Я умоляю вас обоих, просто дайте мне умереть.

Шэн Линъюань нервничал, но на его лице это никак не отразилось. Он слегка склонил голову и без труда «заморозил» находившихся в машине оперативников «Фэншэнь», тем самым защитив их тела от влияния миазмов. Закончив с этим, Шэн Линъюань махнул рукой Гу Юэси и твердо произнес: 

— Все в порядке, сперва объясни мне ситуацию.

Как оказалось, Гу Юэси относилась к той категории людей, которых Его Величество ценил больше всего. Она не болтала попусту и умело расставляла приоритеты. В нескольких словах изложив все ключевые моменты, девушка осведомилась:

— Старший, у меня тоже есть вопросы. Так как защитное снаряжение не только не работает, но и помогает Чжоу1, как мне разбудить моих сослуживцев? Как мне защитить их? Насколько эти миазмы «всепроникающие»? Если ты сказал правду и все, к кому они прикоснулись, теперь «пища», продолжат ли они распространяться? Если да, то что нам делать, когда они доберутся до других районов? И еще кое-что, как насчет обычных людей, попавших под влияние этой дряни? Какие могут быть последствия?

1 助纣为虐 (zhù zhòu wéi nüè) — помогать Чжоу (обр. в знач.: помогать злодею творить преступления). Речь идет о полулегендарном последнем императоре династии Шан – Чжоу Сине, прославившемся своей тиранией и жестокостью.

Гу Юэси была первой, кто освободился от миазмов внутреннего демона, ее разум был совершенно чист. Сам того не осознавая, Шэн Линъюань внимательно рассматривал ее.

— Девочка, как тебя зовут? — наконец произнес он.

— Капитан второго отряда «Фэншэнь», Гу Юэси… — едва не поперхнувшись, отрапортовала девушка.

Они не раз уже сотрудничали друг с другом, но он до сих пор не знал ее имени... Но куда страннее было то, что впервые за долгое время она услышала от мужчины это давно забытое обращение «девочка». Однако вопреки ожиданиям Гу Юэси не могла на него рассердиться, более того, она чувствовала себя обиженной. Словно потерявшийся ребенок, наконец, нашедший своего спасителя.

— Принцип защиты класса духовной энергии заключается в том, чтобы блокировать сигналы извне, в то время как демон рождается именно внутри. Если защищаться только от внешнего воздействия, море знаний непременно сосредотачивается в теле, но это лишь сильнее подпитывает миазмы, и защитное снаряжение быстро становится помехой. То же происходит и с людьми, угодившими в ловушку внутреннего демона. Лишь от них самих зависит, проснутся они или нет, — ответил Шэн Линъюань. — Если Бедствие решит распространяться дальше, оно будет делать это бесконечно, если, конечно, его не запечатают раньше... Что до последствий, то все зависит от воли жертв и от того, как долго они пробыли в ловушке. Краткий миг для большинства людей ничто. Им всего лишь снится кошмар. Но если этот миг продлится дольше, то я не могу сказать наверняка, чем все это закончится. Некоторые могут никогда больше не проснуться, в то время как другие, пробудившись, потеряют себя и свою личность. Это нельзя предугадать. 

В поисках рации, Гу Юэси пошарила вокруг рукой. Сейчас поблизости не было сильных источников аномальной энергии, и сигнал быстро восстановился до двух делений. Приняв решение, Гу Юэси тут же связалась с центральным диспетчерским пунктом Управления. 

Когда Главное управление потеряло связь с Сяо Чжэном, все забеспокоились, но внезапное сообщение от Гу Юэси позволило директору Хуану немного успокоиться и прояснить ситуацию.  

— Я только что получил право доступа к сети общественного мониторинга. Теперь мы можем подключиться к ней в любое время, — глубоким голосом произнес директор Хуан. — Первая партия беспилотников прибудет на место через полчаса. Однако сейчас наши люди не могут подобраться ближе, верно? Мне интересно, неужели никто из представителей шести великих родословных, а также армии, полиции и обычных людей не может защититься от миазмов внутреннего демона?

— Это не совсем так, — вмешался Шэн Линъюань, — все те люди, что смогли проснуться, будут в полном порядке. Те, кому повезло, и кто не попал под воздействие миазмов, смогут продержаться еще какое-то время, если обеспечат себе защиту и не станут к ним прикасаться. Например...

— Пузырь, что использует класс воды, и внешняя защита класса металла! — из рации раздался еще один голос. Голос звучал немного глухо. — Это Чжан Чжао из «Фэншэнь»! На нас напал неопознанный энергетический объект, и почти все мои сослуживцы оказались в зоне поражения... Но командир окутал меня водной пленкой, и теперь, теперь… 

— Как долго продержится этот пузырь? — тут же осведомился директор Хуан.

— Директор, можете не беспокоиться. Командир Янь очнулся. Он помог мне, — после восстановления связи, наконец, заработало и видео, и на экране появилось лицо Чжан Чжао. Пузырь, что окутывал его тело, был разорван, но сам юноша был покрыт тонкой металлической оболочкой. На его лице виднелась маска, соединенная с кислородным баллоном. Сейчас он больше напоминал позолоченного архата2, питавшего небывалую страсть к нырянию.

2 Архат — в буддизме — человек, достигший полного освобождения от клеш и вышедший из «колеса перерождений».

Чжан Чжао повернул камеру, и все увидели, что остальные оперативники до сих пор находились без сознания. Некоторые из них стояли, другие сидели, застыв каждый на своем месте. Никто ни на что не реагировал. К сожалению, без насилия не обошлось: кто-то до боли бился о стену, кто-то ходил вокруг с угрюмым выражением лица, пытаясь атаковать все живое на своем пути. И лишь один человек всеми силами пытался изолировать этих опасных типов.

Увидев, что камера повернулась к нему, мужчина спокойно кивнул директору Хуану.

— Привет, директор Хуан, это Янь Цюшань. 

— В момент атаки командир Янь находился в специальном пассажирском отсеке, — пояснил Чжан Чжао. — Не знаю, может, внутри было что-то, что смогло его защитить…

— Нет.

— Ничего не было. 

Янь Цюшань и Шэн Линъюань заговорили одновременно.

Подняв глаза на экран, Янь Цюшань случайно поймал его взгляд.

— Конечно, когда мое тело чувствует опасность, оно автоматически притягивает к себе ближайшие металлические предметы, тем самым пытаясь защититься... Должно быть, это одна из мутировавших способностей металлического класса.

Он понятия не имел, какой подарок преподнес ему камень Наньмина, едва не обезглавив его в тот день. «Одна из мутировавших способностей металлического класса». Это заявление показалось Шэн Линъюаню забавным, и уголки его рта едва заметно поползли вверх. 

— Неудивительно, что тень специально нацелилась на тебя! — внезапно осознал Чжан Чжао.

— У класса воды и класса металла схожие способы защиты. И те и другие сосредоточены на особенностях своих родословных, однако нельзя забывать о необходимости брать с собой кислородные баллоны, — глядя на Чжан Чжао, пояснил Янь Цюшань. — Чем ты моложе, тем проще и легче тебе с этим справляться. Однако имей в виду, никогда не отправляйся куда-либо без защитного снаряжение класса духовной энергии. Лучше наглухо запечатать свое транспортное средство, заранее исключив возможность воздействия извне.

Но прежде, чем Янь Цюшань закончил говорить, у него внезапно зазвонил мобильный телефон. Братья из «Фэншэнь» боялись, что бывшему командиру будет скучно в дороге, потому купили ему новый аппарат. Сим-карта в нем была пустой, у Янь Цюшаня не было настроения возиться со всем этим, он даже не снял с телефона защитную пленку. Он не записал ни одного номера. Кроме Гу Юэси и Чжан Чжао, те немногие, кто действительно мог ему позвонить, сейчас лежали без сознания.

Янь Цюшань достал телефон и посмотрел на экран. Внезапно, на его лице появилось выражение крайнего удивления. 

В открывшемся окошке висело сообщение от неизвестного номера: «Тень паразитирует на раковине древнего моллюска».

Янь Цюшань немедленно перезвонил по этому номеру, но дозвониться не смог. Тогда он тоже отправил в ответ сообщение: «Кто ты?»

Его неопознанный собеседник среагировал весьма быстро. Он тут же прислал Янь Цюшаню дюжину фотографий.

— Что это? Старинные шелковые книги... — Чжан Чжао поднес камеру к экрану телефона, силясь запечатлеть фотографии крупным планом. — Много непонятных символов… Это не китайские иероглифы, верно?

Зрачки Шэн Линъюаня сузились. Он узнал почерк своего старого друга. Конечно же, это были записи Вэй Юня, сделанные русалочьей вязью. 

Когда Вэй Юнь впервые попал к людям, он каждый день практиковался в письме, записывая множество обыденных вещей, чтобы как можно скорее овладеть грамотой. Если он не знал, как пишется то или иное слово, он использовал язык гаошаньцев. Со временем у него сформировался свой собственный, особый стиль письма.

В записях, сделанных русалочьей вязью, рассказывалось о том, как он встретил всеми покинутую тень и превратил ее в живого человека. Дело было в деталях. Вэй Юнь напоминал безрассудного новобрачного, который только что женился на возлюбленной. Будучи заложником в таком опасном месте, как императорский дворец, где люди постоянно меняли свое мнение, он увлекся тенью. Сбившись в пути, Вэй Юнь без памяти влюбился в нее, и тень, в свою очередь, полностью привязалась к нему. 

Пропустив череду бесполезных глупостей, Шэн Линъюань сразу перешел к сути. 

Вэй Юнь писал, что, трансформировавшись, тени покидали деревья и камни, на которых когда-то паразитировали. Но эта тень, похоже, была ранена. Она появилась на свет очень слабой. В ночь на пятнадцатый день каждого месяца, она должна была возвращаться в свою раковину для восстановления. 

Если верить его записям, тень была благородна и «особенно любила вещи, подаренные императором». Каждый раз, завидев Вэй Юня, она выпрашивала у него один из подарков Его Величества и прятала их в своей раковине. «Жалкое и прекрасное зрелище»... Кроме того, в записях говорилось, что все безделушки, приглянувшиеся тени, должны были быть  переданы Его Величеству. Этот недотепа, который только и знал, как ковать железо, считал это проявлениями чувствительной натуры тени. Он очень гордится ее способностью чувствовать «ауру Пурпурного дворца»3 Сына Неба!

3 紫薇 (zǐwēi) — термин, что используется для обозначения Полярной звезды, самой видной звезды на небе. Также называется «Пурпурный дворец» (уст. императорский дворец). Пурпур считался символом духовного устремления императора.  

Шэн Линъюань молчал. 

Не удивительно, что Вэй Юнь увлекся этим маленьким чудовищем. Тень боялась его и не осмеливалась показываться Его Величеству на глаза, потому овладела Вэй Юнем, чтобы окольными путями подобраться к темной силе демона небес.

— Что все это значит? Кто это прислал? Это друг или враг? — осведомился Чжан Чжао.

Янь Цюшань и Шэн Линъюань одновременно подумали о пустой кукле, как две капли воды похожей на Чжичуня. Подняв головы, они посмотрели друг на друга через экран.
 
Под холодным взглядом Шэн Линъюаня, Янь Цюшань глубоко вздохнул и на время успокоился. Он очень хотел бы в это поверить, но мужчина прекрасно понимал, что все заблуждения в этом мире рождаются из «интуиции».  А его «интуиция» указывала на обычную куклу с лицом Чжичуня. Все это было весьма сомнительно. 

— Не знаю. Можно ли попросить технический отдел отследить источник сообщения? Сможет ли кто-то из отдела реставрации древних книг расшифровать этот текст? Пожалуйста, свяжитесь с доктором Ваном... — осторожно произнес Янь Цюшань.

— Слушайте меня, — прервал его Шэн Линъюань и без лишних слов перевел ключевые моменты бессмысленных заметок Вэй Юня. 

Вероятно, тень отыскала для себя новую раковину. Таким образом, она снова и снова могла возвращаться в исходное состояние. Зная ее привычки, она не смогла бы прожить без оболочки, на которой паразитировала.

Неизвестно, сколько темной силы демона небес смогла поглотить эта раковина... Возможно ли, что таким же образом она пыталась опустошить и «кровеносную систему земли» Цзянчжоу?

— Господин, ты что, энциклопедия? Отдел реставрации должен платить тебе зарплату, — произнес потрясенный Чжан Чжао.

Но Янь Цюшань внезапно нахмурился.

— Друг, как ты можешь быть уверен в том, что эта информация получена из надежного источника? Что, если это очередная ловушка?

— Она только что проглотила то, что не должна была. Сейчас у нее нет на это времени.

Очевидно, тень понятия не имела, что Сюань Цзи был Хранителем огня. И пусть энергии, которую миазмы внутреннего демона получали от Сюань Цзи, было достаточно, чтобы «съесть» весь Цзянчжоу, должно быть, пламя Чжу-Цюэ не вызывало у нее приятных ощущений. Но жадная тень и не думала о том, чтобы выплюнуть это горячую курицу. Сейчас была самая, что ни на есть, подходящая возможность опустошить «кровеносную систему земли», вернуться в свою оболочку и попытаться переварить Хранителя огня.

— Десятки миллионов местных жителей не могут ждать. Она держит в заложниках слишком много людей. Даже если это ловушка, неужели господа не прыгнут в нее? Я помню, что у вас было что-то, что называлось «красной линией», — от слов Шэн Линъюаня все собравшиеся в Цзянчжоу оперативники разом позеленели. А сам он, как ни в чем не бывало, обратился к Гу Юэси. — Я не видел ничего, что могло бы заманить меня в ловушку. Девочка, дай мне карту «кровеносной системы» Цзянчжоу, а затем поезжай вперед... Следуй по дороге, которую я тебе укажу.

Гу Юэси немедленно передала ему карту. С минуту поколебавшись, она тихо спросила:

— То, о чем ты говорил... «Проглотила то, что не должна была»… Это ведь директор Сюань?

Шэн Линъюань взглянул на нее и снисходительно произнес: 

— Девочка очень умна. Что ты хочешь этим сказать?

Гу Юэси всегда была человеком сдержанным. Она не особо разбиралась в подобных трюках. В мгновение ока Гу Юэси покраснела до кончиков ушей и еще больше замкнулась в себе.

— Что ж... Ну, я знаю, что директор Сюань очень силен и у него так много секретов. Но порой я могу видеть вещи… нас нельзя назвать близкими знакомыми, но я думаю, что он очень жизнерадостный человек. Он не похож на одержимого. По крайней мере, мне так кажется. Старший, разве ты не можешь разбудить его так же, как разбудил меня? 

— Не могу, — Шэн Линъюань некоторое время молчал, его лицо, казалось, стало еще бледнее. — Он не такой как ты. Он уже потерял рассудок. Как бы тебе сказать... Источником миазмов, которые сейчас окутывают весь Цзянчжоу, является его внутренний демон.

Гу Юэси лишилась дара речи.

Увидев сумрачное небо5 за окнами машины, она была потрясена. Этого хватило бы, чтобы уничтожать целые семьи, лишить человечество потомков… И без того настрадавшийся народ попросту разорвало бы пятеркой лошадей5!

4 昏天暗地 (hūntiānàndì) — сумрачное небо (обр.в знач.: хаос в обществе) из «Слова, способного разбудить мир» («Юйшиминъянь», сборник Фэн Мэнлуна, 1574—1646, писателя и деятеля китайской культуры).

5 五马分尸 (wǔmǎfēnshī) — разрывать тело пятёркой коней (древний метод казни).

Оставшийся в Главном управлении Директор Хуан тоже был шокирован этими новостями. 

— Я сейчас же поищу досье товарища Сюаня.

Раскрыв карту «кровеносной системы земли», Шэн Линъюань принялся рассчитывать нужное направление. Он не думал, что эти люди сумеют что-либо найти. Дело было не в иллюзии. То, что Сюань Цзи оказался под властью миазмов, было как-то связано с тем, что произошло с Чиюань три тысячи лет назад. 

Но что именно это было?

Почему Хранители так старались сохранить свои останки? Почему дух, рожденный из костей Чжу-Цюэ, обладал свойствами золота и железа? 

Сюань Цзи чувствовал себя так, будто очнулся от прекрасного сна. Там, во сне, он был обычным смертным, блуждавшим среди людей. Он был похож на ветер. Он наслаждался тем, что имел, и нисколько не беспокоился ни о прошлом, ни о будущем. 

Но каждый сон это лишь еще одна иллюзия. Проспав мгновение, он открыл глаза, встретившись взглядом с бескрайней ночью.

Очнувшись, он стал духом меча демона небес. Духом, что не имел ничего общего с этим миром. Лишившись своего клинка, он потерял связь и с его владельцем. Он только и мог, что снова и снова наблюдать за человеком, занимавшим важное место в его сердце. Каждый день этот человек засыпал, сжигая «заклинание ужаса», стараясь таким образом закалить свой разум.

Позже Сюань Цзи последовал за князем Нином в подземелье, чтобы послушать, как тот поучал Вэй Юня.

— Ты ведь знаешь, что случившееся в Чиюань сильно повлияло на людей? Если ты ошибешься, это обернется настоящей катастрофой. На мир обрушится многолетнее проклятие. Вы оба просто идиоты... Идиоты! Как вы посмели связать дух меча демона небес с чем-то подобным?! Ты и это плешивое старое чудовище, о чем вы только думали?! Да уж, вы двое действительно коварны. Но Его Величество таков, что никто не смеет коснуться драконьей чешуи. Все его тело — чешуя. А вы взяли и наступили на нее. 

После этого разговора дух меча вынужден был смотреть на то, как Шэн Линъюань снова и снова ломает свой меч, отдавая железу свою собственную кровь.

Сюань Цзи пытался оттащить этого сумасшедшего и безмолвно кричал ему в ухо: «Ты хочешь запереть меня в этом клинке?! Ваше Величество, пожалуйста, отпустите меня!»

Он готов был отдать свою жизнь, лишь бы этот человек увидел его и выслушал.

Но его руки всегда проходили насквозь. Они с Его Величеством больше не чувствовали друг друга.

Даже Вэй Юнь едва не сошел с ума от действий Шэн Линъюаня.

— Ты здесь, не так ли? Я знаю, что ты здесь. Я Всеслышащий. Я не могу ошибаться, но почему я тебя не слышу? — взывая к воздуху, нервно бормотал Вэй Юнь. 

— Мастер, просто признай, что ты ошибался. Скажи ему об этом, — произнес Сюань Цзи. — Не погружайся в безумие вместе с ним.

Но Вэй Юнь действительно не слышал его и продолжал кусать и без того истерзанные ногти:

— Почему? Почему все так? 

Сюань Цзи следовал за ним как призрак. Наконец не выдержав, он измученно произнес:

— Я умоляю вас обоих, просто дайте мне умереть.

Раз за разом, пытаясь перековать меч демона небес, они неизменно терпели неудачу. Множество попыток спустя, Вэй Юнь больше не мог этого выносить. Время от времени он разговаривал с Сюань Цзи, и тот, будучи поблизости, всегда отвечал на его вопросы. К сожалению, они не могли общаться. Стоя лицом к лицу, они разговаривали сами с собой, словно два психопата.

Однажды со стороны плавильной печи раздался голос: 

— Почему бы тебе не сказать Его Величеству, что дух меча демона небес мертв?

Сидевшие на земле Вэй Юнь и Сюань Цзи одновременно оглянулись, увидев перед собой высокий и статный силуэт. Незваный гость стоял против света. 

Плавильная печь находилась в глубине дворца Дулин, рядом с внутренним Восточным дворцом. Это была запретная зона. Никому, кроме Вэй Юня, не разрешалось приближаться к ней. Но этот человек мог свободно ходить там, где ему вздумается. Его лицо было скрыто, в тени виднелась лишь пара ясных глаз, в глубине которых таилась невыразимая печаль. Этот человек шел очень тихо, и каждый его жест был наполнен небывалым изяществом, словно он ступал по облакам.

Сюань Цзи открыл было рот. Он хотел сказать «учитель», но так и не смог произнести ни звука.

Незваным гостем оказался наставник самого императора, Дань Ли.

Как только Вэй Юнь увидел Дань Ли, у него задрожали колени. Трясясь от страха, он поднялся с земли и с печальным выражением лица произнес:

— Господин Дань Ли, Его Величества сейчас здесь нет...

— Я знаю. Я уже навестил его и дал успокаивающее средство. Он уснул, — Дань Ли протянул руку и со вздохом постучал ладонью по остывшей печи. — Безобразие... Ладно он, он просто дурачится, но вы, люди, не хотите его разубеждать, и вопреки ожиданиям продолжаете следовать за ним.

Вэй Юнь молчал, не осмеливаясь произнести ни слова.

— Его Величество молод и энергичен. Убийство короля демонов и восстановление страны — подвиг, достойный бессмертных. Я боялся, что однажды он зазнается и решит, что весь мир в его руках и что теперь он может делать все, что захочет. Однажды, когда он решил собрать демонов-полукровок и объединить их в тринадцать подразделений, шаманы предали его. Это было предупреждением. Я думал, он запомнил этот урок. Но кто мог знать, что теперь, когда страна еще не оправилась от полученных ран, он решит рискнуть всем и, вопреки всеобщему недовольству, создать «подразделение Цинпин». — Дань Ли говорил очень медленно. Звук его голоса ласкал слух, словно чарующее пение. — Я думал, что вкусив горечь потери он, наконец, придет в себя. После всего этого он так долго мучился. Но это нормально, ведь он сам спровоцировал беспорядки. В любом деле нужно знать меру… Как подданные императора, мы должны выполнять свой долг. Ради его же блага нам приходится льстить ему, убеждать и уговаривать его, верно?

— Я... Я знаю лишь, как ковать железо и мечи. Я ничего не смыслю в делах императорского двора и страны — пробормотал Вэй Юнь

Уголки глаз Дань Ли незаметно поползли вверх, обнажая притаившиеся за улыбкой скрытые намерения. 

— Неужели ты действительно ничего не понимаешь, принц Вэй Юнь?

От его тона у Вэй Юня едва не подкосились ноги. 

Но Дань Ли продолжал улыбаться. Не удержавшись, он мягко произнес: 

— Иди и скажи Его Величеству, что дух меча демона небес мертв. Пусть сдастся. Пора прекратить эти глупости, у него почти не осталось крови. На сегодняшнем утреннем собрании он выглядел больным и с трудом мог сидеть. Неужели он думает, что министры слепы?

Вэй Юнь до смерти боялся Дань Ли, но все равно продолжал настаивать:

— Но... Но такая небрежность равносильна обману. Я принес кровавую клятву и не посмею предать Его Величество. Я действительно...

— Духа меча больше нет. Как это может быть обманом Его Величества? — прервал его Дань Ли. — В тайне от всех ты занимался исследованиями клана демонов, ты должен знать, что он был «духом небес» Чжу-Цюэ. До того, как стать духом меча, птенец не был ни жив, ни мертв. 

У Вэй Юня волосы встали дыбом, мужчина опустился на колени.

— Я никогда не занимался такими исследованиями...

Дань Ли снисходительно посмотрел на него. Медленно вскинув руку, он призвал принца подняться: 

— Ваше Высочество, этот подданный не заслуживает столь почтительного обращения. Я не терплю коленопреклонений. Тебе и не нужно было этого делать. Дело в самом духе. Это ведь изначально была твоя идея. Ты ведь должен был понимать, что создание клинка подарило жизнь «духу небес» Чжу-Цюэ. Сам он бы никогда не разбил скорлупу, никогда не появился на свет. Даже если тебе удастся полностью повторить процесс создания инструментального духа, ты должен будешь сделать все в точности, как тогда, используя те же ингредиенты. Ты сможешь это сделать? Не будь таким самонадеянным. Как я уже сказал, ты не нарушишь кровавую клятву, Его Величество поверит, что ты говоришь правду.

С этими словами, Дань Ли развернулся и ушел.

Вэй Юнь и невидимый Сюань Цзи сидели бок о бок на земле. Оба были в растерянности, никто из них не мог понять, что именно наставник имел в виду.

Сюань Цзи был потрясен.

Что значит «использовать те же ингредиенты»? Почему ложь Вэй Юня не считалась предательство?

Нахмурившись, Вэй Юнь принялся бродить кругами, как крутящий жернова осел, постоянно повторяя слова «подарило жизнь» и «те же ингредиенты». Мгновение спустя он резко остановился и в ужасе распахнул глаза.



Комментарии: 3

  • Спасибо за главу! Боже как же интересно читать *-*

    Ответ от Shandian

    Спасибо, что читаете! (❁´◡`❁)

  • Благодарю за перевод!
    Безумно интересно!

    Ответ от Shandian

    Рады, что вам нравится! Спасибо за теплые слова!

  • Спасибо за перевод ❤️

    Ответ от Shandian

    Спасибо, что читаете!❤

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *