В усадебном саду отчетливо просматривались дорожки, выложенные плитами голубовато-серого отделочного камня, ярко-красные колонны, узорчатая резьба на перилах и выгравированный на них сложный орнамент китайской яблони. Только-только закончился дождь, шедший всю ночь напролет, капли естественно скатывались с листьев японского банана и падали на почву.

На столе стояла маленькая курильница из червонного золота, выполненная в форме животного, она испускала душистый аромат водяного древесного цветка. Этим днем, ранней осенью, запах бодрил свежестью, помогая встать с постели.

Четырехугольная кровать была вся обвешена кисточками и мускусными мешочками ярких цветов. Стоявшие по ее сторонам на мягкой плетеной тахте две служанки, осторожно обмахивали веерами лежащую госпожу.

–В тот день, когда молодая барышня упала в воду, было прохладно, и вот невезение, ее залихорадило. Она весь день и всю ночь напролет проспала, хотя доктор объяснил, что ей уже следует очнуться, но как этого добиться, если нет признаков жизни? – служанка, одетая в сине-зеленую одежду, была не в состоянии унять свою тревогу.

–Гу Юй, и правда, на самом деле прошла половина большого часа.*  Почему врач еще не пришел? – спросила другая служанка в одежде фиолетового цвета.

*时辰  shí chen

устар. большой час (одна двенадцатая часть суток, был равен 2 часам).

–Вторая супруга пристально смотрит за нами, помогая скрывать в поместье этот, можно сказать, позорный поступок, – Гу Юй мельком посмотрела на девушку на кровати: – Госпожа и господин совсем не бывают дома в столице, старший молодой господин также отсутствует, пожилая супруга благоволит к восточной усадьбе, а Бай Лу и Шуан Цзян ушли искать доктора и не вернулись до сих пор, не иначе как их намеренно задержали. Это желание держать под контролем разве не приведет молодую барышню на смертельный путь! Не выйдет у них! Следует пойти все проверить.

Только она перестала говорить, как почти сразу они услышали слабый звук со стороны лежащей на кровати девушки.

–Молодая барышня очнулась! – восхищенно вскричала служанка в пурпурной одежде, поспешно подбегая к изголовью кровати, и заметила, что молодая девушка, потирая лоб, не спеша приподнялась и попыталась сесть.

–Цзин Чжэ… – пробормотала Шэнь Мяо.

–Служанка здесь, – засмеялась девушка в фиолетовой одежде и взяла руку Шэнь Мяо. – Молодая барышня разве не чувствует себя лучше? Проспали весь день и всю ночь, жар отступил на наших глазах, и все же, долго не приходили в себя, служанка уже подумывала еще разок идти искать доктора.

–Молодая барышня, не хотите ли попить? – Гу Юй подала чашку чая.

Шэнь Мяо посмотрела с некоторым недоумением на двух человек перед собой.

У нее были четыре служанки первого класса: Цзин Чжэ, Гу Юй, Бай Лу, Шуан Цзян, бывшие одинаково смышлёными, остроумными и дружными. К сожалению, все они не смогли дожить до конца ее жизни.

Гу Юй находилась вместе с ней в тот период, когда она была заложницей в Цинь, и ради того, чтобы защитить ее от оскорблений наследника престола царства Цинь, умерла от его руки. Бай Лу и Шуан Цзян… Одна умерла, когда сопровождала Ван Юй, в ее поездке мира и дружбы, другая погибла, когда она соперничала с супругой Мэй во дворце царских жен.

Относительно же Цзин Чжэ, родившейся необычайно красивой, то первоначально ради помощи Фу Сюи с высокопоставленными персонами и переманивания всесильных сановников, Цзин Чжэ добровольно решила стать любовницей одного из нужных им. С помощью своей красоты побудила сановника смиренно склонить голову перед принцем, но, в конце концов, его жена доискалась причины и забила ее батогами.

Узнав о смерти Цзин Чжэ, Шэнь Мяо устроила истерику и едва не родила преждевременно.

Сейчас Цзин Чжэ, стояла перед ней, вроде бы, в полном порядке. Ее облик, как и прежде прекрасен, как на картинке, а Гу Юй смотрела, улыбаясь на нее. Возраст ее служанок, на первый взгляд, вряд ли был больше четырнадцати лет, и Шэнь Мяо представила на короткое время, что это сон.

На мгновение закрыла глаза, горько усмехнувшись:

–Эта иллюзия перед смертью слишком реальная.

–Что говорит молодая барышня? – Гу Юй поставила чашку с чаем в сторону, и, подойдя к Шэнь Мяо, протянула руку, чтобы пощупать лоб: – Не иначе как сознание спуталось от высокой температуры?

Рука, коснувшаяся лба, была холодной как лед, приятной и реальной. Шэнь Мяо внезапно открыла глаза, их взгляд стал острым. Она неспешно склонила голову, рассматривая свои руки.

Само собой, ее холеные руки были нежными и белыми, с безукоризненно подстриженными, прелестными и гладкими круглыми ноготками, на первый взгляд такими и должны быть руки человека, живущего в роскоши.

Это не были ее руки.

Ее руки… Составляя компанию Фу Сюи, занимаясь службой при дворе и оценивая ситуацию; в прошлом растирая грубую пищу, записывая кистью и просматривая одну за другой приходно-расходные книги; находясь в царстве Цинь, приравненная к прислуге, получая наравне с ней приказы*; находясь во дворце царских жен, борясь ради Фу Мина и Ван Юй; живя в Холодном Дворце стирая и крахмаля одежду – ее руки были покрыты мозолями с опухшими суставами, тонкими и темными. Где и каким образом они стали такими красивыми?

*呼来喝去 hū lái hè qù

 китайская идиома: звать, приходить и кричать, идти; выкрикивать приказы; всегда командует людьми вокруг.

–Принесите мне зеркало, – сказала Шэнь Мяо. Ее голос все еще был очень слабым, тем не менее, тон речи был непреклонным.

Гу Юй и Цзин Чжэ обменялись растерянными взглядами, в итоге Цзин Чжэ взяла зеркало и передала Шэнь Мяо.

Внутри зеркала отразилось круглое лицо молодой девушки, покатый лоб, весьма большие круглые глаза, чуть-чуть покрасневшие, округленный кончик носа и крохотный рот. Все еще не ушла детская пухлость лица, и незачем было еще говорить о великой привлекательности, тем не менее, некая красота уже заключалась в новом прелестном застенчивом облике.

Конечно, когда-то члены императорской семьи похвально отзывались о молодой девушке с внешностью, как: «и принесет в жизнь мужа успехи и процветание».

Зеркало внезапно выпало из рук Шэнь Мяо, издав дребезжащий звук, и разбившись на множество осколков, уколов ее в сердце и подняв в нем же исполинские страшные валы и яростные волны.*

 

*惊涛骇浪 jīngtāo hàilàng

страшные валы и яростные волны; обр. о необычайных перипетиях, чрезвычайных событиях, опасные потрясения.

 

Она безжалостно вонзила ногти в руку, и горючие слезы хлынули двумя потоками.

Небеса не обманули человека, небеса не обманули ее!

Она вернулась!

Служанки вздрогнули от испуга. Гу Юй поторопилась собрать осколки с пола, взволновано сказав:

–Молодая барышня, осторожно не уколите ноги.

–Почему молодая барышня плачет? – Цзин Чжэ взяла платок и вытерла лицо Шэнь Мяо,  заметив странное выражение ее лица, как будто одновременно рыдающее и смеющееся, бормочущую себе под нос:

–Я вернулась…

Она схватила руку Цзин Чжэ:

–Какой сейчас год?

Цзин Чжэ немного перепугалась, тем не менее, правдиво ответила:

–Шестьдесят восьмой год Блистательной Ци. Молодая барышня, в чем дело? Полагаю, вы плохо себя чувствует?

–Шестьдесят восьмой год Блистательной Ци, шестьдесят восьмой год Блистательной Ци …– Шэнь Мяо широко раскрыла глаза, шестьдесят восьмой год Блистательной Ци. В тот год ей было четырнадцать лет, она встретила Фу Сюи, неразумно влюбилась в Фу Сюи, вплоть до того, что даже обратилась к отцу с требованием выйти за него замуж. Это тот год, когда она должна упрашивать о замужестве с Фу Сюи!

И оказывается… В ее ушах раздались слова Гу Юй:

–Молодая барышня, не следует гневаться на ваших слуг, жар только-только отступил, не иначе как сознание немного неясно, старшая барышня и правда слишком безжалостна, чуть не убила молодую барышню…

Шэнь Мяо в прошлой жизни большой промежуток времени следовала за Фу Сюи, обхаживая его, вместе с тем, жизнь в резиденции Шэнь была совершенно лишена интереса. Но этот инцидент она помнила четко, любое событие, затрагивающее Фу Сюи, она помнила ясно и долго.

Шэнь Цин сказала ей, что Фу Сюи хочет нанести визит второму и третьему дядям в резиденции Шэнь. Увлекла ее для того, чтобы совместно тайком рассмотреть его, дожидаясь в саду, где Шэнь Цин внезапно столкнула Шэнь Мяо с декоративной горки и убежала прочь.

Промокшую насквозь, ее вытянули из пруда совместными усилиями находившихся в усадьбе официальных лиц и сослуживцев отца, и после этого все высмеивали резиденцию Шэнь. Уже как полгода, ее помешательство принцем Дин, было известным фактом в столице, и на этот раз, она не только выставила себя мишенью для насмешек.

В прошлой жизни, она, придя в себя, упрекала Шэнь Цин, что та столкнула ее в пруд, но зная ее пристрастность, ни один человек не поверил ей. С Шэнь Мяо в высшей степени обошлись несправедливо. Пожилая супруга наказала ее, запретив покидать молитвенный зал, это привело к тому, что на Праздник середины осени, нельзя было выйти из дома. Шэнь Юэ тайком выпустила ее, и они вместе пошли на пир хризантем в покои госпожи дома, совершив прилюдную оплошность.

Шэнь Мяо закрыла глаза.

В семье Шэнь было три ветви. Шэнь Синь – старший наследник рода, именно он был отцом Шэнь Мяо, приходился сыном по первому браку старого генерала, его первая жена скончалась от болезни в среднем возрасте. Старый военачальник взял новую жену, вступив во второй брак, последняя основала побочную ветвь рода, родив Шэнь Гуя и Шэнь Вана – вторую и третью ветвь. После смерти старого генерала вторую жену стали называть пожилой супругой. Семья Шэнь не делила совместное имущество клана, три брата поддерживали друг друга и были в превосходных отношениях.

Семья Шэнь от поколения к поколению была военной. В этом поколении только Шэнь Синь, наследник семьи, был военным, вторая и третья ветвь рода выбрали путь гражданского чиновника. Шэнь Синь воевал вне дома круглый год, первая госпожа Шэнь следовала за мужем в военных походах, Шэнь Мяо постоянно находилась в резиденции Шэнь, а пожилая супруга и две тетушки самолично обучали ее.

Направляли обучение так, чтобы по его завершению настолько ничего не достигнув, остаться неучем, а, встретив мужчину, прилипнуть к нему, не зная стыда, так и продолжить быть никчемным человеком.

В прошедшей своей жизни она всего-навсего считала, что тетушки и пожилая супруга обходятся с ней в особенности хорошо. Ведь Шэнь Юэ и Шэнь Цин, должны были изучать правила и нормы этикета, ей все это изучать было не обязательно. Смотря сейчас в прошлое, ей понятно, что это было не более полноценным актом пьесы, в котором ее осыпали скверными похвалами.

Она обманывала родителей и старшего брата, не находившихся рядом. Была одной в их присутствии, другой, когда они отворачивались. Каждый раз вернувшись домой, Шэнь Синь и старшая госпожа Шэнь думали, что дочь по сравнению с прошлым их приездом стала еще более непослушной невеждой.

Но в этот раз она посмотрит, как все эти бесстыжие люди возьмутся за старое!

Размышляя об этом, Шэнь Мяо услышала, как служанка, обычно подметавшая снаружи двор усадьбы, прибежала и сказала:

–Молодая барышня, вторая барышня пришла с визитом.

 

 

 

От переводчика: главы будут выходить по четвергам.

Приятного чтения!



Комментарии: 4

  • Вообще-то, под барышней по умолчанию подразумевается молодая/юная девушка. Если хотите дословно перевести на русский young lady, можно написать "молодая госпожа" или "юная госпожа".
    И с чего вдруг служанки из приличных домов господам тыкают (последнее предложение)?
    Извините, что начинаю с придирок, но очень глаза резануло.

    Ответ от Li Yu (李玉)

    Здравствуйте, мне очень стыдно, но я реально... поздно отвечаю. Придирки - это хорошо, это всегда правильно. Придирайтесь, пожалуйста, без перехода на личности только, сколько вам хочется.
    По поводу "молодая девушка". Автор подбирает для Шэнь Мяо множество косвенных имен, устами других персонажей, например, ее четыре служанки говорят о ней или 姑娘 или 五姑娘. Что обозначает по самому распространенному переводу: "девушка", в первом случае или "пятая девушка"-во втором. Подразумевается, что в случае с 姑娘 имеется в виду "незамужняя девушка". Так вот, когда я начала переводить, я, не могла представить, чтобы служанка говорила например, обращаясь ГГ :"Девушка, не хотите одеться?". Мне вот именно такое просторечное обращение в Древнем Китае, кажется дикостью. Я, в некоторых случаях, оставляю китайские выражения, но это в том случае, если по-русски, не звучит перевод. Допустим, тетушки Шэнь Мяо называют ее 小五,по мне, Сяо Ву, звучит более презентабельно. А так как у 姑娘 , 五姑娘 есть жаргонные смыслы, то не перевести на русский я тоже не могла. Поэтому, для Шэнь Мяо и остальных незамужних девушек я выбрала не самый распространенный перевод, а именно "барышня". Что же касается всех англо-саксонско-французско-испанских обращений - у меня вы их не найдете. Я перевожу с китайского новеллу о Китае, здесь не будет: "леди", "джентльменов", "маркизов" и т.д.
    Что же касается того, что девушки "тыкают" - есть такое, но это потому, что я просто стараюсь дословно перевести диалоги. Это очень странно, но автор часто обращается к Шэнь Мяо устами служанок на "ты". Когда я это вижу, а я понимаю, что так не обращались, я стараюсь вывести перевод в косвенное обращение, не упоминаю ни "ты", ни "вы".

  • Спасибо за перевод~~

    Ответ от Li Yu (李玉)

    Пожалуйста!

  • О небожители! Это моя любимая новелла!
    Я так люблю главных героев, их отношения и все эти страсти, расследования и т.п. Потрясающая новелла!

    Спасибо что переводите)

    Ответ от Li Yu (李玉)

    Спасибо большое, что читаете!

  • Спасибо! 💗

    Ответ от Li Yu (李玉)

    Спасибо! Мне очень приятно!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *