— Всё верно, именно на губах!

«Всевидящий глаз» клятвенно уверял всех в своей правоте, но остальным это показалось странным:

— Почему именно на губах?

— Где это видано, чтобы только губы источали демоническую Ци? Это что, демон губной мази1?!

1В древнем Китае мазь для губ использовалась как защитное средство губ от потрескивания на морозе.

Се Лянь невольно прикрыл рот рукой.

Он даже не представлял, что аура Хуа Чэна, которая прицепилась к нему после той ночи в храме Тысячи фонарей, полной объятий и поцелуев, до сих пор не выветрилась!

«Всевидящий глаз» ткнул в принца пальцем.

— Вот, вот, вы посмотрите! Совесть нечиста!

Се Лянь тут же опустил руку и насилу подавил порыв повернуться и взглянуть, какое выражение проявилось на лице Хуа Чэна, когда он всё это услышал. Пусть даже сейчас лицо последнего закрывали бинты, и принц всё равно ничего бы не увидел.

— Ох, уважаемый друг на тропе совершенствования, — мягко произнёс принц. — Ты не так понял. Просто из-за материальных затруднений мне приходится использовать одну и ту же вещь в разных целях. К примеру, вот этот горшок. — Он поднял повыше глиняный сосуд с демоницей и заверил: — Иногда я сажаю туда демонов, но в обычной ситуации просто храню соленья. Вкус получается уникальным, а после принятия в пищу, разумеется… Если не верите, можете сами попробовать.

…По логике вещей, такой способ имел право на существование. Монахи и заклинатели колебались, тогда как жители деревни схватились за рты.

— А? Даочжан Се, стало быть… соленья, которые вы нам приносили, приготовлены по тому же рецепту?

— Получается, и у нас после них останется полный рот чертовщины?

Когда местные подносили Се Ляню свежие овощи и фрукты, принц в благодарность одаривал их соленьями, которые сам приготовил.

Он тут же поднял руку и успокоил:

— Не стоит волноваться, ваши соленья готовились в другом сосуде!

«Всевидящий глаз» вспылил:

— Ты, никак, больной! Не боишься такими кушаньями свой век укоротить?! Поменьше пустой болтовни, в твоём монастыре прячется ещё кто-то, да не один! С дороги!

На этот раз он сразу ринулся к монастырю, боясь, что староста деревни вновь встанет на пути. Се Лянь, понимая, что дело принимает неблагоприятный оборот, быстро отступил в дом, схватил валяющегося в забытьи Цюань Ичжэня за ворот, как следует встряхнул и прокричал прямо в ухо:

— Циин! Слушайте внимательно! Я! Собираюсь опять накормить вас фрикадельками непорочности!

После этих слов глаза Цюань Ичжэня резко распахнулись. В тот же миг едва переступивший порог монастыря «Всевидящий глаз» издал жуткий крик и выскочил прочь, прижимая ладонь ко лбу.

— Никому не входить внутри! Это западня!

Монахи и заклинатели послушались — не стали действовать сгоряча, только окружили пострадавшего с вопросами:

— Всевидящий собрат, что ты увидел?

«Всевидящий глаз» ответил:

— Я ничего не увидел, кроме огромного сгустка слепящего белого света!

— Ай-яй, беда, собрат-заклинатель, твоё Всевидящее око дымится!

 «Всевидящий глаз» дотронулся до лба и действительно обнаружил, что красный след сделался чёрным, а ещё от него струится белый дымок, похожий на погасшую свечу.

Он пришёл в ужас:

— Это же… это же!

Линвэнь отложила маньтоу, которую неторопливо поедала, и спросила:

— Снаружи так шумно, что там случилось?

Один из монахов тем временем сказал:

— Всевидящий собрат, взгляни, в монастыре скрываются двое детей и женщина. А также этот заклинатель снаружи. Так кто же из них всё-таки тот самый?

«Всевидящий глаз» изо всех сил потирал лоб, но воспользоваться оком больше не мог. Белый свет, который он узрел, — это божественное сияние Цюань Ичжэня. Когда небожителю кажется, что он столкнулся с огромной опасностью, или же в момент битвы не на жизнь, а на смерть, окружающее его тело божественное сияние инстинктивно усиливается в несколько раз. Се Лянь воспользовался этим мгновенным взрывом слепящего света, чтобы вывести из строя Всевидящее око заклинателя. Впрочем, речь не о том, что многолетние труды заклинателя пошли прахом, просто ближайшие несколько дней он не сможет снова открыть глаз. Затем Се Лянь взял со стола тарелку с фрикадельками. Цюань Ичжэнь окончательно пришёл в себя и сразу схватил Се Ляня за руку, хрипло говоря:

— Я есть не буду.

Се Лянь схватил его в ответ.

— Не бойтесь, это не для вас!

Толпа сведущих в магических искусствах, плотно окружившая монастырь Водных каштанов, обменялась быстрыми взглядами, разразилась беспорядочными криками и хлынула в атаку. Однако не успел Се Лянь вступить в бой, как их оттолкнуло прочь невидимым барьером. А следом откуда-то сверху и одновременно со всех сторон послышался мрачный голос:

— Вы, толпа старых монахов и вонючих заклинателей, всё вьётесь вокруг, словно мухи? И ещё посмели явиться за мной сюда? Да вам жить надоело!

— Хуа… Хуа… Хуа…

Запнувшись несколько раз на слове «Хуа», «Всевидящий глаз» всё-таки не посмел назвать имя, испугавшись могущества его носителя, и, запинаясь, проговорил:

— …Градоначальник Хуа! П-поменьше пугай людей. Всем нам известно, что гора Тунлу открылась и ты, чтобы не попасть под её влияние, запечатал свои силы. И теперь… тебе не с руки бесчинствовать, как раньше! С-с-сдавайся без сопротивления…

Под конец фразы весь его напор иссяк, но Се Лянь почувствовал — Хуа Чэн рассердился, и потому вбежал в дом, обнял его и прошептал:

— Ничего не говори! И не трать магические силы, лучше прибереги их. Предоставь остальное мне!

Тело Хуа Чэна, слегка напряжённое, в объятиях принца, кажется, постепенно освободилось от оков гнева.

— Хорошо, — мрачно ответил он.

Обнимая его, Се Лянь ощутил, что возраст Хуа Чэна снова уменьшился, теперь он принял вид ребёнка лет двенадцати-тринадцати. В сердце принца невольно закралась тревога. Одной рукой прижимая к себе Хуа Чэна, другой он достал меч и вышел из монастыря со словами:

— А вы не думали, что Лазурный Демон Ци Жун вас обманул?

Однако монахи и заклинатели воззрились на него в недоумении. «Всевидящий глаз» озадаченно переспросил:

— Лазурный Демон Ци Жун? В чём он нас обманул? Для чего он стал бы нас обманывать?

Брови Се Ляня чуть сошлись к переносице.

— Это не он подсказал вам явиться сюда?

 «Всевидящий глаз» заплевался:

— За кого ты нас принимаешь? Чтобы мы добывали сведения у какого-то «свирепого»? Разве стали бы мы действовать заодно с таким негодяем?

Выходит, это не Ци Жун? Но кто же распространил известие?

Не дожидаясь, пока Се Лянь как следует над этим подумает, монахи и заклинатели бросились в бой. Принц одним ударом отразил атаку семи-восьми мечей и пяти-шести посохов.

— Амитабха, собрат-заклинатель, к чему ты столь упорствуешь, защищая эту нечистую тварь?

Се Лянь, не уступая ни на шаг, ответил:

— Мастер, что ни говори, а нехорошо пользоваться затруднительным положением другого человека.

«Всевидящий глаз» воскликнул:

— Он демон, а не человек! А ты ещё слишком юн, молоко на губах не обсохло. К чему преследуешь эти косные моральные принципы?

Если принц воспользуется Фансинем против всех этих магических посохов, драгоценных мечей и сабель, он может легко поранить простых смертных. Согласно правилам, смертные могут избить небожителя, но небожитель не может избить смертных, поскольку должен быть снисходительным, великодушным, милосердным и любящим всё живое. Божеству нельзя вступать в конфликт со смертными, а если он кого-то из них побьёт, ему зачтут подобные действия как нарушение и отнимут добродетели. Се Лянь не мог себе позволить жить на широкую ногу, как Цюань Ичжэнь. У принца и так-то почти не было добродетелей. А если отнимут, он вовсе уйдёт в долги.

Убрав меч, принц велел:

— Жое, ко мне! Циин, проследи за Линвэнь!

Жое часто обижалась, если ей приказывали связать мужчину, и вела себя совсем иначе с пленницами — Се Ляню пришлось позвать дважды, прежде чем лента нехотя сползла с рук Линвэнь. В следующий же миг белая молния со свистом хлестнула по рукам нескольких десятков человек. Стоило их пальцам дрогнуть, и оружие в руках уже не удержать.

— Что это за магический артефакт? — изумились монахи и заклинатели.

— Это разве артефакт?.. Почему он показался мне похожим на шёлковую ленту, на которой легко повеситься? Предмет чрезвычайно тёмный…

— А ведь так и не скажешь, что юнец обладает столь высоким мастерством!

И тут случилось непредвиденное. В момент, когда битва Се Ляня с толпой заклинателей находилась в самом разгаре, Линвэнь покачала головой, мягко поправила полы одежды и поднялась.

— Благодарю Ваше Высочество за тёплый приём. Мне пора.

Се Лянь поразился:

— Линвэнь, день подходит к концу! Куда ты вознамерилась уходить? Неужели собираешься нарушить обещание?

— Верно. Я собираюсь нарушить обещание.

Её слова звучали столь уверенно, будто она говорила «я собираюсь вершить высшую справедливость», и Се Лянь не нашёлся, что на это ответить.

Спустя мгновение принц произнёс:

— Это не Ци Жун распространил весть. А ты.

Линвэнь улыбнулась:

— Пусть я не Бог Войны, пусть оказалась связана Жое, но даже при помощи одного заклинания духовного общения можно сделать очень многое.

Вот оно что! Но как Линвэнь узнала, что этот юноша в бинтах — Хуа Чэн? Она ведь не перекинулась с Лан Ином и парой слов, виделась всего несколько раз, и Се Лянь в итоге сам заметил позже неё!

Линвэнь, заведя руки за спину, собралась открыто покинуть монастырь. Се Лянь не мог отвлечься ни на миг, поэтому воскликнул:

— Циин, нельзя позволить ей уйти!

Цюань Ичжэнь уже мог стоять на ногах, его силы восстановились, несмотря на съеденную фрикадельку непорочности. К тому же, Линвэнь являлась Богом Литературы, в её руках не было ни капли боевой мощи, и юноше хватило бы одного пальца, чтобы её задержать.

Издали раздался его голос:

— Хорошо!

И Се Лянь со спокойной душой продолжил сражение. Однако вскоре раздался оглушительный грохот, крышу монастыря Водных каштанов проломило насквозь, и кто-то вылетел сквозь неё высоко вверх.

Се Лянь, обернувшись, потрясённо крикнул:

— Циин, так делать нельзя!

Если подобным образом бросить Бога Войны — не страшно, ведь они изначально достаточно сильны, чтобы биться с серьёзным врагом. Но что ни говори, Линвэнь всё-таки женщина, да ещё Бог Литературы. И Цюань Ичжэнь столь грубыми действиями непременно её покалечит!

К удивлению принца, кое-кто неторопливо вышел из монастыря со словами:

— Бай Цзинь, так делать нельзя.

Прохладный голос, очевидно, принадлежал Линвэнь, но в тот момент, когда она показалась снаружи, Се Ляню на миг померещилось, что это вовсе не она, а очень высокий молодой парень, от которого исходит тёмная Ци, бьющая в небеса. Однако, присмотревшись внимательнее, принц всё же разглядел хрупкую фигуру Линвэнь.

Линвэнь — Бог Литературы, это чистейшая правда. И даже намеренно скрывая свою истинную силу, она не могла утаить подобную мощь от Се Ляня. Как же ей удалось вдруг отправить Цюань Ичжэня в полёт???

Хуа Чэн тяжёлым тоном предостерёг:

— Гэгэ, осторожно. Она надела одеяние.

И правда! С виду на Линвэнь было всё то же чёрное платье, но вокруг клубилась чёрная Ци, которая накрывала её с головой и будто бы делала совершенно другим человеком. Убийственная Ци клокотала бешеным потоком, при этом необычайно контрастируя с бледным и крайне бесстрастным лицом. Се Лянь попытался сделать выпад мечом, но Линвэнь легко отразила атаку, лишь махнув рукавом. Как раз вовремя Цюань Ичжэнь сверзился с небес, с грохотом проделав вмятину в земле. Юноша увидел развернувшуюся картину, и его глаза вмиг загорелись.

— Прекрасно!

Глаза Се Ляня тоже ярко сверкнули.

— Прекрасно!

Приём, которым Линвэнь отразила меч, поистине поражал красотой. Нет, лучше сказать, приём, которым Божество парчовых одежд помогло Линвэнь отразить меч!

Стоило кому-то надеть Божество парчовых одежд, и тот либо терял способность здраво мыслить, либо его кровь выпивали до капли. Но оказавшись на Линвэнь, одеяние сделало её неуязвимой и к тому же способной атаковать — Бог Литературы вмиг запустил в полёт западного Бога Войны. Никто никогда не слышал о столь поразительной особенности Божества парчовых одежд. Кому могло прийти в голову, что тот, кому она отрубила конечности и голову, станет ей же помогать?

Теперь не только жители деревни Водных каштанов, но и толпа монахов и заклинателей от удивления окаменела.

«Всевидящий глаз» воскликнул:

— Что тут прекрасного? Его побили, а он — «прекрасно»? В этом монастыре остался хоть один нормальный человек? Они все нелюди, как я погляжу!

Цюань Ичжэнь, весь в нетерпении, выскочил из ямы в земле и снова бросился в атаку.

Линвэнь тихо сказала:

— Я же говорила, нельзя здесь задерживаться.

Она обращалась к Божеству парчовых одежд. Но тело её не слушалось — отразив локтем кулак Цюань Ичжэня, Линвэнь вступила в схватку с юным Богом Войны, попутно круша всё вокруг. От мощных ударов стены монастыря Водных каштанов задрожали, будто вот-вот обрушатся. Божество парчовых одежд и впрямь обладало потенциалом к вознесению — Цюань Ичжэнь даже начал немного ему уступать.

Се Лянь не выдержал:

— Вот что… Будьте любезны, не могли бы вы драться где-нибудь подальше? Подальше отсюда!

Не успел принц договорить, как на него со всех сторон набросились заклинатели с четырьмя-пятью десятками сабель, мечей, молотов, посохов…

Се Лянь переменился в лице и вскинул руку.

— Стойте, не надо!!!

Под горестный крик принца монастырь Водных каштанов, который ранее претерпевал бесчисленное множество ударов и всё же крепко стоял на месте, наконец по-настоящему окончательно рухнул.

Се Лянь несколько секунд взирал на него неподвижно, чувствуя пустоту в душе.

— Ну вот, любое моё жилище не может продержаться и полгода. Теперь в самом деле придётся просить пожертвований на постройку…

Хуа Чэн сказал ему:

— Гэгэ, огорчаться нет нужды. Это всего лишь дом, их у меня имеется в достатке.

Се Лянь заставил себя приободриться, но тут к нему, пошатываясь, выскочил «Всевидящий глаз». Мужчина до сих пор закрывал лоб ладонью. Он встал на пути принца и ткнул в него пальцем.

— Ты, сопляк, своими мелкими уловками посмел нанести вред моему заклинательскому искусству! Кто твой мастер? Сколько лет ты практикуешься? В каком монастыре состоишь? Какому божеству поклоняешься?!

Се Лянь резко обернулся, облик его пронзило внезапной суровостью.

— Ты спрашиваешь, кто я такой? Слушай внимательно! …Я — благородный Его Высочество наследный принц, и вы, толпа смутьянов, должны все как один пасть предо мной на колени!

Его голос прозвучал словно гром среди ясного неба, и некоторые из присутствующих едва не бросились на колени по-настоящему. Только когда соседи потянули их наверх, пришли в себя.

— Ты что? В самом деле на колени бухнулся?!

— С-странно, сам за собой не заметил…

Се Лянь суровым тоном продолжил:

— Мне уже более восьми сотен лет, я старше всех вас, вместе взятых, и дорог прошёл да мостов пересёк уж побольше вашего! Мои храмы и монастыри усыпали землю, последователями и паломниками населён весь мир. Не знаете моего имени? Пеняйте на то, что дальше своего носа не видите! Я — не поклоняюсь божествам. Я — и есть божество!

Остальные просто остолбенели от столь бесстыжей, но исполненной неудержимого величия речи, невольно раскрыв рты.

— …А???

Се Лянь нёс всю околесицу именно ради этого момента. Из его рук вылетела тарелка, и несколько десятков беленьких фрикаделек, подобно стальным шарикам, рассекая воздух свистом, разлетелись во все стороны и попали ровно в цель — каждому потрясённому заклинателю и монаху прямиком в раскрытый рот.

После Се Лянь устало стёр пот со лба и сказал:

— Прошу всех забыть, что я только что сказал. На самом деле я всего лишь сборщик рухляди!

Те, кому досталось кушанье, изменились в лицах:

— А! М-мы попались!

Несколько особенно проворных попытались отбить фрикадельки мечом, но стоило вскинуть клинок, и кругляши, вращаясь на огромной скорости, столкнулись с лезвием и осыпали всё вокруг яркими искрами.

Заклинатели в неподконтрольном ужасе воскликнули:

— Что… что это за оружие?!?! Беспредельно крепкое и странно блестящее… неужели легендарные…

Се Лянь подхватил:

— Именно! Это и есть легендарные фрикадельки непорочности, несравнимо ядовитые! Если не успеете в течение суток выпить восемьдесят один стакан чистой воды, чтобы вымыть яд, внутренности разорвёт!

Никто не слышал такого названия, но все перепугались пуще прежнего:

— Эй! Неужели они и впрямь настолько ядовитые?!

— Лучше сначала выпьем воды! Ведь чтобы снять действие яда, достаточно лишь выпить воды! Скорее, за водой!!!

Около двадцати человек, попавшихся на уловку, впопыхах удалились. Тем временем Линвэнь сражалась всё яростнее. Она обеими руками схватила Цюань Ичжэня за шею и подняла над землёй. Однако, несмотря на преимущество, лицо богини не выражало ни капли радости, даже наоборот.

— Бай Цзинь! — негромко бросила она. — Ты хочешь его убить? Перестань сражаться, скорее, уходим!!!

У Се Ляня как раз осталась одна фрикаделька. И когда Линвэнь сказала «уходим», принц ловко забросил кушанье ей в рот.

Миг, и блеск в зрачках Линвэнь погас, будто унесённый проглоченной фрикаделькой, а чёрная Ци, что окутывала тело, заметно рассеялась.

Едва сдерживая рвотный позыв, она глянула на Се Ляня, беззвучно шевельнула губами, но выдержать долго не смогла — бросив Цюань Ичжэня на землю, скрылась прочь, прижимая ладонь к лицу.

Юный Бог Войны немедля вскочил и бросился в погоню. Се Лянь было тоже хотел отправиться за ними, но путь принцу преградили оставшиеся заклинатели и монахи.

— Держитесь, братья, скоро прибудет подмога! — вскричали они.

Подмога? В деревне Водных каштанов оставаться больше нельзя, придётся уйти, а после разбираться. Цюань Ичжэнь помчался за Линвэнь — в момент его и след простыл. Се Лянь же прижал Хуа Чэна к себе покрепче и наказал:

— Держись за меня! — затем оттолкнулся от земли, перелетел через толпу и широким шагом покинул место сражения.

Хуа Чэн, как было велено, схватился за принца. Почему-то эта ситуация показалась Се Ляню смутно знакомой. Однако у него не было времени копаться в памяти — следовало немедля доложить о случившемся.

Без раздумий Се Лянь воспользовался заклинанием духовного общения:

— С Линвэнь беда! Я…

Линвэнь:

— …Я знаю!

Се Лянь:

— …Прошу прощения.

Секунда, и Линвэнь оборвала связь по духовной сети.

Се Ляню нечего было на это сказать. В прошлом он по любому поводу связывался с ней напрямую, а теперь дело касалось самой Линвэнь, и принц не сразу осознал случившееся — даже решил, как и раньше, сообщить об этом ей. Что уж тут скажешь.

На этот раз Се Лянь присоединился к общей сети духовного общения и, на бегу прижимая к себе Хуа Чэна, выкрикнул:

— Господа! Прошу сообщить всем — Линвэнь сбежала с Божеством парчовых одежд!!!

 

 

Заметки от автора: Линвэнь надела боевой доспех! Боевая мощь +1000! Избила ребёнка!

Давайте посмотрим на ситуацию по трём видам оружия:

Похлёбка столетнего мира и согласия: Хуа Чэн — победа, Ци Жун — поражение, Повелитель Ветров — поражение, Повелитель Земли — поражение.

Мясо, жареное в разноцветии: Хуа Чэн — победа, Цюань Ичжэнь — поражение.

Фрикадельки непорочности: Хуа Чэн — победа, Цюань Ичжэнь — поражение, Линвэнь — поражение.

Кто самый сильный — сомнения излишни!



Комментарии: 31

  • Вот падлы!!! Разрушыли монастырь! Ну ничего Хуа-хуа заберёт Се Лянюшку к себе или ещё лучше монастырь построит.... Но этот был таким родным 😭😭❤️

    Спасибо за труд 🌸💖💖

  • У меня смутное ощущение, что новым непревзойденным демоном будет Лин Вень... Ох...

  • почему... се лянь нереален. способен победить всех и вся фрикадельками...
    просто достойно восхищения!!

  • На фразе монаха: "А ты ещё слишком юн, молоко на губах не обсохло" - мой ор слышал весь район, даааа, смешно получилось 🙃
    Также мне жалко монастырь Водных Каштанов...

  • Да что де там за варево такое ?! Мне срочно нужен рецепт !!!

  • Только Се Лянь может так самозабвенно сражаться фрикадельками, ахахах

  • Благодарю за труд по переводу. Вы даете столько радости в жизни. Дай Бог здоровья и счастья!

  • Ещё никогда фраза "Собираюсь накормить" не звучала так устрашающе 😂😂😂 Се Лянь постигает новые уровни искусства угроз и троллинга

  • Боже мой это так орно!!! XDXD

  • Спасибо за перевод!)

  • Увидев, что среди названий глав есть вот такое, я приготовилась взгрустнуть, но монастырь пал так весело, что получалось только смеяться.

    Се Ляню можно заниматься придумыванием названий блюд, у него в этом талант, главное, не впускать его на кухню и следить, чтобы горшки с нечистью хранились отдельно от горшков с продуктами.

    "— С Линвэнь беда! Я…

    Линвэнь:

    — …Я знаю!

    Се Лянь:

    — …Прошу прощения".

    Это просто прекрасно!

    Э, так это не Линвэнь избила ребенка, это, если верить легенде, один, способный к вознесению, ребёнок, избил другого, всё-таки вознесшегося. Они на равных!

  • Спасибо большое за перевод!))

  • Се Лянь такой тролль!))

    Спасибо за перевод! Когда не получается прочесть новые главы сразу, удовольствие еще и растягивается)

  • Большое спасибо за новую главу!

  • Огромное вам спасибо))) Обожаю небожителей вот за этот сумбурный и беспощадный кипиш =D

  • Спасибо за перевод!))

  • Ахах, текст прямо как из рекламы - "Чтобы снять действие яда, достаточно лишь..."

  • О Боги,как же я ору! Се Лянь просто нечто. Хуа-Хуа безспорно самый сильный🤣
    Спасиб за перевод

  • Благодарю за перевод!

  • Похлёбка столетнего мира и согласия оказалась оружием массового поражения:) И почему Се Лянь не применил свои боевые/кулинарные способности 800 лет назад?
    Спасибо за перевод ❣️

  • Правельно приготовленная еда, это не победимое оружие. 😁

  • "Хуа Чэн, как было велено, схватился за принца. Почему-то эта ситуация показалась Се Ляню смутно знакомой."
    Тут моё сердце просто ухнуло вниз... Божееее, как же я хочу, чтобы Се Лянь поскорее понял, что тот мальчик из прошлого и Хуа-Хуа - один и тот же человек! Точнее демон.
    Кстати, я как-то зарекалась, что Лин Вэнь всё равно остаётся моей любовью, но теперь уже нет. КАК ОНА ПОСМЕЛА ПОБИТЬ ЭТОГО СЛАДКОГО РЕБЁНОЧКА??? Всё, любовь прошла, завяли помидоры 🙃

    Спасибо вам за ваш труд 💖
    Новый понедельник - долгожданный понедельник))

  • Правильно, в глаз а, в лицо этому бесстыже у посмотреть надо! Как он там, чем он там по губам водил...

  • Еда Се Ляня - это всё что угодно, но только не еда😂

  • Это просто сказка какая-то, волшебство, спасибо огромное за перевод!!!!

  • Почему мне так не нравится Лин Вэнь... Что-то с ней не так... Учитывая, что она сбежала, чую я делов она ещё наделает.

  • Стоооп, а ведь к моменту поглощения похлебки уважаемый Повелитель Земли уже являлся стариной Хэ Сюанем, так? Т.е. не каждый непревзойденный способен выстоять перед могуществом Его Высочества!

  • Се Лянь и вправду садист: 81 стакан воды за сутки... это же сколько в нем доброты... или он просто решил перестраховаться, опасаясь за жизни монахов, отведавших его еды?!)))
    Предвкушаю момент осознания Се Лянем, будет же у него время когда-нибудь подумать и вспомнить?! И момент, когда Хуа Чэн /нам же расскажут, правда?!))))/ переживет осознание "драки" в храме Тысячи Фонарей...))
    Гм... непревзойденный демон Лин Вэнь..? с такой одежкой она пожалуй имеет все шансы переквалифицироваться...))

    Спасибо Вам огромное за перевод! Это так прекрасно!

  • Я как только про еду начала читать так пол часа смеялась не могла продолжить,это и правда очень смешные и милые моменты..
    Хуа Чен +1000
    Непобедим как всегда..

  • Спасибо за перевод)
    Заметки от автора поистине удивительны) Спасибо что тратите свое время и силы на их перевод)
    Еда принца просто невероятна)

  • Спасибо!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *