Она напоминала грешника, совершившего великое зло и готового вот-вот провалиться в ад.

— Кого вы собираетесь поймать? — приняв звонок от Ло Цуйцуя, Сяо Чжэн несколько мгновений просто молчал. Наконец, его терпение лопнуло, и он окончательно рассердился. 

Стоило ему отдать приказ «уничтожить подозреваемого любой ценой», и имя «Би Чуньшэн» едва не стало источником его личной травмы. 

Ло Цуйцуй переключил звонок на громкую связь и попытался объяснить. Он сказал, что это Сюань Цзи предположил, будто с Би Чуньшэн что-то не так. Этот парень был самым настоящим шипом, раздражавшим нервы Сяо Чжэна. Его голова почти кипела.  

— Повтори-ка еще раз, пока я самолично не изловил этого временного работника, по фамилии Сюань! Нет, старина Ло, он только пришел сюда, он и знать ничего не знает. Как вы можете быть такими безответственными? Ты видел досье Би Чуньшэн? Когда она поступила на службу, этот ваш «директор» еще даже не родился! 

— Я просто докладываю, не кричите на меня. — старик Ло так обиделся, что его листья увяли и свернулись в подобие одеяла, покрывшего все его тело. Он уютно устроился в кузове служебной машины, шмыгнул носом и задыхаясь продолжил. — Я ничего не знаю. Наш босс попросил меня доложить вам об этом. Директор Сяо, по правде говоря, сейчас я даже север не смогу определить. За столько лет работы в Отделе восстановления я с таким еще не сталкивался… Увы, не могли бы вы организовать для меня перевод на более спокойную должность? В прошлом году на медосмотре у меня выявили аритмию. Я… Алло? Алло? Директор Сяо?

Но Сяо Чжэн не стал дожидаться, пока он закончит, и просто повесил трубку. 

Стояла глубокая ночь, но здание Главного управления все еще было ярко освещено. Вооружившись всевозможными чистящими средствами, сотрудники приступили к уборке. Большинство кровавых надписей на стенах уже исчезли, но, не успели люди вздохнуть с облегчением, как на прежнем месте тут же появились новые.  

Отбросив телефон в сторону, Сяо Чжэн уперся руками в стол и низко опустил голову. 

Без какой-либо причины он вдруг вспомнил старого директора. В конце концов, он был последним, кто его видел. 

Бывший генеральный директор был одним из старейшин Главного управления, принимавшим участие в его создании. В первой половине этого года он вышел на пенсию, ему было уже девяносто лет. Всю свою жизнь он посвятил работе. Когда бывший директор покинул свой пост, казалось, существование потеряло для него всякий смысл. Его всегда здоровое и крепкое тело начало разрушаться. Через несколько дней после этого он сильно заболел, а уже через месяц – умер. 

После его ухода с поста прошло совсем немного времени, казалось, даже чай не успел бы остыть. Руководители всех отделов то и дело приходили к нему, но никто из них так и не сумел добиться встречи. В конце концов, войти разрешили только Сяо Чжэну. 

Сяо Чжэн до сих пор помнил ту палату. Пол, стены и даже потолок ее были покрыты древними символами. Это были тайные заклинания, недоступные взгляду обычного человека. Едва Сяо Чжэн вошел, то едва не рухнул на колени. Казалось, бесчисленные пары глаз кадр за кадром просматривали всю его жизнь, выискивая мельчайшие намеки на злые помыслы, чтобы немедленно вытащить их на всеобщее обозрение. 

Обливаясь холодным потом, он увидел, как бывший директор с другом открыл глаза. Старик сказал ему лишь несколько странных фраз.

 «В Управлении начнется беспорядок», — гласила первая фраза. 

 «Старина Хуан был вызван по моему распоряжению. Управление нуждается в нем. Он обычный человек, ему будет не так-то просто встать на ноги. Потому я оставляю ему тебя. Я знаю, ты непричастен ко всему этому», — сообщала вторая. 

Последние слова застряли у старика в горле. Сяо Чжэн поспешно приблизился к нему и отчетливо услышал, как тот произнес: «Воды Отдела ликвидации последствий слишком глубоки».

У Сяо Чжэна не было времени спросить, что значат эти слова. Он все еще задавался вопросом, почему бывший директор выбрал именно его. Но, едва старик закончил говорить, как его глаза закрылись, и он больше никогда не просыпался. 

Вскоре после этого они получили анонимное письмо, в котором были все доказательства, причины и последствия действий, уличенного в коррупции и взяточничестве, директора Гуна. В нем также была и информация по самим взяткам. Письмо было расплывчатым, но методы сбора средств, их количество и процесс отмывания денег были четко расписаны. Но, прежде чем Управление успело возбудить расследование, Гун Чэнгун внезапно впал в кому. Для объяснения ситуации была собрана комиссия, но причину так и не удалось установить. 

Именно в то время, Сюань Цзи спросил Сяо Чжэна о том, на какую должность он мог бы претендовать, и Сяо Чжэн, ни с того ни с сего, вдруг предложил ему «Отдел ликвидации последствий». 

Глубокие воды Отдела ликвидации последствий…

— Директор Сяо? 

Сяо Чжэн тут же пришел в себя, с силой закрыл глаза и понизив голос, приказал: 

— Помогите мне найти досье Би Чуньшэн из Отдела ликвидации последствий. 

Сюань Цзи действительно был проклятием в человеческом обличье. Везде, где он появлялся, царил хаос. Он был направлен на место происшествия чтобы стабилизировать ситуацию. Кто бы мог подумать, что это «стабилизирование» вскоре всколыхнет все Управление? Такого рода таланты не должны отсиживаться в тылу, лучше всего они подходят для проведения диверсий в стане врага! 

— Би Чуньшэн родилась в Юнъани в 1963 году. Окончив «сестринское дело», она устроилась работать медсестрой в больницу Бэйчэн №2. В 1985 году она вышла замуж, а в 87-м родила сына. До этого ее особые способности никак не проявлялись.

В 1988 году организация допустила брешь в охране, и пара, содержавшихся взаперти, мутировавших змей, сумела сбежать. Они напали на поезд, перевозивший две тысячи человек. Трагедия казалась неминуемой. К счастью, руководителем операции в тот год был… старый директор. Вовремя среагировав, он взял ситуацию под контроль и едва успел спасти людей. 

Тогда нам пришлось объявить общественности, что «поезд сошел с рельсов». Родители Би Чуньшэн, ее муж и сын были в одном из вагонов. Сама Би Чуньшэн в тот день дежурила в больнице. Едва услышав эту новость, она так разволновалась, что ее особая способность активировалась. Резонанс тут же засекла сеть мониторинга Главного управления. 

Уже через год, пройдя необходимое обучение и ряд судебных проверок, она была принята в Министерство безопасности нашего Управления. В благодарность за спасение своей семьи, она упорно трудилась в течение многих лет, и ее работа принесла поистине блестящие результаты. Семь лет подряд она удостаивалась награды третьей степени «За выдающуюся службу». В прошлом году, в силу своего возраста, она подала заявление на перевод в отдел материально-технического обеспечения.

— Больше ничего? — спросил Сяо Чжэн.

— Нет, директор, это все, что есть в досье.

Чем больше Сяо Чжэн слушал все это, тем больше он чувствовал, что Сюань Цзи несет чушь. Историю Би Чуньшэн можно было бы смело вписать в официальную брошюру Главного управления. Ее семья была спасена героем. Преисполнившись благодарности, она последовала по его пути и, наконец, сама стала героем.

От малых деяний к большим, от «для семьи» к «для народа». Кто еще может похвастаться такой праведностью?

—  Директор Сяо... наш коллега из филиала в Чиюань интересуется, возможно ли в будущем сотрудничать с директором Сюанем? 

Сяо Чжэн раздраженно вздохнул:

— Сотрудничать? А вы заслужили такой груз1?

货 (huò) –  товар, груз, предмет; вещь; бран. лентяй; негодник; болван, дурень.

— Э…

Это означало «да»? Или все же «нет»?

— В срочном порядке отправьте следственную группу в дом Би Чуньшэн, я немедленно запрошу ордер на обыск, — Сяо Чжэн сделал глубокий вдох. — Если у членов семьи возникнут вопросы, скажите им, что это особое… что это чрезвычайная ситуация. Сестра Би и ее семья должны понимать, что этот вопрос строго конфиденциален. Это может отразиться на ее репутации уважаемого героя.  Нельзя допустить, чтобы что-либо просочилось наружу. Если этот «временный директор» Сюань Цзи ошибается, я лично заставлю его кланяться до земли. 

— Директор Сяо! — один из сотрудников подбежал и зашептал Сяо Чжэну на ухо. — Мы выяснили кое-что о пропавшем контейнере… Давайте отойдем. 

Сотрудник оттащил Сяо Чжэна в сторону и тихо заговорил: 

— Директор, все это очень странно. Контейнер с яйцами был утерян тридцать лет назад. По факту исчезновения был составлен протокол, но позже он просто исчез.

Сяо Чжэн остолбенел. Тридцать лет назад? Не слишком ли рано? 

Что случилось с яйцами бабочек, потерянными тридцать лет назад? Почему преступник хранил их? Чтобы любоваться ими дома? 

— Итак, ты говоришь, что об этом инциденте был составлен протокол, а что случилось потом? 

— Призрачная бабочка представляет собой опасность первого класса. Такого рода предметы подлежат обязательной инвентаризации. Но в ходе одной из проверок было обнаружено, что один из контейнеров с яйцами пропал. Архивный отдел был в панике, они поспешили сразу же доложить о случившемся. Но в то время у нас еще не было электронной базы данных, и вся информация хранилась в обычных папках. В итоге, контейнер так и не нашли, а все записи об этом инциденте пропали.  В архиве осталась лишь запись об уничтожении протокола. Ее оставил бывший начальник Отдела ликвидации последствий Гун Чэнгун, с одобрения старого директора. 

В воздухе над окружной больницей повис тяжелый кровавый запах. Он был точно таким же, как и замогильная вонь темного жертвоприношения. Запах окутывал и душил, словно след, оставленный проклятием заклинателя. Монета Сюань Цзи катилась ровно по узору из жертвенных надписей. Коротко объяснив Ло Цуйцую, что произошло, юноша тут же ринулся вслед за ней. 

Группа оперативников была так впечатлена его появлением, что все они инстинктивно подчинились ему. Они проследовали за монетой вплоть до здания стационара. Докатившись до нужного места, монета завершила свою миссию и, остановившись, тут же взорвалась. Сюань Цзи проследил за взмывшим в небо фейерверком и поднял голову.

На крыше пятиэтажной больницы стоял человек. 

Медяк взлетел в воздух, подобно маленькому фонарю, и завис на расстоянии пяти-шести метров от Би Чуньшэн, озаряя ее лицо ярким светом. Все присутствующие, наконец, смогли хорошенько ее рассмотреть. Кожу женщины покрывали жертвенные письмена. Она напоминала грешника, совершившего великое зло и готового вот-вот провалиться в ад. 

Это действительно была Би Чуньшэн. 

— Я всегда думала, что именно я стану тем, кто заменит Гун Чэнгуна. Но я никак не ожидала, что у них появится «парашют»2. — Би Чуньшэн пригладила волосы. Ее голос был тихим, но даже с такой высоты все, что она говорила, было отчетливо слышно. Ее слова звенели в ушах. — Когда я об этом услышала, то подумала, что у этого «парашюта» наверняка должна быть блестящая репутация. Поэтому я волновалась и пытался закончить все до вашего прихода. Но не важно, насколько сложным был план и сколько сил я вкладывала в это дело, я все еще опаздывала на день… Может быть, всему виной судьба. 

2 空降 (kōngjiàng) – досл. парашют (авиадесантный, воздушно-десантный), слэнг.: приходить без приглашения и предварительной записи. 

Сюань Цзи облокотился на тяжелый меч и посмотрел на нее снизу вверх.

— «Судьба»? Такие слова обычно говорят проигравшие, разве нет? Сестра Би, вы украли мою реплику? 

Волнистые волосы Би Чуньшэн развевались на ночном ветру, ее ярко-розовый кардиган резко контрастировал с чернотой неба, производя ужасающее впечатление. Ее прическа все еще напоминала объемные «мягкие локоны», а лицо было густо усыпано желтыми пятнами, из тех, что появляются на коже с возрастом. Она полностью поддерживала общественный стереотип о «тетушке», что постоянно толкает людей танцевать на площади, о разноцветных шарфах, призывах к скорому браку и о… неуместно громком голосе.

Но, как ни странно, сейчас, стоя наверху, полностью покрытая жертвенными письменами, терзаемая порывами ночного ветра, эта женщина, казалось, не имела ничего общего с теми посредственными описаниями. Она была словно актеры второго плана, с виду бездушные, но каждый раз рвущие себя на части, чтобы заставить людей с удивлением обнаружить, что они тоже полны радости и печали.

Вдруг Сюань Цзи заметил нескольких оперативников, из числа тех, что ранее следовали за ним. Оперативники пытались подобраться поближе к Би Чуньшэн. Карабкаясь по стене здания, они намеревались напасть на нее сзади.

Юноша почувствовал, как кровь стынет в жилах. Что за идиоты! Би Чуньшэн проработала в этой области почти тридцать лет, ей ли не знать, как проводятся операции? 

В этот момент, несколько оперативников уже взобрались на крышу здания и, вытащив оружие, наставили его на женщину. 

— Не двигайся!

— Подними руки так, чтобы мы могли их видеть! Молчи!

— Назад! Не подходите к ней! — закричал Сюань Цзи. 

К сожалению, они его не услышали. Особая способность Би Чуньшэн – ее голос, поэтому всем оперативникам пришлось надеть противошумные наушники, чтобы не дать ей себя одурманить.

Сюань Цзи замолчал.

Какой вундеркинд до этого додумался? Это же просто отлично!

В следующее мгновение оперативники внезапно замерли. Жертвенные письмена поднялись по их щиколоткам, и мало-помалу расползлись по всему телу. Из-за темноты и плотности символов их не сразу удалось рассмотреть. Едва люди ступили на крышу, они тут же превратились в жирных мышей, свалившийся в таз с водой. Температура вокруг них резко упала на десять градусов, почти достигнув точки замерзания.  Би Чуньшэн окутал зловещий черный туман, и у Сюань Цзи оборвалось сердце. 

Из тумана медленно вышел длинноволосый человек и с любопытством огляделся по сторонам. Вдруг, этот «сельский демон» с восторгом воскликнул: 

— Какие широкие дороги и высокие дома. Это столица? Почему в столичном подразделении Цинпин так мало людей?

Би Чуньшэн услышала его голос и обернулась. Ее глаза вспыхнули лихорадочным огнем. Словно в бреду, она пробормотала: 

— Это правда, действительно правда!

Шэн Линъюань бросил на нее короткий взгляд и произнес:

— Ах... это человеческая свеча, неудивительно.

Так как он все еще говорил на древнем языке, из всех присутствующих лишь Сюань Цзи смог понять слова «человеческая свеча». 

Шэн Линъюань посмотрел на него, но ничего не сказал. Затем он снова обратил свое внимание на Би Чуньшэн и заговорил на ломаном мандарине, тепло поинтересовавшись: 

— Это ты меня разбудила? Хорошо, но почему ты стала такой, как так вышло? Кто тебя обидел?

Его голос звучал очень нежно. Он наспех выучил язык при помощи телевидения и окружавших его людей. Сейчас он преднамеренно не скрывал этого. Когда он говорил, между словами то и дело возникали небольшие паузы, что ненароком придавало им чуткости, заставляя людей почувствовать собственную значимость.

Его слова поразили Би Чуньшэн, ее глаза покраснели. 

— Все в порядке, — улыбнулся ей Шэн Линъюань. — Если тебе есть что сказать, я буду здесь столько, сколько ты захочешь. Никто нас не побеспокоит.

— Би Чуньшэн, — холодно напомнил Сюань Цзи, — на твоем месте я был бы осторожнее. Тот, кого ты призвала – вовсе не ангел, исполняющий желания. 

— Не беспокойтесь об этом, — ответила Би Чуньшэн, и уязвимость, сквозившая в ее взгляде, моментально исчезла. — Мы заключили контракт, я уже выполнила свою часть, но он свою еще нет. Теперь, когда я заплатила, он не сможет сдвинуть меня с места, пока не погасит свои долги, иначе жертва тысячи жизней поглотит его.

Шэн Линъюань выглядел абсолютно спокойным, будто и вовсе не понимал, о чем идет речь.

Директор Хуан уже закончил работу и отправился домой, но услышав о происшествии в Чиюань, поспешил вернуться. В отличие от своего предшественника, выходца из оперативного отдела, он был обычным человеком. Обычные люди были крайне неудобны, в основном, их опыт годился лишь для административной работы, и они понятия не имели, как действуют их коллеги с особыми способностями. 

—  Я искал тебя, — директор Хуан поднялся из-за стола. —  Что у вас произошло?

Сяо Чжэн не ответил. Повернувшись к двери, он аккуратно закрыл ее и тихо сказал: 

— Я все объясню вам позже, директор Хуан. Я хотел бы попросить вас подписать ордер на обыск в доме Би Чуньшэн, бывшего оперативника, ныне отправленного на вторую линию.

— Би Чуньшэн? Она одна из наших? — озадаченно осведомился директор, забирая документы. В Управлении он знал лишь нескольких сотрудников. —  Из какого она отдела? Что, черт возьми, происходит?

Сяо Чжэн медленно поднял глаза.

— Это связано с контейнером для хранения яиц призрачной бабочки, тем самым, что был украден из хранилища Главного управления тридцать лет назад.

Директор Хуан внезапно замолчал.

— Директор, — глубоким голосом сказал Сяо Чжэн. — Вы были назначены на этот пост распоряжением бывшего генерального директора. Вы знали об этом? 

В кабинете воцарилась тишина. Директор Хуан опустил голову, молча подписал ордер на обыск и подтолкнул документ к Сяо Чжэну. 

— Я в ужасном положении. Я хотел как следует разобраться со всем этим до того, как грянет гром. Но я не ожидал, что что-то подобное произойдет так скоро...

Сяо Чжэн спросил: 

—  Почему Гун Чэнгун, бывший начальник Отдела ликвидации последствий, был вынужден уйти в отставку?

Директор Хуан махнул рукой, приглашая его сесть, и достал сигарету, закурив... 

— Ай… с чего бы начать? Младший Сяо, ты ведь выходец из оперативной службы, вы все просто ненавидите «красную линию пятнадцати человек», верно? 

— Первый принцип оперативников Министерства безопасности — защита обычных людей. — мягко сказала стоявшая на крыше Би Чуньшэн. — «Оперативники с особыми способностями не могут причинять вред людям, за исключением подозреваемых. Если увечья или смерть обычных людей произошли по личному умыслу, халатности или по неисполнению служебных обязанностей, с каждого оперативника снимается по баллу за каждого пострадавшего. Лица, ответственные за проведение операции, должны быть оштрафованы на два балла за каждого пострадавшего. Максимальное количество баллов – пятнадцать». В трудовом договоре этот пункт прописан самым первым, директор Сюань. Вы еще не успели его прочитать? Тогда я объясню вам. При возникновении подобного рода ситуаций Отдел ликвидации последствий должен сперва оценить уровень ущерба.

Сюань Цзи нахмурился, он никак не мог понять, почему Би Чуньшэн рассказывает ему о правилах и предписаниях Управления, которые сама же и нарушила.

Губы Би Чуньшэн расплылись в улыбке. 

— Тридцать лет назад из-за бреши в системе охраны из Управления сбежали два мутировавших змея. Оперативники, ответственные за их поимку, допустили оплошность, и твари столкнулись с поездом. В момент столкновения поезд проезжал мост и вместе со змеями рухнул в реку. Мутанты использовали эту возможностью, чтобы пожрать жизненную силу людей и исцелить свои раны. В вагонах находились две тысячи человек, выжили менее одной десятой. 

— Это невозможно! — завопил один из оперативников, у которого, вероятно, сломались наушники. — С момента основания Главного управления никогда не случалось столь крупного несчастного случая! Нет никакой возможности скрыть новость об аварии, в которой погибло более двух тысяч человек!

— Это верно, — тихо сказала Би Чуньшэн, — так ответь мне, куда исчезли все эти мертвецы? Удалось ли директору Сяо отыскать пропавший контейнер с яйцами бабочек?

Если вам нравится наша работа – вы можете отблагодарить команду перевода шоколадкой. Кнопка «донат» есть в группе «Вконтакте».



Комментарии: 1

  • Большое спасибо за главу!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *