С такими способностями, как у Дань Ли, даже собака смогла бы покорить толпу. Так чего же они хотели от меня?

Мобильный телефон Сюань Цзи, похоже, пережил глубокое потрясение. Едва юноша успел подписать «Соглашение о полной ответственности», как его аппарат словно свихнулся и в панике отправил хозяину двадцать восемь сообщений.

В одних были поздравления для духа меча с приобретением правового статуса и обретением «человеческих прав». В других призывы Сюань Цзи не останавливаться на достигнутом и идти дальше, чтобы дать духу меча возможность получить все виды удостоверяющих личность документов. Третьи рассказывали о льготах. И, наконец, четвертые напоминали подписавшему соглашение юноше о том, что теперь он должен был нести ответственность за все деяния духа, включая в том числе и тюремное заключение за совершенные им преступления и убийства. Поэтому все подписавшие «Соглашение о полной ответственности» должны были постоянно следить за поведением своих духов и вливать в их головы тонны консервативного шлака о культуре и знании законов. Ни двойная зарплата, ни льготы, не давались просто так. 

Следить за…  поведением…

Прививать... понятия о культуре и верховенстве закона.

Мобильный телефон Сюань Цзи снова завибрировал и юноша, наконец, пришел в себя. Он так сильно вжился в роль, что совсем потерял разум. Он медленно оторвал взгляд от экрана и встретился лицом к лицу с Его Величеством. Молодой человек стоял в нескольких шагах от него.

Шэн Линъюань был озадачен. 

— Эта марионетка изначально была всего лишь пустой куклой. Кто-то манипулировал ею из-за кулис, но ее поймали. Что удивительного в том, что она самоуничтожилась?

Однако, едва услышав эту новость, несмышленый птенец Сюань Цзи внезапно позеленел.

У юноши было такое лицо, словно ему только что вырвали все зубы мудрости.

— Нет, ничего...

Память о духе меча демона небес была запечатана в самой глубокой части его моря знаний. Конечно, для него все эти воспоминания не были набором «голографических порнофильмов»1. Сюань Цзи ясно чувствовал, что эмоции, принадлежавшие духу меча, влияли и... даже манипулировали им.

1 小电影 (xiǎodiànyǐng) — порнофильм («маленький фильм», название происходит от того, что изначально из-за невозможности показа в открытом доступе, такие фильмы демонстрировались в маленьких кинотеатрах).

Всего за несколько дней он пережил слишком много всего, но так и не получил ничего взамен. Его сердце разрывалось от горя. Он очень устал и был сильно обижен. Он был сам не свой. Сюань Цзи казалось, что, если это продолжится, то рано или поздно он сольется с духом меча демона небес.

Ассимиляция или отчуждение… Сюань Цзи решил как можно скорее выбросить все это из головы. В конце концов, люди существа переменчивые. Каждый день кто-нибудь из них попадается в ловушку всевозможных социальных идей. Мало кто имеет собственную точку зрения. Сюань Цзи никогда не требовал от себя быть «нерушимой неприступной скалой». Если бы он мог превратиться в злобного генерального директора, чей кошелек разросся бы вместе с его должностью, он бы не только не возражал против этого, он был бы счастлив. 

Но он не хотел быть таким, как дух меча демона небес.

Бесконечные невзгоды могли бы сплотить страну, но это, несомненно, повредило бы ее жителям. Всю свою жизнь дух меча был словно «отлитый из стали»,2 он был несчастен. Даже умирая, он все еще метался, пытаясь отыскать этого бессердечного дьявола. Это делало ситуацию еще более трагичной. Одних толь

ко этих немногочисленных воспоминаний хватило, чтобы нанести Сюань Цзи серьезную травму. И теперь, четыре слова «дух меча демона небес» не на шутку пугали его.

​​​​​​​2 钢浇铁铸 (gāng jiāo tiě zhù) — метафора настойчивости и упорства.

Так больше не могло продолжаться.

Сюань Цзи глубоко вздохнул и попытался успокоиться. Юноша медленно опустил взгляд на мобильный телефон. На экране блокировки стояло его собственное селфи. Всевозможные фильтры были выкручены на максимум, и все это великолепие, того и гляди, готово было пролиться через край. Даже его зубы казались белее, чем обычно. Сюань Цзи уставился на свое красивое лицо и, наконец, удостоверился, что он — это он. Он был ярким фейерверком и даже близко не напоминал того злобного и враждебного духа меча... Он так надеялся, что «Соглашение о полной ответственности» можно будет аннулировать. 

Немногочисленный технический персонал Управления по контролю за аномалиями сидел на корточках у Отдела ликвидации последствий. Связь была плохой, а местное программное обеспечение переживало не самые лучшие времена, как если бы все здесь присутствующие разом попытались заполучить дефицитные билеты на Весенний фестиваль​​​​​​​3. Сюань Цзи потребовалась сила девяти быков и двух тигров​​​​​​​4, прежде чем он вновь открыл «Соглашение о полной ответственности». Он весь вспотел. Внимательно изучив условия договора, он с облегчением осознал, что данный документ мог быть отозван в течение двадцати четырех часов.

​​​​​​​3 Чуньцзе — праздник Весны, который еще называют Китайским новым годом.

​​​​​​​4 九牛二虎之力 (jiǔ niú èr hǔ zhī lì) — сила как у девяти быков и двух тигров (обр. в знач.: нечеловеческая сила, огромные усилия; неимоверный труд).

Амитабха, хвала великим цифровым протоколам! 

Он не задумываясь нажал на кнопку и перешел к процедуре отмены. На экране появилось простое диалоговое окно, содержимое которого могло кого угодно заставить умереть от обострения обсессивно-компульсивного расстройства​​​​​​​5. В окне светилась неровная надпись: «Вы хотите расторгнуть «Соглашение о полной ответственности»?

​​​​​​​5 Обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР) — это заболевание, вызывающее мысли, которое могут привести к навязчивым и утомительным действиям.

Но Сюань Цзи был слишком занят, чтобы придираться к положению текста. Юноша не задумываясь нажал «Да». 

В след за первым на экране появилось другое, не менее кривое диалоговое окно, со словами: «Для обеспечения общественной безопасности, после отмены «Соглашения о полной ответственности» будет немедленно запущена процедура обязательной проверки. Настоятельно рекомендуем духу меча и подписавшему документ лицу быть готовыми к сотрудничеству. Желаете продолжить?»

Да! Нет… Подождите!

В чем заключается эта проверка?

Сюань Цзи быстро нажал на ссылку «Процедура проверки безопасности» и бегло просмотрел ее содержание.

После запуска процедуры проверки безопасности наиболее человечному инструментальному духу по умолчанию присваивался статус «особо опасен». 

Но что значит «особо опасен»? Когда он только пришел на эту работу, в Большом каньоне Чиюань взбунтовались восемь мутировавших деревьев. Но даже они являлись угрозой «второго уровня», а призрачный остров, который едва не убил Янь Цюшаня, всего лишь «первого».

Но если в мире появится «особо опасный объект», Управление тут же примет экстренные меры. Они моментально мобилизуют всех ближайших оперативников, способных произвести принудительный арест и, при необходимости, активируют крупномасштабный массив для блокировки пространства. 

То есть, как только Сюань Цзи нажмет на эту кнопку, «Фэншэнь», с щебетом пытавшиеся всучить Его Величеству подарочные коробки, немедленно получат приказ о мобилизации с целью «устранить» Шэн Линъюаня, как «неопознанный особо опасный объект». 

В этой ущербной системе, для того, чтобы просто отозвать «Соглашение о полной ответственности», нужно было запустить процедуру проверки безопасности!

Похоже, в такой огромной организации, как Управление, было полно лентяев. Такой строгий контроль над Чжичунем был связан с тем, что он причинил боль невинным людям. Но Управление по контролю за аномалиями должно было разработать положение, благодаря которому все посторонние видели бы лишь то, что «люди не превышают своих полномочий, а значит чиновникам нечего расследовать».

Если бы Сюань Цзи научился делать вид, что Шэн Линъюаня не существует, то, теоретически, он мог бы продолжать в том же духе. Ладить с коллегами, никого не обижать и следить за тем, чтобы никто не донес на него за незаконное содержание духа меча. Тогда все было бы нормально... И вообще, у кого хватило бы смелости на него донести? Во всяком случае, «дух меча» — это просто прикрытие. Его Величество не был настоящим мечом. Но с того самого момента, как он зарегистрировался в системе и подписал «Соглашения о полной ответственности» он самолично себя сдал. Управление четко обозначило, что, как только в мире появляется «особо опасный инструментальный дух», он должен немедленно пройти проверку безопасности. Если только не найдется кто-то, кто согласится взять на себя всю ответственность.

В конечном счете, все это произошло из-за надоедливого…  Нет, все из-за остатков воспоминаний о духе меча демона небес, сокрытых в море его сознания!

Сюань Цзи посмотрел на Шэн Линъюаня, а затем опустил глаза в пол, размышляя о том, что Его Величество не будет просто стоять и ждать окончания проверки. Пусть сейчас он и находился в дружеских отношениях с Управлением по контролю за аномалиями, и, фактически, играл такую же роль, это совершенно не означало, что этот старик не передумает. Ради сохранения «общей картины» этот дьявол мог запросто предать смерти своих временных товарищей. Его ни в коем случае нельзя было оскорблять.

Шэн Линъюань был крайне внимательным. Он поймал украдкой брошенный на него взгляд Сюань Цзи и решил не церемониться: 

— Если тебе есть что сказать — говори. Чего смотришь? — лениво произнес Его Величество. 

У Сюань Цзи на языке вертелись тысячи слов. Ему хотелось немедленно броситься к Шэн Линъюаню, обнять его за ногу и умолять вспомнить о «круговой поруке».  Юноше хотелось попросить этого дьявола пожалеть его, проявить милосердие к простым людям, начать жить обычной жизнью и держаться подальше от уголовного кодекса.

Шэн Линъюань внезапно оглянулся и посмотрел на Сюань Цзи.

— Хм?

Умом Сюань Цзи понимал, что он должен держаться подальше от «желтой ставки»​​​​​​​6, держаться подальше от Шэн Линъюаня. Но этот взгляд спровоцировал его. Сердце юноши сжалось, и у него тут же подскочило давление. Однако он прекрасно понимал, что это «сердце заставляло его тело работать». Сюань Цзи молча заблокировал свой мобильный телефон и сунул его обратно в карман. Он ничего не ответил, опасаясь выдать себя.

​​​​​​​6 Желтая ставка — это преступление, связанное с проституцией, торговлей или распространением ложной информации, азартными играми, покупкой или употреблением наркотиков.

— Я хотел бы кое о чем спросить... — пряча смущение, начал было Сюань Цзи. Юноша пытался казаться бесстрастным, старательно подбирая слова, чтобы показать старому дьяволу, что его все это совершенно не заботит. — Я хотел спросить, там, на море, когда мы сражались против Вэй Юя… Мне показалось, или мы действительно сдерживали друг друга... Я заблуждаюсь? 

Шэн Линъюань вскинул бровь.

— О, а я думал у тебя проблемы с памятью.

Сюань Цзи ошеломленно замолчал.

Он почувствовал, что его снова использовали.

— Да, мы с тобой абсолютно несовместимы, — отозвался Шэн Линъюань, в нескольких словах описав принцип взаимоотношения «двух преступников»​​​​​​​7. Он чувствовал, что Сюань Цзи, возможно, не поймет его, потому ответил просто и грубо. — Другими словами, это очень тонкая грань. Ничего страшного, если ты этого не понимаешь. Просто запомни, что, если сила Чиюань и сила печати Чжу-Цюэ нарушат равновесие, небеса этого не потерпят. Если когда-нибудь пламя Чиюань разгорится вновь, не используй так бездумно мощь клана Чжу-Цюэ, в попытках запечатать его. 

​​​​​​​7 犯克 (fàn kè) — китайская идиома, означающая, что люди рождаются с обстоятельствами взаимной сдержанности. Таких людей называют «преступниками».

— А что, если ситуация будет критическая? Что, если я столкнусь с сильным врагом, с которым не смогу справиться?

— Пламя Чиюань было запечатано три тысячи лет назад. Древние божества и демоны давно уже вымерли. В этом мире больше нет достойных противников. Кроме этой печати, клан Чжу-Цюэ больше ничего не связывает. Твое наследие насчитывает три тысячи лет, ты поистине уникален...

Обычно мягкий и нежный голос Шэн Линъюаня не изменился, но, услышав его слова, Сюань Цзи внезапно сострил: 

— Но при этом такой уникум как я может умереть. Я просто неудачник, так мне и надо!

— Остроумно, — улыбнулся ему Шэн Линъюань.

Сюань Цзи закрыл рот и некоторое время молчал. А затем вновь произнес: 

— Ваше Величество, не знаю, правильно ли я понял, но, выходит, чем больше власти, тем больше правил, и тем больше ограничений, верно?

Шэн Линъюань вновь улыбнулся.

— Хм?

— Я все думал об этих темных жертвоприношениях, — осторожно начал Сюань Цзи. — Первым, кого они призвали, были вы... Вы. Но в долине была похоронена пустая кукла. Ваше Величество запечатали Чиюань, но до недавнего времени я ничего не знал об этом. Правда, не думаю, что брат, руководивший жертвоприношением, был таким же невежественным, как я. В первом же раунде он сразу призвал могущественного врага, чтобы усложнить всем задачу. Это просто невероятно.

Прошлые поколения прожили слишком долго. Согласно древней традиции они должны были или повеситься, или принять лекарство.  Те, кто не знал недостатка в деньгах, могли проглотить золотую пластинку​​​​​​​8, а те, кто был посильнее духом, перерезали себе горло. И лишь Его Величество пошел иным путем, открыв новый способ покончить с собой. Он не задумываясь шагнул босиком в жерло вулкана, объединив тем самым смерть с кремацией. 

​​​​​​​8 吞金 (tūnjīn) — проглотить золотую пластинку (с целью самоубийства).

Тот «оборотень» тоже понимал, что Его Величество не сможет стать одной из темных жертв. Он не мог помешать Шэн Линъюаню разорвать контракт. Не мог помешать забрать с собой тех, кто потревожил его вечный сон. 

Если бы Шэн Линъюаня не пробудился, одного только Алоцзиня с его таинственными шаманскими проклятиями хватило бы, чтобы уничтожить Управление, не говоря уже о правителе клана гаошань, и о самом манипуляторе, стоявшем за темным жертвоприношением... Иными словами, зачем эти истинно верующие разбудили старшего брата? Им нечем было заняться, и они решили поискать неприятностей на свою голову?

— Думаю, это вполне возможно. Законы небес похожи на тугой резиновый мяч. Если он столкнется с чем-то мощным, мяч непременно отскочит от него, как молния. Командир Янь считает, что Бедствия также подчиняются законам природы. И если он прав, то и молодой глава клана шаманов, и правитель Вэй Юй, и все остальные, относятся к разряду тех существ, чье присутствие в этом мире нежелательно. Однако, я заметил, что, пока вы здесь, молния не трогает других. Она избегает их, словно вы...  — Сюань Цзи чуть было не выпалил «громоотвод», но, на его счастье, сработал внутренний тормоз, и юноша вовремя прикусил язык. — ...Тот, кто смотрит на бескрайние леса с высоты небес, вы разорвали этот мяч. Именно из-за этого все остальные Бедствия кажутся небесам такими незначительными. Они словно выскользнувшая из сетей рыба. Как там говорят? «Если Шэнь и Шан​​​​​​​9 встретятся, дыма и пыли​​​​​​​10 не избежать»... 

​​​​​​​9 参商 (shēnshāng) — звёзды Шэнь и Шан (две звезды, находящиеся на противоположных сторонах неба (обр. в знач.: люди, никогда не встречающиеся друг с другом). Также Шэнь и Шан сыновья мифического императора Гаосина, враждовавшие между собой. Император поселил их в разных созвездиях, чтобы они не могли встретиться (обр. в знач.: враждовать, быть не в ладах, особенно о братьях).

​​​​​​​10 烟尘 (yānchén) — дым и пыль (обр. в. знач. тревога в связи с вторжением кочевников или мятежников).

Сказав это, Сюань Цзи внезапно замер. Казалось, эти слова эхом отозвались в его сердце... Когда-то, давным-давно, кто-то так же вздыхал ему на ухо. 

Кто же это был?

Но Шэн Линъюань не придал этому никакого значения. В своей жизни Его Величество успел услышать великое множество различных речей. И в этой немалой иерархии высказывания Сюань Цзи сошли бы разве что за «не режущие слух». Он не попал даже в ряды третьесортных льстецов.

— Более того, — вдруг отозвался Шэн Линъюань. Он видел, что маленький демон был далеко не глуп, к тому же, у него было довольно много свободного времени. Его Величество остановился и продолжил, — помимо того, что я могу преградить этим Бедствиям путь на небеса, у нас с Чиюань общее происхождение. Три тысячи лет мы были связаны друг с другом. И причина, по которой я смог ответить на зов темной жертвы, кроется в том, что теперь печать слабеет. Из тридцати шести костей осталась лишь одна...

В его словах сквозила полная безнадежность. 

Шэн Линъюань взглянул на Сюань Цзи и цокнул языком: 

— Тц, если я буду бесконтрольно использовать темную энергию, чтобы разобраться со старыми друзьями, то Чиюань вообще не нужно будет зажигать.

Другими словами, до тех пор, пока у школы Истинного учения есть возможность постоянно создавать для Шэн Линъюаня новых врагов, тем самым провоцируя его, все это равносильно подливанию масла в огонь. 

— Ваше Величество, у меня есть еще один вопрос, — глубоким голосом сказал Сюань Цзи. — Что вы имели в виду, сказав, что у вас с Чиюань общее происхождение?...

Почему ты выбрал плавильный котел земли своим последним пристанищем? Почему у вырезанной из нефрита пустой куклы те же силы, что и у настоящего Бедствия?

Когда-то люди доверили судьбу целой расы демону небес… Почему, черт возьми?

Зима в Юйяне была невероятно красива. Когда юноша закончил говорить, теплый ветер ворвался в большие облака. Они закрыли собой солнце, и на землю опустилась тень. Вся окружающая растительность мгновенно потемнела, и золотой ореол, окутавший фигуру Шэн Линъюаня, исчез без следа. Его длинные стянутые на затылке волосы казались черными, как смоль, а рубашка с длинными рукавами — кипенно-белой.

Больница располагалась в довольно отдаленном месте, и на окруженной кокосовыми пальмами тропинке редко можно было встретить посетителей. На данный момент их было всего двое. И они долгое время не могли найти друг с другом общий язык. Сюань Цзи казалось, что, как только он задал этот вопрос, температура воздуха вокруг него упала на три градуса. Юноша тут же догадался, что перешел границу, и умело выкрутился:

— Я просто спросил, если это так сложно, можете ничего не отвечать. Ах, тайна. Я все равно не пойму...

— Я выражался буквально, — отмахнулся Шэн Линъюань.

Сюань Цзи затаил дыхание и внимательно посмотрел на Его Величество. Он заметил, что тот слишком долго молчал и хмурился. Похоже, Шэн Линъюань боялся показать, как тяжело он переживал из-за «болезни духа меча демона небес»: 

— Ваше величество, вам не нужно...

— Нет ничего такого, что я не мог бы рассказать, но я не знаю, с чего начать, — хмурясь, отозвался Шэн Линъюань. — С чего начать так, чтобы ты понял.

Сюань Цзи промолчал.

Ладно, ничего страшного, «болезнь духа меча демона небес» излечилась сама из-за вопиющей дискриминации.

— Ты ведь знаешь историю о том, как Шэн-цзюнь развязал войну? Историю первой битвы при Пинъюань? 

Сюань Цзи какое-то время не отвечал, пока вдруг не вспомнил, что «Шэн-цзюнь» — это титул императора Пина.

— Король демонов Цзю Сюнь истребил клан Чжу-Цюэ и захватил Чиюань. Пока долина находилась в его руках, люди не могли сопротивляться. Даже если бы все смертные объединились в одно целое, несметное множество муравьев не смогло бы остановить проливной дождь, — Шэн Линъюань медленно прогуливался по безлюдной тропинке. Солнце золотом сияло на листьях невысоких деревьев. Голос у Его Высочества был крайне ленивым. Будто бы он просто отдыхал в свой выходной, ведя беседу, не имевшую ничего общего с историческими событиями. — Так что люди попросту не могли позволить Цзю Сюню добиться своего. К счастью, пусть Цзю Сюнь и поглотил главу клана божественных птиц, он не мог полностью контролировать Чиюань.

Сюань Цзи осторожно спросил: 

— «Поглотил» значит...

— Просто съел, — беспомощно ответил Шэн Линъюань. — Тигры и волки едят овец, шакалы и лисы охотятся на фазанов, в этом нет ничего необычного. Для демонов вполне нормально кого-то есть. Что в этом странного? Ты — дух, рожденный из костей демона. Как ты можешь жить как человек?

Сюань Цзи снова замолчал.   

Теперь он думал, что слова «маленький демон» стали его проклятием.

— Король демонов Цзю Сюнь появился на свет после того, как старый король напился и проявил благосклонность к одной из русалочьих женщин. Та девушка была скромна, и, по сравнению со всеми остальными демонами, больше напоминала домашнее животное. Другие наложницы короля задушили ее и утопили в вине. Цзю Сюнь ненавидел свое происхождение. Он испробовал все, чтобы смыть с себя русалочью кровь, он поглотил девятьсот девяносто девять злобных духов, чтобы очистить свое тело. Он съел тысячи голов и тел. И когда он поглотил главу клана божественных птиц, он... — Шэн Линъюань задумался, вспоминая слово, которое услышал в телевизионной рекламе. — Он заработал «несварение желудка»... И до тех пор, пока он полностью не подчинил себе силу Чжу-Цюэ, долина Чиюань отказывалась признавать его своим господином.

— И что потом? — дослушав до слов о «желудке», Сюань Цзи внезапно задумался: «Может, нужно было дать королю демонов хорошее слабительное? Даже в древние времена в поедании сашими​​​​​​​11 из диких животных не было ничего хорошего».

​​​​​​​11 Сашими — блюдо национальной японской кухни. Сашими готовят из филе разнообразных сортов рыб, других морепродуктов и даже мяса, нарезанного на небольшие кусочки. Все продукты подаются исключительно в сыром виде.

— Чиюань разделился надвое.

— Что? — переспросил Сюань Цзи.

— Легенды гласят, что, с тех самых пор, как истинный бог создал небеса и землю, в мире появилось три демонических инструмента. Им было ведомо все на свете, они могли пожирать блуждающие огни и вскоре превратились в тело демона небес. Что это за три инструмента? Ты наверняка не слышал о том, о чем я тебе только что рассказал. 

— Вы говорите о… «теле божества», «призрачной пилюле» и «сосуде мира»?  — засомневался Сюань Цзи. — Я думал, это как те истории, где Нюйва чинила небо. Это ведь просто мифы и легенды*.

*Примечание автора: починка неба богиней Нюйвой действительно существующий миф, остальные три я выдумала.

«Тело божества» было нетленной плотью древнего бога. Говорят, что после смерти истинного божества, его прах возвращается в землю и сливается с природой. Но, если не дать этому случиться и особым образом запечатать тело, разъяренное божество превратится в демонический инструмент. 

Что до «призрачной пилюли», то Сюань Цзи недавно видел ее в одной мобильной игре. Говорят, что каждые десять тысяч лет в мире рождается «темное отродье»​​​​​​​12. Оно появляется на свет мертвым, и в его глазах горит пламя преисподней. И этой силы вполне достаточно, чтобы утопить все в крови. Это дитя взращено ценой миллионов человеческих жизней. Его предназначение стать великим демоном небес. Как только его сердце будет вырезано, оно превратится в многогранный камень. И в каждой его грани будут заключены страдающие духи. 

​​​​​​​12 В словосочетании 至阴鬼子 (zhìyīn guǐzi) — 至阴 (zhìyīn) означает не совсем тьму. Это сила инь в своём высшем проявлении. А 鬼子 (guǐzi) буквально переводится как «черти». В более современном китайском языке так пренебрежительно называют иностранцев. 

Но «сосуд мира» оказался загадочнее всех. Говорят, что сотни миллионов лет назад произошла великая катастрофа. Бог усмирил огонь, но народы древности оказались выжжены дотла. В пламени исчезло великое множество живых существ. Единственным, что уцелело, были яйца Чжу-Цюэ из долины Наньмин. Несколько яиц были спрятаны в жертвенном треножнике. Все, кто сумел  выжить, стремились спастись от стихийного бедствия. Люди бились о сосуд и умоляли, в надежде найти в нем убежище. Но все, что они сделали, это оставили на треножнике восемь тысяч восемьсот царапин. Поэтому, хоть Чжу-Цюэ и называют первородным божеством, она появилась на свет из демонического инструмента. Она тоже была демоном.

Шэн Линъюань улыбнулся.

— «Тело божества» всего лишь сказка, а вот «призрачная пилюля», вероятно, могла бы существовать. Однако последний из инструментов, «сосуд мира», мы видели собственными глазами. Это святыня императорской семьи.

Сюань Цзи был ошеломлен, но позже он вспомнил о храме Чжу-Цюэ, о бешеной пляске демонов, о мальчике и птенце, пригвожденных к бронзовому треножнику, и восемьдесят один удар молнии. Но, кроме этого, было еще и воспоминание о духе меча, воспоминание об истерике вдовствующей императрицы и безмолвной тоске, пропитавшей стены дворца Дулин. Картина постепенно начала проясняться, и ответ, похоже, ждал лишь зова, чтобы сойти с полотна​​​​​​​13.

​​​​​​​13 呼之欲出 (hū zhī yù chū) — ждёт лишь зова, чтоб сойти с полотна (обр. в знач.: мысль напрашивается сама собой).    

— Это долгая история, моей родной матерью была не императрица Чэнь, а настоящая демоница. Во мне тоже течет кровь Чжу-Цюэ. Она не знала, что была беременна, когда принесла себя в жертву. Это и есть «закон Небесного Дао». Ты ведь понимаешь, что это? 

Сюань Цзи имел довольно расплывчатое представление о так называемом «законе Небесного Дао», кроме того, что это был своеобразный свод техник и правил. Заклинания одного и того же уровня могли как сочетаться, так и противостоять друг другу. Например, вода и огонь, земля и дерево. Сильный побеждает слабого. Вода могла погасить огонь, но лесной пожар не потушить из водяного пистолета.

Независимо от того, к какому клану или родословной они принадлежали, они должны были следовать этим правилам. Первый уровень являет собой страдания человеческой жизни: рождение, болезнь, старость и смерть, законы природы и само время.

Второй олицетворяет возможность «разделить судьбу и невзгоды», равноценный обмен. Далее идет учение о взаимопорождении и взаимопреодолении пяти элементов, о судьбе родины и прочем.

Такие вещи как очищение инструментальных духов и темное жертвоприношение относятся к возможности «разделить судьбу и невзгоды» и относятся ко второму уровню. Но если правила противоречат друг другу, они должны подчиняться первому уровню.

То есть мать Шэн Линъюаня хотела принести себя в жертву, но внезапно оказалась беременной. И, так как она не смогла убить ребенка заранее, «жертвоприношение» и «рождение» вступили в конфликт друг с другом. И возможность «разделить судьбу и невзгоды» уступила настоящим рождению и смерти. Из-за этого ее план провалился. 

— Из-за беременности она не смогла завершить жертвоприношение и превратилась в живого мертвеца. Так совпало, что именно я стал тем самым темным отродьем, мертворожденным. В ее жилах текла кровь клана Чжу-Цюэ. Превосходный материал для отпугивания демонов. Восемьдесят один человеческий монах принес себя в жертву во благо всего народа. Они поместили меня в сосуд мира, умертвили мою плоть и влили в меня пламя Чиюань. Демон небес, наконец, обрел тело, — беззаботно произнес Шэн Линъюань. — Пусть я и выгляжу как человек, но я не человек. Я часть Чиюань. Цзю Сюнь никогда бы не смог захватить власть. Я был секретом человеческой расы, годами влачившей жалкое существование. Иначе почему ты думаешь, люди принимали меня за знамя? С такими способностями, как у Дань Ли, даже собака смогла бы покорить толпу.  Так чего же они хотели от меня?



Комментарии: 2

  • Большое спасибо за перевод!

    Ответ от Shandian

    Спасибо, что читаете!

  • Объяснить старому дьяволу, что он должен быть законопослушным гражданином? Мишшн импоссибл :D
    Большое спасибо за ваш труд!

    Ответ от Shandian

    Ничего, Сюань Цзи пытается >DDD

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *