Чжоу Ханьшань перевёл взгляд на статую и долгое время пребывал в молчании. Кровавые слёзы на щеках гипсовой девушки высохли, глаза вновь сделались безжизненными и равнодушными, словно та подсказка, что она им дала, была лишь иллюзией.

Гу Лунмин нагнулся, поднял своего деревянного человечка и, глядя на фигурку, сказал:

— Слушай, Чжоу Ханьшань, сколько вы всё-таки с ней провстречались?

— Полгода, — ответил парень. Он взял из угла кладовки табурет и уселся на него, не обращая внимание на толстый слой пыли. – Мы часто встречались именно в зале собраний… Она говорила, что очень занята учёбой, и я относился с пониманием. Говорят, любовь затмевает разум, и теперь мне кажется, что это правда. Даже наше знакомство было каким-то неправильным, не говоря уже об общении и симпатии.

С самого начала их история была ошибкой, но Чжоу Ханьшань по собственной глупости позволил этой истории случиться. И теперь должен дорого за неё заплатить.
Слушая парня, Линь Цюши не перебивал, но когда тот замолчал, наконец высказал своё решение:

— Сегодня вечером мы загадаем желание.

— Что? – Чжоу Ханьшань решил, будто ему послышалось, но уверенное выражение лица Линь Цюши говорило об обратном. – Хотите сказать… мы что-то попросим у статуи?

— У нас мало времени. – Линь Цюши взял в руки своего деревянного человечка. – Ты ведь не хочешь, чтобы с тобой приключилось то же самое?

Их куклы были сломаны, и вечно бегать от смерти они не смогут. В любой момент, любая случайность способна забрать их жизни, всех троих. Поэтому единственный выход – покинуть этот мир, закончить всё разом. Пусть это будет не так просто, как кажется.

— Я не чувствую от неё настоящей угрозы, а вы? – Линь Цюши указал на статую.

Изваяние перед ними уже очень походило на настоящую девушку, и температура тела, и тактильные ощущения от прикосновения к ней приближались к человеческим. Чжоу Ханьшань долго смотрел на статую, и вдруг поднялся и прислонился щекой к её груди, затем побледнел и обернулся к Линь Цюши. Тот догадался по выражению его лица, что именно Чжоу Ханьшань услышал.

Так и есть, парень сказал это вслух:

– У неё бьётся сердце.

– Сердце? – озадаченно нахмурился Гу Лунмин.

Чжоу Ханьшань, остолбеневший от потрясения, ответил:

— Да, я слышал стук сердца. – Он снова посмотрел на статую и осторожно провёл пальцами по её щеке. – Она же не превратится в живого человека?

Последняя фраза прозвучала вопросом, но каждый из них понимал – пройдёт ещё несколько дней, и это действительно произойдёт. Вот только неизвестно, какова будет цена такого превращения. Линь Цюши решил, что они останутся в зале собраний до вечера, чтобы снова загадать желание. Чжоу Ханьшань молча сидел на табурете, думая неизвестно о чём.
Линь Цюши играл в судоку, а Гу Лунмин изучал деревянную куклу. Атмосфера в помещении воцарилась до страшного неподвижная.

В процессе ожидания Линь Цюши с Гу Лунмином выходили в туалет, и по дороге Гу Лунмин спросил:

— О чём задумался, Юй Линьлинь?

— О Чжоу Ханьшане.

— Чего о нём думать? – впечатление Гу Лунмина об этом парне явно испортилось, ведь если говорить начистоту, именно из-за него начались все несчастья. – Если бы он не стал встречаться с Чжу Жуюань, может быть, ничего не случилось бы.

— Да, — кивнул Линь Цюши. – Думаешь, он ещё в чём-то нам солгал?

Гу Лунмин кивнул. У каждого есть свои секреты, и некоторые из них люди могут хранить до самой смерти.

— Вечером надо быть осторожнее, — предупредил Линь Цюши. – Мне кажется, с этим обрядом не всё так просто.

— Кто-то попытается нам помешать?

Линь Цюши умывался, наблюдая за тем, как ледяная вода течёт по линиям на руках.

— Ты имеешь в виду Чжу Жуюань или Чжоу Ханьшаня?

— Чжоу Ханьшаня? – Гу Лунмин не совсем понял. – Почему он должен мешать нам?

— Потому что, возможно, наши с ним желания взаимоисключают друг друга. – Линь Цюши выключил воду и вытянул бумажное полотенце, чтобы насухо вытереть руки. – Помнишь, где мы его впервые встретили?

— В аудитории… Погоди-ка, они втроём… — Гу Лунмин внезапно вспомнил, что делали те студенты в аудитории. – Они тоже пытались загадать желание заново?

— Точно, — усмехнулся Линь Цюши. – Вот и думай, сколько ещё этот Чжоу Ханьшань от нас скрыл.

Сяо Хэ, которому надвое разломило позвоночник, друг Чжоу Ханьшаня, которому оторвали голову, и оставшийся в живых Чжоу Ханьшань, когда Линь Цюши и Гу Лунмин впервые на них наткнулись, как раз пытались провести кровавый обряд с деревянными человечками. По словам Чжоу Ханьшаня, одно из условий для проведения обряда – окропить кровью деревянную куклу. Но тогда выходит, что студенты допустили очевидный промах… ведь в аудитории не было статуи. И если, как сказал Чжоу Ханьшань, загадывать желание нужно непременно в присутствии статуи, почему тогда его друзья вместе с ним проводили обряд в аудитории? То есть, либо загадывать желания бессмысленно, либо присутствие статуи не имеет значения.

— Вообще-то выжил не только Чжоу Ханьшань, — заметил Линь Цюши. – Помнишь того работника из библиотеки?

— Помню, — Гу Лунмин совсем запутался, но понимал, что среди всего этого вороха подсказок существует одна ключевая, которая и поможет им размотать клубок и выйти из двери. – Хочешь сказать…

— Он ведь ещё жив, — напомнил Линь Цюши. – И у него тоже имеется деревянная кукла.

Этот факт несомненно подтверждал ложь Чжоу Ханьшаня.

Гу Лунмин сухо усмехнулся:

— Такое ощущение, что я решаю сложную математическую задачку.

— Математика гораздо проще, — Линь Цюши развёл руками. – Просто мы упускаем множество деталей. Итак, библиотекарь жив, о чём это говорит?

— О чём? – только и оставалось, что спросить Гу Лунмину.

— Загаданное желание не влечёт за собой смерть, — пояснил Линь Цюши. – Возможно, за него действительно нужно заплатить, вот только совсем не обязательно, что платой окажется именно жизнь.

Гу Лунмин всё понял, но тут же озадачился снова:

— Но почему тогда они…

— Я подозреваю, что Чжу Жуюань и гипсовая статуя – совершенно разные сущности, — задумчиво произнёс Линь Цюши. – Статуя исполняет желания, а призрак девушки убивает. Разумеется, пока это лишь догадки, доказательств нет.

— Поэтому ты хочешь загадать желание? – Гу Лунмина удивило, что Линь Цюши решил загадать желание статуе, но теперь понял, что тот хочет проверить свои предположения.

— Да, — ответил Линь Цюши. – Уже вечером всё тайное станет явным, и когда это случится… не своди глаз с Чжоу Ханьшаня.

— Хорошо, — кивнул Гу Лунмин.

— Пойдём, — договорив, Линь Цюши заметил на себе странный взгляд Гу Лунмина и спросил: — Чего ты так на меня смотришь?

— Просто я подумал, что ты, кажется, сильно изменился с прошлого раза, — ответил Гу Лунмин. – После меня ты, наверное, ещё много раз водил других людей за двери?

— Да нет, — пожал плечами Линь Цюши, — только вошёл с одним другом в низкоуровневую дверь… а что? – Ему замечание Гу Лунмина показалось очень странным.

— Нет, ничего… Значит, ты быстро растёшь, — заключил Гу Лунмин. – По сравнению с той дверью ты стал ещё круче. – Он вздохнул. – Наверное, некоторые люди просто созданы для дверей.

Линь Цюши приподнял брови – он не ожидал услышать от Гу Лунмина таких слов. Ранее Жуань Наньчжу тоже говорил ему что-то подобное, но Линь Цюши тогда не придал этому значения, решив, что тот просто подбодрил его, как новичка.

По возвращении в зал собраний они обнаружили сидящего за столом Чжоу Ханьшаня. Тот почти лежал на столешнице, подложив руки под голову, всем своим видом выражая нежелание шевелиться.

Посмотрев на время, Линь Цюши предложил:

— Давайте сходим на обед.

— Я не голоден, — отозвался Чжоу Ханьшань. – Не очень хочу есть.

— Не боишься оставаться здесь в одиночестве? – спросил его Гу Лунмин.

Чжоу Ханьшань подумал и всё-таки решил, что боится.

— Ладно. Как-никак, в шумной столовой я чувствую себя в большей безопасности.

Всех троих тяготили свои думы, и аппетита не было ни у кого. За обедом Линь Цюши встретил Цзо Сысы и, подумав, подошёл поздороваться.

— Чем занимались? – спросила она. – Утром я вас нигде не видела, уже собиралась идти искать.

— Мы были в зале собраний, — честно ответил Линь Цюши. – Ты что-то хотела?

Посмотрев в сторону, Цзо Сысы задала вопрос:

— Вы знаете, кого повсюду водите с собой?

— Что с ним не так?

Похоже, Цзо Сысы что-то накопала и решила поделиться с Линь Цюши.

— Его имя – Чжоу Ханьшань, — сказала девушка. – И он был близко знаком со всеми погибшими студентами.

Линь Цюши кивнул, как бы говоря, что ему это уже известно.

— Его однокурсник сказал, что он встречался с девушкой по имени Чжу Жуюань. — Видя спокойную реакцию Линь Цюши, Цзо Сысы понизила голос и добавила: — Но я проверила, на четвёртом курсе нет студентки по имени Чжу Жуюань.

— Спасибо тебе, — поблагодарил Линь Цюши. – Чжу Жуюань действительно не с четвёртого курса.

— А с какого тогда? – Цзо Сысы округлила глаза.

— Она давно мертва, — подумав, Линь Цюши всё-таки рассказал девушке всё, что им известно.

Цзо Сысы удивлённо вздёрнула брови:

— Ты это серьёзно?

— Ага.

— Но почему ты так спокоен? – сама девушка, узнав подробности дела, ощутила, как по плечам пробежали мурашки.

— Просто я уже отбоялся, — ответил Линь Цюши.

— Ну ладно, — вздохнула Цзо Сысы. – Признаю, ты крутой. Я с таким трудом отыскала эти сведения, а вы, оказывается, уже знали… А что насчёт двери и ключа? Есть зацепки?

— Кое-что есть.

Цзо Сысы прекрасно понимала, что Линь Цюши наверняка известно больше, чем ей, но они всё же не были партнёрами до такой степени, чтобы обмениваться всей информацией. Поэтому девушка корректно промолчала, только посоветовала Линь Цюши быть осторожнее с Чжоу Ханьшанем, поскольку он, вероятно, не так прост.

Поблагодарив её, Линь Цюши вернулся к своему столу.

— Какое желание вы собираетесь загадать? – спросил Чжоу Ханьшань. У него не было аппетита, и парень просто тыкал палочками в миску с рисом.

— А как ты думаешь, какое бы подошло? – вместо ответа поинтересовался Линь Цюши.

— Конечно же, чтобы всё поскорее закончилось, — устало произнёс Чжоу Ханьшань. – Я больше этого не вынесу.

— Ладно, — кивнул Линь Цюши. – Тогда закончим всё поскорее.

В ожидании время тянется медленно, и вечер, который обычно наступал довольно скоро, сегодня словно задержался на целый год. Пока они ждали в зале собраний, Чжоу Ханьшань оперся на стол и уснул. А вот Линь Цюши не мог позволить себе уснуть – поломанная кукла перед ним напоминала мужчине, что то же самое может случиться с ним в любой момент. Когда тварь придёт забрать его жизнь, она не посмотрит, спит он или нет.
Снаружи закапал дождь, стрелка на часах делала круг за кругом, пока наконец не показала восемь.

На улице стемнело, через щели в окнах просачивались капли дождя и завывающий ветер. Линь Цюши посмотрел на часы и переглянулся с Гу Лунмином. Самое время начинать.

Растолкав сонного Чжоу Ханьшаня, Линь Цюши позвал:

— Вставай, стемнело.

Парнишка вздрогнул и, поднявшись, промямлил:

— Мне приснился сон.

— И что там было? – полюбопытствовал Гу Лунмин.

— Я видел своих друзей, — рассказал Чжоу Ханьшань. – Они говорили, что скучают по мне. – Парень протёр лицо ладонью. – И я… тоже по ним соскучился. – Горестно усмехнувшись, он добавил: — Наверное, я скоро отправлюсь следом за ними.

Гу Лунмин лишь молча похлопал Чжоу Ханьшаня по плечу в знак утешения.
Они вытолкали статую на постаменте из кладовки в зал.

Гипсовая девушка по-прежнему не шевелилась, но осталась такой же тёплой, а от ощущения прикосновения к человеческой коже становилось жутко. Чжоу Ханьшань опять осторожно дотронулся до неё и пробормотал:

 – Только бы она не ожила, ведь если это правда случится, что тогда делать…

– Мы можем загадывать желание? – спросил Линь Цюши.

– Можете, – ответил Чжоу Ханьшань. – Порежьте руку, капните кровью на куклу, а потом пожелайте чего-нибудь у статуи… – Он повернулся к Линь Цюши. – Каким будет ваше желание?

Линь Цюши молча вынул из кармана кинжал и вложил клинок в ладонь, приготовившись порезать пальцы. Но почему-то вдруг остановился.

– Что-то не так? – озадачился Чжоу Ханьшань.

Опустив голову, Линь Цюши смотрел на пол.

В комнате их было трое, вернувшись с ужина, они больше не уходили, а дождь пошёл уже после, но сейчас на полу виднелась вереница влажных следов, тянущихся от порога к тому месту, где они сейчас стояли. Судя по размеру, следы принадлежали девушке.
Как и в тот раз в аудитории, в комнате стало на одного человека больше. Просто его никто не видел.

Линь Цюши остановился и протянул кинжал Чжоу Ханьшаню со словами:

– Ты первый.

Тот остолбенел, предложение явно стало для него неожиданностью.

– Но ведь я уже загадывал…

– Кто сказал, что нельзя загадать желание дважды?

– Я не знаю, что мне пожелать. – Чжоу Ханьшаня, похоже, охватила паника. – Я…

– Чжоу Ханьшань, – Линь Цюши смотрел ему прямо в глаза, – что же ты пожелал тогда, в самый первый раз?

— Я…

— Не лги, — предупредил Линь Цюши. – Если соврёшь, я разобью эту статую прямо у тебя на глазах. – Он приблизился к изваянию, давая понять, что не шутит.

Парень молчал, на его лице отражалась необъяснимая палитра эмоций, словно он хотел что-то сказать, но не знал, что.

— Давай, — тихо и спокойно велел Линь Цюши, но так, что в его голосе слышалась непоколебимая серьёзность. – Пожелай, чтобы всё закончилось.

Сжимая в руке кинжал, Чжоу Ханьшань колебался. Гу Лунмин тоже заметил, как переменилось его отношение. Он с сомнением посмотрел на парня и позвал его по имени:

 – Чжоу Ханьшань?

Тот вдруг рассмеялся и, опустив кинжал, совершенно спокойно произнёс:

– Значит, вам всё известно.

Линь Цюши вздохнул. Его догадки действительно оправдались, Чжоу Ханьшань раскрыл им не всю правду, и то, о чём он умолчал, занимало очень важное место во всей этой стории.

При виде изменений, произошедших с Чжоу Ханьшанем, Гу Лунмин невольно выругался.

– Дай угадаю, – заговорил Линь Цюши. – Желание, которое ты загадал, действительно не сбылось. Но… скоро должно сбыться, верно?

Чжоу Ханьшань смотрел на них без всякого выражения на лице и сейчас совершенно не походил на того робкого и трусливого парнишку.

— Занервничал? – продолжал Линь Цюши. – Когда заметил, что процесс исполнения желания отличается от того, как ты себе его представлял.

Чжоу Ханьшань испустил тяжкий вздох.

— Больше всего я ненавижу сталкиваться с умными людьми, — он поднялся со стула, подошёл к статуе и нежно погладил её по коже. – Да, всё пошло немного не так, как я думал. Поэтому… я не могу умереть. – Парень повернулся к Линь Цюши. – Так что мне придётся просить вас умереть вместо меня.

Лампы на потолке закачались и заскрипели от внезапно ворвавшегося порыва ветра, и казалось, они вот-вот погаснут. Услышав за спиной хлюпающие шаги, Линь Цюши обернулся. За ним стояла Чжу Жуюань в длинном платье и с мертвенно-бледным лицом. Она с ненавистью во взгляде уставилась на Линь Цюши, а оставленные ею водяные следы окрасились в кроваво-красный.

Гу Лунмин неловко отшатнулся, испуганный внезапным появлением девушки.
Зато Линь Цюши сохранил полное спокойствие. Он запустил руку в карман, а когда вынул обратно, с его пальцев стекала кровь. Дотронувшись окровавленной ладонью до деревянной куклы, он произнёс вслух:

— Я хочу, чтобы желание Чжоу Ханьшаня никогда не сбылось.

Вначале Чжоу Ханьшань вёл себя как хозяин положения, однако стоило ему услышать слова Линь Цюши, он мгновенно изменился в лице, взревел и набросился на него с кинжалом:

— Как ты посмел…

Но и Линь Цюши отреагировал молниеносно – уклонившись от броска, он пинком выбил кинжал из руки Чжоу Ханьшаня. Всё-таки тот не мог похвастаться хорошими физическими данными, не говоря уже о Гу Лунмине — он не смог бы справиться даже с Линь Цюши.
Удар кулаком в живот, и Чжоу Ханьшань оказался на полу, а Чжу Жуюань за спиной Линь Цюши осклабилась в свирепой улыбке:

— Слушаюсь и повинуюсь.

— Нет!!! – пронзительно закричал Чжоу Ханьшань.

Следом в зале раздался треск – стоявшая на постаменте статуя покрылась длинными трещинами, от неё начали отваливаться куски. Чжоу Ханьшань, подскочив с пола и бросившись к статуе, с воем принялся её обнимать, словно пытаясь собрать вновь. Но как бы он ни старался, помешать гибели гипсовой девушки не вышло. Прижимая к груди обломки, он в отчаянии зарыдал:

— Ещё бы чуть-чуть… оставалось совсем немного…

Линь Цюши просто смотрел на него. А Гу Лунмин, задумчиво хмурясь, спросил:

– Что же ты сделал… Что ты пытался выменять на жизни своих друзей?

Чжоу Ханьшань не ответил на вопрос, всё его внимание было сосредоточено на полностью развалившейся на части статуе. Линь Цюши приблизился и нашёл среди обломков бронзовый ключ.

Ранее он догадывался о местоположении ключа, однако лишь убедившись в этом, вздохнул по-настоящему спокойно.

Рядом на полу, обнимая гипсовые обломки, сидел с потерянным видом Чжоу Ханьшань.

— Чжу Жуюань пожелала, чтобы статуя обрела душу. Ты пожелал, чтобы вы с Чжу Жуюань были вместе. – Линь Цюши подобрал ключ и повернулся к Чжоу Ханьшаню. – Твоё желание имело два пути исполнения: либо умираешь ты, либо оживает она. И ты выбрал второе.

Чжоу Ханьшань поднял голову и спокойно посмотрел на Линь Цюши.

— Но желания исполняла не Чжу Жуюань, а та статуя… верно?

Плечи парня затряслись, словно он плакал. Или словно смеялся.

— Ты пожелал вовсе не победы на конкурсе… Поэтому никакого парадокса не существовало. И все остальные заплатили жизнями, чтобы твоё желание сбылось.
Оживить мертвеца не так-то просто.

Линь Цюши даже подозревал, что статуя тоже имела собственную душу, просто она выглядела в точности как Чжу Жуюань. И это именно она собиралась исполнить желание Чжоу Ханьшаня.

— Она хотела убить меня, — Взгляд Чжоу Ханьшаня был полон усталости. – потому что не могла осуществить то, чего я хотел.

Душе не хватало одной части, и без неё Чжу Жуюань никогда не смогла бы стать человеком.

— Нет, — возразил Линь Цюши, пряча ключ в карман. – Ты ни разу не задумался, что это не Чжу Жуюань пыталась тебя убить?

Чжоу Ханьшань потрясённо застыл.

— Возможно, она просто не хотела, чтобы ты продолжал делать то, что делаешь, — продолжал Линь Цюши. – Думаешь, превращаться из статуи в живого человека – приятное занятие?

Опустив голову, Чжоу Ханьшань посмотрел на обломки в своих руках.

— Разумеется, всё это лишь моё предположение. – Линь Цюши повернулся к Гу Лунмину. – Идём.

Тот кивнул и следом за Линь Цюши направился из зала собраний. Когда они подошли к двери, то вдруг услышали сдавленный стон. Линь Цюши обернулся и увидел Чжоу Ханьшаня, лежащего в луже крови, с торчащей из живота рукояткой кинжала.

Эта картина вовсе не удивила его, но всё же Линь Цюши почувствовал себя неуютно.
Гу Лунмин вздохнул, а Линь Цюши, не останавливаясь, вышел из зала.

Каждый должен платить равнозначную цену за свои поступки. Чжоу Ханьшань убил своих друзей и теперь вернул свой долг, хотел он того или нет.



Комментарии: 8

  • Большое спасибо за перевод!

  • Ally, по этой новелле должна быть снята дорама, не меньше)))

  • Спасибо за перевод)))

  • Благодарю

  • Спасибо за главу

  • Благодаря вашему переводу, среда стала моим любимым днём в неделе.

  • Огромное спасибо за ща перевод! Понравилась развязка истории❤️👍

  • Если честно, эта дверь по-настоящему удивила меня. Не думала, что Чжоу Ханьшань такой человек... Вот уж правда, не суди книгу по обложке. Эх, подобные неожиданные повороты заставляют увериться, что ни один среднестатистический человек не выжил бы за дверью, всё слишком запутанно. _(:3 」∠)_
    (Ой, вопрос не по теме, кто-нибудь знает, будет ли всё-таки маньхуа по этой новелле?)
    С нетерпением жду следующую главу. Спасибо за перевод~

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *