на второй этаж.

— Боюсь, если мы начнём трогать всё подряд, они сразу поймут, что здесь был посторонний, — ответил Лео с ноткой нервозности в голосе. Он знал, насколько дотошны химеры. — Лучше убрать только за Киллианом, а всё остальное оставить, как есть. Это даст им больше вариантов развития событий.

— К тому же если они догадаются, что у Периша был пленник, то не удивятся уничтоженным записям, — отметил Грейсон. — Никто бы не стал оставлять после себя подобные улики.

Лео, казалось, удовлетворился этим. Достав из кармана джинсов выцветшую ключ-карту, он провёл ей по замку. Грейсон приготовился к запаху. Они уже ненадолго спускались вниз, сразу после того, как Киллиан убил Периша, и тут было самое настоящее кладбище. Теперь же это было кладбище, полное трупов, гниющих вторую неделю подряд.

И действительно, волна разлагающейся плоти и затхлой крови обрушилась на них, как молот на наковальню. Лео нацепил на себя медицинскую маску и протянул Грейсону и Доку по одной. Грейсон поспешно заслонил рот и нос, чувствуя, как глаза начинают слезиться. Сделав первый осторожный вдох, он с облегчением уловил травяной запах: маска оказалась пропитана экстрактом мяты. Что ж, теперь вместо вони гнилого мяса и органов можно было наслаждаться вонью гнилого мяса и органов и с мятным оттенком.

— В следующий раз лучше постирай в спирте, — выдавил Док, ступая вперёд. — Где его кабинет? Давай уже поскорее покончим с этим.

Лео направился вслед за Доком, но Грейсон чуть отстал, свернув к зеркалу на стене. Мех у малышей уже начал отваливаться толстыми кусками, а плоть приобрела болезненный серо-зелёный цвет. Мозги валялись по полу комковатыми массами серого цвета с толстыми чёрными прожилками, извивающимися вдоль и поперёк комков. Судя по всему, Периш размозжил их крошечные черепа.

Потерев глаза, Грейсон отвернулся было от зеркала, но затем остановился. Стекло как будто бы сдвинулось. Пожав плечами, он направился к Лео и Доку. У него отсутствовало всякое желание заходить в вольеры с другими животными: запах красноречиво подсказал ему, что именно там можно обнаружить. Если где-то здесь и притаился хлыстоволк, то он наверняка уже мёртв.

Лео напряжённо вглядывался в карту Киллиана. Карие глаза метнулись в дальний угол лаборатории. Грейсон проследил за его взглядом и увидел очень маленькую, но всё же заметную видеокамеру. Красный огонёк её не горел.

— Киллиан не заходил к нему в кабинет, но я всё равно узнаю планировку. Очень похоже на Крейг, — сказал Лео, открывая левую дверь. Подхватив какую-то коробку, он поставил её под косяк.

— Пойду поищу ещё медикаменты, а вы пока занимайтесь своими делами, — крикнул Док из коридора и с отвращением выругался. — Воняет хуже, чем на Скотобойне.

Грейсон на всякий случай вытащил свой дробовик и последовал за мужем, прислушиваясь к подозрительным звукам, но всё было тихо. Лаборатория стояла пустой; повсюду валялись лишь трупы, и в живых явно никого не осталось. Шагая за Лео по небольшому коридору, Грейсон заглядывал в каждое окно. Они миновали около дюжины инкубаторных цилиндров, наполненных мутно-серой жидкостью. Содержимое их скончалось без присмотра суррогатного родителя. Ещё в комнатах виднелись банки с сохранившимися образцами, аккуратно подписанные и расставленные по полкам. Внутри плавали ужасающие монстры, некоторые из которых были столь уродливы, что становилось понятно, почему они не выжили. Остальные тоже выглядели устрашающе, но по-другому: те, скорее, напоминали младенцев размером с ладонь. Одни были покрыты мехом, другие — чешуёй.

Лео намеренно не поворачивал головы в ту сторону. Грейсон знал — почему, но понимал, что заводить об этом разговор себе дороже.

— По-моему, нам сюда. Ага, тут его имя, — Лео остановился у двери с маленькой золотой табличкой с надписью «Доктор Периш Деккер». Проведя картой, они оказались внутри.

Опустившись за стол, он нажал на кнопку включения компьютера и издал слабый вздох облегчения, когда тот загудел.

— Операционная система всё та же. Надеюсь, остальное тоже не поменялось, — смахнув пот со лба, Лео протяжно выдохнул. — Ты будешь смотреть видео?

 — Только части с Неро, остальные не буду. У меня и так напряжённые отношения с Ривером. Если станет любопытно, то глянем копию на чипе, — приблизившись, Грейсон принялся массировать мужу плечи. Тот был весь зажат, словно кошка в клетке дикона. — Ты точно хочешь, чтобы я ушёл?

Тот положил ладонь на руку Грейсона.

— Ты же помнишь, как говорят, милый.

— Нельзя признаться в том, чего не знал, — вздохнул Грейсон, в последний раз поглаживая Лео.

— Знаю, ты не в восторге от всего этого, однако мне нужно убедиться, что они больше не пытались создавать новых. Илишу, конечно, хочется доверять, но…

Грейсон дёрнул губой при одной лишь мысли об этом.

— Мы же слышали, что после он сдался. Илиш наверняка приложил к этому руку. Ты ведь знаешь: он всегда на две дюжины шагов опережает нас, даже сейчас.

— Знаю... Но мне всё равно необходимо убедиться, — Лео перешёл на шёпот, вытаскивая из-за монитора маленький синий кусочек пластика. Любому другому он бы показался хламом, но на самом деле это была компьютерная память. Миниатюрное запоминающее устройство, доступное лишь учёным короля Силаса. — Почти переполнена, но у Периша, скорее всего, несколько таких.

Грейсон снова попытался размять ему плечи, лишь бы хоть чуть-чуть успокоить мужа. Стресс от пребывания здесь оказался гораздо больше, чем Грейсон себе представлял. Лео оставил ту жизнь много лет назад. Они впервые за долгое время попали в подземную лабораторию — наподобие той, где провели первые совместные месяцы.

Склонившись, он поцеловал мужа в щеку.

— Свяжись со мной по рации, если понадобится какая-нибудь помощь, душа моя.

— Обязательно.

***

Когда Лео пришёл проведать его, минуло уже несколько часов. Все файлы, на которые кликал Грейсон, имели продолжительность в сто двадцать минут. Он потратил целый час, выискивая день приезда Неро. К тому времени мэр Араса увидел достаточное количество такого, что бы ему хотелось развидеть, но, с другой стороны, теперь он обладал всей необходимостью информацией о повседневной жизни потерянного учёного из Скайфолла, описанной в заметках на нескольких листах.

Однако сейчас на экране было нечто совершенно иное. Грейсон отвлёкся на видео с Ривером, смотря, как его избивает Периш.

Запись показывала момент сразу после того, как его схватили. Ривер стоял в коридоре, раздетый до майки и трусов. Ученый безостановочно выкрикивал угрозы. Ривер не двигался; он никак не реагировал, храня гробовое молчание, и безропотно позволял безумцу колотить себя. Очень не похоже Ривера, которого знал Грейсон. А всё потому, что у Периша было то единственное, что могло вынудить Ривера подчиниться — Киллиан.

— Никогда не думал, что увижу его таким, — покачал головой Грейсон. — Говорил же тебе: он готов. Посмотри. Киллиан ему дороже самого себя, ради него он готов терпеть боль и насмешки. При желании Ривер мог бы убить Периша на месте, но он этого не делает.

Лео вцепился за спинку его стула.

— Прошу… давай хотя бы не сейчас.

Оглянувшись, Грейсон постучал пальцем по экрану.

— Вот оно, твоё доказательство, прямо перед тобой. Ривер готов. А всё остальное сделает с ним Киллиан. Я же говорил: он ему подходит, — Грейсон взволнованно выдохнул. — Думаю, пора ему всё рассказать.

Повисла мёртвая тишина, нарушаемая лишь жужжанием компьютера да пальцами Лео, напряжённо скребущими по спинке стула.

— Он слишком молод, — прошептал тот наконец. — Совсем ещё ребенок.

— Ему почти двадцать. Помнишь, чем мы с тобой уже занимались в двадцать?

— Почти, — упрямо подчеркнул Лео. — И ты обещал, что мы подождём, пока ему не исполнится двадцать один.

— Сначала ты взял с меня обещание потерпеть до пятнадцати, потом до восемнадцати, теперь до двадцати одного. Что дальше? Двадцать пять? Сорок? Шестьдесят?

— Он только-только начал встречаться с Киллианом. Дай им немного пожить спокойно.

— Король Силас продолжит рушить будущее человеческой расы, потому что тебе захотелось, чтобы Ривер с Киллианом ещё немного пообжимались? Я устал ждать.

— Он всего лишь ребёнок, — повторил Лео. Спокойствие его стремительно сменялось гневом. — И он никогда не просил об этом. Это твои мечты, твои и Илиша. Ривер и знать ничего не желает об этом! Он… Он не герой в сверкающих доспехах, Грейсон!

— Он может им стать! — Грейсон повысил голос. — Я вижу это в нём, вижу, как изменилось его отношение ко всему вокруг. Надежда есть. Мы не зря потратили на него время, — вздохнув, он повторил себе под нос: — Мы не зря потратили на него время.

— Нет, мы не зря потратили время на МОЕГО СЫНА! — Грейсон подскочил от ярости, сочащейся в голосе мужа. — У нас хороший, замечательный сын. Да, у него есть кое-какие проблемы, но он заслуживает сам выбирать свой путь. Не вам двоим принимать за него это решение.

— Если мы позволим ему выбирать, он останется простым часовым и никогда не покинет Арас! — с силой задвинув клавиатуру в стол, Грейсон вскочил со стула.

Лео сверкнул глазами, твёрдо и непоколебимо стоя на ногах.

— Если он этого хочет, то пусть так и будет.

— Когда мы взяли его к себе, ты сказал, что согласен.

— Но потом я понял, что нельзя возлагать такой груз на ребёнка. Особенно на того, кто терпеть не может помогать людям. Ривер — не спаситель Пустоши, Грейсон. Он появился на этот свет вовсе не для этого, и как бы ты ни пытался его натаскать, как бы Киллиан ни влиял на него, пора бы уже это принять и дать ему жить простой и спокойной жизнью.

Грейсон упрямо покачал головой.

— Ты же видишь, что мои методы работают.

— Даже если это и так, я всё равно против того, чтобы взваливать на него эту ношу. Не сейчас. А возможно, и вовсе никогда.

Протиснувшись мимо мужа, Грейсон потопал прочь.

— Король Силас будет править до конца времён, потому что тебе захотелось, чтобы Ривер жил спокойной жизнью? — завернув за угол, он мельком заглянул в ближайшее окно, скользя глазами по рядам сращённых эмбрионов в банках. — Ты предлагаешь слить в унитаз такую возможность.

Лео молча следовал за ним, что окончательно выводило Грейсона из себя. Двадцать лет вместе, а действия мужа порой всё ещё заводили его в тупик.

— Ты ведь не понаслышке знаешь, насколько Силас конченый. У меня просто в голове не укладывается, как ты можешь быть против.

Лео выдохнул, и на мгновение воцарилась полнейшая тишина. Когда он заговорил, тон его был совершенно другим.

— Не знаю, Грейсон. Возможно, как раз потому, что мне и впрямь не понаслышке известно, какой Силас конченый. А вот почему ты так рьяно спешишь бросить во всё это Ривера? Может быть, социопат как раз таки ты.

Грейсон как будто бы пропустил слова мужа мимо ушей.

— Во имя всеобщего блага, Лайкос. Помнишь, да? Всеобщее благо.

— Угу. Вы твердите мне это с самого детства Ривера. Я и сам повторял это себе каждый раз, когда укладывал его спать. Всеобщее благо, — повторил Лео, открывая дверь картой и возвращаясь в лабораторию с мёртвыми тварями и гигантским зеркалом.

— Всеобщее благо.

***

В ту ночь Грейсон почти не спал. По дыханию Лео он понял, что тот тоже, однако больше они не заговаривали. Карсон-младший и Джини вполголоса беседовали меж собой в соседней комнате, а Донни и Оуэн патрулировали местность снаружи.

Грейсон провёл много бессонных ночей, мучаясь мыслями о Ривере и о том, кем тот становится. О том, сможет ли он обучить парня и направить в нужное русло; о том, был ли Ривер вообще обучаем. Когда тот был помладше, Грейсон почти сдался, но потом они вместе с мужем поняли, что Ривер вёл себя настолько невыносимо как раз из-за их вмешательства. После парень вырос, и никто больше не лез в его жизнь. Однако теперь он как никогда нуждался в наставлении. Если Грейсон не просветит его в ближайшее время, даже слабые надежды на то, что Ривер станет тем, кто им необходим, будут разрушены.

Лео ошибался. Лео считал его сыном и не более. Грейсон тоже считал Ривера сыном, но в то же время трезво оценивал его возможности. Родительский инстинкт Лео затуманил ему рассудок. Да, Грейсон горячо любил Ривера, но его любовь не равнялась опекунству, не отрицала огромного потенциала сына, который можно было обернуть во благо.

Киллиан влиял на него… И Ривер откликался. Он показывал — пусть и не столь явно — что способен не плевать на остальных. Ривер способен проявлять сочувствие, сострадание, раскаяние.

Медленно, но верно. Грейсон надеялся, что толчок даст Рено, однако этого не случилось. Но — медленно, но верно; остальное неважно.

Лео ошибался.

Даже если муж и не прав, Грейсон всё равно всем сердцем любил этого идиота. Чмокнув Лео в щёку, он встал с их самодельной кровати из матраса и пары одеял. Они оба спали в одежде, держа оружие наготове на случай опасности. Но, как и сказал Ривер, Доннели был абсолютно пуст.

— Ты куда? — спросил Лео, столь же бодрый, как и Грейсон.

— Обратно в лабораторию. Посмотрю ещё пару записей. Всё же лучше, чем притворяться, что сплю, — Грейсон зарылся в сумку в поисках фонарика, но потом заметил, что на улице светлеет. Скоро наступит утро.

— Тогда я пока займусь завтраком. Не хочется идти туда так рано.

— Я буду на том же месте, — кивнул Грейсон. Выйдя из комнаты, он обратился к Карсону-младшему и Джини: — Можете вздремнуть пару часиков. Лео уже встаёт.

Мужчины, одетые в чёрные бронежилеты и тяжёлую броню, склонились над игрой в покер. Они были одними из самых уважаемых людей в Арасе, как, впрочем, и вся семья Невада. Семья Невада так же, как и семья Меррик, проживала в Арасе с самого его основания. Хотя бы один Невада всегда сидел в совете, и хотя бы один — нёс караул на холме. Жаль, что Рено так и не смог запасть Риверу в сердце. Когда они подростками кокетничали друг с другом, обе семьи надеялись, что дело дойдёт до чего-нибудь серьёзного. Было бы неплохо объединиться, даже несмотря на то, что Ривер не был Мерриком по крови.

Открыв дверь, Грейсон проскользнул в лабораторию. Лео тут не было, и никто не мог запретить ему сделать себе кофе. Пока оно варилось, он порылся в холодильнике и вытащил банан. Спагетти и мясо пахли уже так, словно начинали портиться, поэтому их Грейсон трогать не стал. Вернись они на несколько дней пораньше, и можно было бы устроить пир, но теперь придётся оставить всё как есть до следующего приезда Неро. Хорошо, хоть фрукты пока съедобны.

Он на мгновение представил, насколько, должно быть, поразились Ривер и Киллиан, увидев всё это великолепие. Дофоллокостные предметы, в изобилии имевшиеся у Периша, свежую еду, мясо, техническое оснащение… Лаборатория Лео была меньше размером и не предназначалась для выращивания овощей и фруктов, но всё же у него был кофе и прочие роскошества. В первый раз, когда Лео угостил Грейсона тортом, того вырвало. Его организм никогда не получал столько сахара разом.

Жуя банан, Грейсон спустился на второй уровень. У двери он остановился, мудро решив, что лучше сначала доесть, а потом уже входить внутрь. От скуки он принялся разглядывать коридор. Все коридоры здесь были одинаковы: белые стены, рассечённые серой полосой, белый кафельный пол и...

Грейсон потянул за ручку одинарной двери без окна, расположенной в середине. Заперто. Карточку забрал с собой Лео: все нужные входы, даже главный, они подпёрли в открытом состоянии, чтобы не возиться лишний раз с ключом. Но куда же ведёт этот? Заметив на металле засохшую кровь, он поскрёб пятно ногтем и потёр между собой пальцы. Мелкие красноватые хлопья, кружась, опустились на пол. Грейсон швырнул банановую кожуру на пол и направился в главное помещение лаборатории. Резкий запах внутри заставил его поморщиться, но в целом уже почти не досаждал. Приблизившись к зеркалу, Грейсон принялся разглядывать его края со всех сторон. Похоже, это всё же был не простой кусок стекла.

На стенах находилось множество подписанных переключателей: Периш, очевидно, был педантом. Грейсон нашёл нужный, с приклеенной под ним бумажкой с надписью «зеркало», и щёлкнул рычажком. На мгновение мелькнул свет, но исходил он не от главных ламп. Грейсон насторожился, держа оружие наготове, но в следующую секунду зеркало неожиданно превратилось в окно. Мужчина невольно содрогнулся. За двусторонним зеркалом виднелись последствия бойни. Хорошо ещё, что он не открыл дверь: вонь в лаборатории не пошла бы ни в какое сравнение со смрадом, наверняка насквозь пропитавшим ту комнату.

Что ж… Ну вот Грейсон и отыскал, где Периш держал арийцев на корм своим выродкам. Киллиан описывал это место несколько иначе. Сейчас там было сплошное кровавое месиво из обглоданных костей и разлагающихся трупов, переплетённых друг с другом до такой степени, что нельзя было понять, где заканчивалось одно тело и начиналось другое. Хлыстоволка, однако, нигде не было. Скорее всего, его убили или, может быть, Периш успел отпустить тварь до того, как до него добрался Киллиан.

— Бедняги, — покачал головой Грейсон, однако такова Серая Пустошь. Выживает сильнейший. Естественно, тому, что Периш лишал их жизни, нет никакого оправдания, но не он первый и не он последний. Работорговцы, рейверы и радзвери делали практически то же самое. В Пустоши никому не будет спасения.

Мясо явно сгнило и в пищу уже не годилось, а поэтому особой причины входить внутрь не нашлось. К тому же всегда существовала опасность наследить, даже несмотря на то, что на первый взгляд кровь как будто бы вся высохла. С этими мыслями Грейсон решил вернуть зеркало, но потом вдруг уловил какое-то движение.

Он потрясённо ахнул, отказываясь верить своим глазам. В дальнем углу комнаты скрючился парень, примерно возраста Ривера, раскачивающийся взад-вперёд. Вид у него был болезненный и измождённый, а желтоватое, как жир, лицо измазано засохшей кровью. Судя по паршивой, латаной-перелатаной одежде, Грейсон видел перед собой пустынника. Все его лохмотья, сшитые между собой шнурками или полосками кожи, окрасились в тускло-коричневый цвет от пота и грязи.

В тюрьме из расщеплённых, пожёванных костей и высохших разлагающихся органов кто-то выжил. Грейсон повнимательнее присмотрелся к каждому трупу, но, по-видимому, лишь одному счастливчику удалось избежать участи, уготовленной Перишем.

Грейсон поднёс рацию ко рту.

— Мне нужен Лео.

Спустя минуту из динамика послышался голос его мужа.

 — Что там?

— У нас выживший. Спускайся сюда с карточкой и приведи часового и офицера.

Пока неясно, в каком психическом состоянии находится парень. В случае агрессии лучше пристрелить его по-быстрому, чтобы не мучился.

Через некоторое время примчался ошарашенный Лео.

— Как тут вообще можно прожить больше недели? Где он? Или она?

— Он. Парень лет двадцати с хвостиком. Он в той комнате; зеркало в лаборатории оказалось двусторонним, — Грейсон жестом подозвал Оуэна и Джини. — Пушки наготове, но оставайтесь в дверях. Если он нападёт, стреляйте на поражение. Пацан и так наверняка настрадался.

Лео дрожащими руками провёл карточкой по считывателю. Свет в замке сменился с красного на зеленый. Вытащив дробовик, Грейсон плечом вперёд протиснулся в дверь.

— Эй? Ты в своём уме? — крикнул он в комнату, позабыв про маску в кармане и просто прикрыв рот и нос рукой от запаха.

Тишина. Грейсон уже собирался дать Оуэну знак выхватить пистолет, когда вдруг раздался ответ. Голос был слабым, но чётким и ясным.

— Да.

— Мы тебя не тронем. Назови себя.

— Эшер Фэллон. Я из семьи ловцов. Нас всех похитили, — отозвался тот охрипшим шёпотом. Каждое слово давалось парню с трудом, но пока что он казался вменяемым и уравновешенным, хоть и очень измученным. — У вас есть вода?

— Ты можешь стоять? Двигаться?

Грейсон шагнул внутрь и жестом указал Оуэну следовать за ним. Высокий широкоплечий часовой коротко кивнул в ответ, держа палец на спусковом крючке. Переступив через протухшие тела и горы костей, Грейсон увидел, что пацан силится подняться. Ясно как день, что он не представлял никакой угрозы. Руки его дрожали от пережитого ужаса, а ноги смогли выдержать вес тощего тела всего пару секунд, а затем подогнулись.

Грейсон передал свой пистолет Оуэну и помог парнишке встать. Натужное дыхание воняло гнилью: похоже, он питался трупами, чтобы выжить.

— Хлыстоволк?..

— Увёл учёный. Наверное, чтобы отпустить, — просипел Эшер. Опёршись на Грейсона, он бросил взгляд в сторону двери. — А где он сейчас? Где учёный? — двигался он нервными и резкими рывками. Рассудком парень, возможно, и не повредился, но всё же пребывание в заточении явственно читалось в его поведении. — Он просто взял и распахнул наши клетки… Просто взял и распахнул. А что с тем, что помоложе? С блондином?

— Он уже дома, в моём городе. А Периш мёртв, — Грейсон довёл пацана до выхода. Весил тот всего ничего, но под слоем лохмотьев определённо скрывались мускулы. Правда, сейчас он едва держал даже голову. — Где ты живёшь? Тебе есть куда пойти? Квартал?

Эшер отрицательно покачал головой.

— Мы всегда перемещались с одного гнезда к другому. Продавали чаще всего в Таллроке — квартале чуть дальше на восток.

Грейсону и раньше приходилось слышать о странствующих охотниках и торговцах, обычно называемых «ловцами», хотя никто из них никогда не добирался до Араса. Их было достаточно много — почти двести человек. Охотились они, по большей части, на рейверов, и в целом, в отличие от паскуд-работорговцев, были неплохими людьми. Даже одна одежда Эшера уже говорила о многом. Незаконная работорговля арийцами процветала, принося огромную прибыль, в то время как легальный сбыт пойманных рейверов и крыс — нет. Работорговцы наряжались в новую одежду, произведённую в Скайфолле, и обвешивали себя часами и золотом. Ловцы же, крепкие, как гвозди, сильные и ловкие, ничуть не заботились о своей внешности. Тяжёлая и кричащая одежда стеснила движения и привлекала излишнее внимание подлюдей.

Грейсон вывел Эшера коридор. Лео и Джини, сжимая в руках винтовки, уступили им дорогу.

— Ты ранен? У нас здесь есть врач, — спросил Лео.

— Ногу с рукой прокусил волк, или кто он там. Ещё я немного отравился: мясо пропало, но больше ничего не было. Но сейчас я бы всё отдал за стакан воды. Кровь, что я пил, давно свернулась.

Парень оказался на удивление вежливым. В этом плане он напомнил Грейсону Киллиана, однако, в отличие от последнего, Эшер был сделан из более прочного материала. Большинство пустынников были такими. Правда, обычно человек обладал либо умом, либо силой; и то, и другое встречалось крайне редко.

Грейсон отвёл пацана в небольшой лагерь, который они разбили в вестибюле офисного здания. Док уже ожидал их с медикаментами наготове.

— Это Дон, но мы все зовём его Док. Док, это Эшер. Его ранил хлыстоволк, — объяснил тот, доставая жестяную кружку и наливая парню воды из синей бутылки. Ситуация была из ряда вон выходящей, но и оставлять парня подыхать не стоило.

Задрав Эшеру штанину, Док поморщился.

— Дело не очень, Грей. У меня нет с собой таких инструментов.

Грейсон на свою беду глянул вниз и со вкусом выругался. Почти через всю голень Эшера тянулись два рваных пореза, окаймлённые густым белым гноем поверх красной и вспухшей кожи. Раны зияли устрашающей глубиной, обнажая жёлтые пузырьки жира, пенящиеся в кремообразной субстанции. Грейсон почувствовал их запах только сейчас, когда они вышли за пределы провонявшей лаборатории. Смердело даже хуже, чем у Ривера. Пасть хлыстоволка наверняка кишела бактериями.

— Ничего, я в порядке.

Осушив кружку с водой, Эшер попытался встать. Почти получилось, но его всего шатало, и Док, ухватив за плечо, заставил парня сесть обратно. Грейсон плеснул ему ещё воды.

— Ты потеряешь ногу, а потом и жизнь, — сказал Док. — Как только туда усядется хоть одна муха, ты превратишься в живую кучу из личинок и опарышей. Грей, я забрал отсюда всё, что собирался. Позволь отвезти его в Арас.

— Арас? Я о таком слышал, — отозвался Эшер. — У меня есть заначка в нескольких милях отсюда. Я заплачу за поездку. Блин, да, я заплачу, чтобы остаться там. Грейсон Меррик по-прежнему мэр?

— Я Грейсон Меррик, — ответил Грейсон. — Мы не берём взносы с новеньких. Требуем лишь желание и возможность работать, или достаточно денег, чтобы платить налоги в течение полугода.

— Я могу платить налоги, и я могу работать. Отец, мать, я — мы все охотились. Или я могу найти свой схрон и нанять наёмников, чтобы они сопроводили меня до Тинтауна.

Грейсон пристально вгляделся в пацана, жалея, что, в отличие от Ривера, не может учуять ложь или обман. Эшер как будто бы заслуживал доверия, и не было никаких оснований сомневаться в его рассказе. Однако, как бы там ни было, мэр Араса не собирался рисковать своим единственным врачом.

— Оуэн отвезёт его в Арас на квадроцикле. Дон, а ты оставайся здесь. Завтра вечером мы всё равно вернёмся, — Грейсон обернулся к Эшеру. — Обычно мы не принимаем новых жителей перед самой зимой, но если ты обещаешь не прохлаждаться…

Кашлянув в рукав, Эшер согласно качнул головой.

— Я никогда не был обузой и никогда не буду. Мне нужна крыша над головой, и ради этого я готов постараться.

— Ты знаешь правила кварталов?

Тот снова кивнул.

— Мы с семьёй останавливались в нескольких.

Лео, всё это время стоявший позади Грейсона, положил руку мужу на плечо и развернул к себе.

— Думаешь, стоит? Ведь нас там не будет, чтобы присмотреть за ним.

— Зато там есть Ривер. И он присмотрит за чужаком гораздо лучше, чем мы с тобой. К тому же завтра мы всё равно будем дома, — возразил Грейсон, затем понизил голос до шёпота: — А раз пацан поселится в Арасе, когда Ривер будет за главного, то тот будет чувствовать за него ответственность. Ривер, как никто другой, сможет держать его в узде.

Лео бросил взгляд в сторону пустынника, нервно кусая губу.

— Он сильный, и его сила как раз пригодится нам в зиму. Не забывай, что нам ещё нужно сделать несколько вылазок на рейверов, пока не начались дожди.

Лео, наконец, кивнул.

— Ты прав. Не оставлять парня же на съедение тварям… Отправляй его в Арас.



Комментарии: 3

  • У Грейсона с Лео такие трогательные отношения, папаши. Тяжко все это читать, когда знаешь, что будет дальше.

  • Так вот какая судьба у Ривера... Как понимаю, он тоже химера, только создан, что бы бороться с королём?
    А этот Эшер очень подозрителен. Поди Силасовский шпион. Осторожнее с ним, ребята.
    Спасибо за главу, ждём продолжение истории.

  • Большое спасибо за главу!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *