Чэн Цянь был новичком в мире заклинателей, а Янь Чжэнмин оказался бесполезен. Поэтому они обменялись полными сомнения взглядами, понятия не имея, кто такой Господин Бэймин.

Затем Ли Юнь, вышедший из оцепенения, наконец заговорил.

Его голос был низким, как жужжание комара.

— Господин Бэймин не человек… Согласно легенде, Бэймин — это глубокое и безгранично темное море. Поэтому мастера демонической магии часто сравнивают с «Бэймином». Со временем это стало почетным титулом, за который борется каждый, кто следует Темному Пути. Цзыпэн Чжэньжень, этот амулет был вырезан нашим учителем — на нем еще остались опилки — а не каким-то Господином Бэймином.

— Кто такой мастер демонической магии? — тихо спросил Чэн Цянь.

— Лучший среди следующих Темному Пути… высший демон? — неуверенно ответил Янь Чжэнмин.

Исходя из всего, увиденного до этого момента, Чэн Цянь не считал своего учителя «высшим демоном». Но сейчас в его голове промелькнула мысль, что, возможно, это правда… с точки зрения Цзыпэн Чжэньжень.

— Чушь собачья! — сердито воскликнула Цзыпэн Чжэньжень.

Затем она повернулась к Чэн Цяню. Уставившись на него, туманное изображение в воздухе грубо сказало:

— Мальчик, подойди сюда.

Чэн Цянь только собирался ответить, когда Янь Чжэнмин остановил его.

Янь Чжэнмин покачал головой, вышел вперед и сказал Цзыпэн Чжэньжень:

— Мой младший брат все еще новичок в мире заклинателей. Он еще даже не запомнил правила клана. Боюсь, он может оскорбить вас. Если вам что-то нужно, лучше обращайтесь ко мне.

Янь Чжэнмин, может быть, и был высоким, но его тело все еще оставалось худым и слабым. Стоя позади него, Чэн Цянь поджал губы и впервые почувствовал, что его первый старший брат не такой уж никчемный, как он себе представлял.

— Мне нужен он! Не лезь не в свое дело! — прогремела Цзыпэн Чжэньжень.

Янь Чжэнмин нахмурил брови. Чэн Цянь в спешке прошептал ему:

— Старший брат, все в порядке.

С этими словами он шагнул вперед, навстречу сильной зловещей ауре монстра, и услышал приказ Цзыпэн Чжэньжень:

— Подними этот талисман.

Чэн Цянь остановился и послушно поднял амулет. Едва коснувшись его, Чэн Цянь почувствовал подавляющую силу, текущую внутри. Будто там сидел свирепый зверь. Однако этот зверь, похоже, узнал Чэн Цяня, потому как постепенно умерил свою ярость и приручился. Талисман в его руке вернулся в обычное состояние.

Всего на мгновение, пока Чэн Цянь держал амулет в руках, страх перед лицом ужасающего монстра чудесным образом исчез, и в голову ему пришла мысль: «Когда же я получу такую невероятную силу, которая позволит мне летать между небом и землей, куда бы я ни пошел, вместо того, чтобы дрожать перед лицом старого монстра?»

Цзыпэн Чжэньжень, наблюдающая за талисманом, сменила аж несколько выражений на лице. Через некоторое время ее тон немного смягчился:

— Ты искал своего младшего брата? Давай заключим сделку. Я верну назад мальчика, который забрел сюда, если ты принесешь мне кое-что, чего я хочу. В Долине Демонов есть Небесная Платформа. Чудовища не могут войти туда из-за наличия ограничительных заклинаний, но люди могут. Вещь, которую я хочу, находится там.

Ее заявление не выдерживало никакой критики. Восьмисотлетнее чудовище, видимо, приняло трех юношей за трех крохотных птичек, которых можно было легко одурачить.

Однако ей это не удалось, потому как трое братьев были вовсе не птичками, а людьми. Они подумали одно и то же: «Хах, что за чушь».

После нескольких подмигиваний и обмена взглядами друг с другом, Янь Чжэнмин принял окончательное решение — он отправится в Долину Демонов первым.

Относительно того, как они собираются договариваться по возвращении… молодой господин Янь, если честно, не думал об этом слишком долго. Учитывая положение старой курицы, она, скорее всего, скоро выйдет из игры.

Они ушли. Янь Чжэнмин даже сумел выдернуть перо Цзыпэн Чжэньжень своими ловкими пальцами перед уходом.

Выйдя из пещеры, они снова оказались окружены водой, но на этот раз весьма неглубокой. Они быстро доплыли до берега и прибыли в… Долину Демонов.

Встав на землю, Янь Чжэнмин закрепил куриное перо на груди Ли Юня, сказав:

— В древние времена существовала легенда, в которой лиса присвоила величие тигра; сегодня у нас есть козел, который присвоит величие старой курицы. Посмотри, насколько ты малодушен, можешь носить это, чтобы набраться смелости — но хорошенько подумай, как найти своего бедного младшего брата, потому что мы должны вернуться до заката!

Укол страха пронзил сердце Ли Юня. Он беспокойно спросил Янь Чжэнмина:

— Первый старший брат, есть ли в Долине Демонов какие-нибудь запреты, связанные с наступлением темноты?

— Я имел в виду, что мне нужно вернуться обратно и принять ванну, идиот! Мои ноги уже прилипли к ботинкам из-за грязи, — прорычал Янь Чжэнмин.

У Чэн Цяня не было слов.

Он мог сказать, что первый старший брат не шутил. Его перекошенное злостью лицо выглядело так, будто он действительно собирался отрубить себе ноги — и, если бы не тот факт, что за всю жизнь у человека могла быть только одна пара ног, он, вероятно, сделал бы это, не моргнув глазом.

Ли Юнь был способен на множество маленьких выходок. Под давлением первого старшего брата он подумал немного, покусывая подушечку большого пальца. К счастью, он не разочаровал Янь Чжэнмина и выдал идею.

Он достал из-за пазухи маленькую бутылочку, показавшуюся Чэн Цяню знакомой.

— Разве это не вода из жаб для омовения ног? — выпалил Чэн Цянь.

Держа в руках свой шедевр, Ли Юнь жалобно взглянул на Чэн Цяня, с разбитым сердцем обратившись к Янь Чжэнмину.

— Старший брат, это волшебная вода — Жабья Жидкость.

Он бросил три капли на маленький камушек и тот мгновенно превратился в резвую жабу. То ли потому что первый старший брат боялся жаб, то ли просто потому что они вызывали у него отвращение, но выражение его лица стало еще хуже, чем когда Цзыпэн Чжэньжень выбила у него меч из рук. Он уставился на жабу с ужасной брезгливостью.

Чэн Цянь вроде видел, как его старшие братья снова поссорились.

— Найди Хань Юаня, — приказал Ли Юнь.

Жаба квакнула и прыгнула вперед.

Ли Юнь подал им знак не отставать и объяснил:

— Честно говоря, Жабья Жидкость — смесь из жабьей мочи и Пяти Смертельных Ядов1. Несколько капель достаточно для того, чтобы превратить небольшой предмет — вроде листа, кусочка бумаги или камня — в жабу. На днях младший брат долго играл с одной такой, созданной из листа дерева. На его теле и одежде остался тот же запах, поэтому найти его должно быть можно.

1 Пять Смертельных Ядов, а именно: яд сороконожки, змеи, скорпиона, ящерицы и жабы.

Янь Чжэнмин ужаснулся:

— Ты хочешь сказать, что он не менял одежду и даже не принял ванну за несколько дней? Он точно до сих пор чертов человек?

Услышав состав Жабьей Жидкости, Чэн Цянь почувствовал тошноту, подступившую к горлу.

— Второй старший брат, не нужно вдаваться в детали.

Моча жаб имела ограниченный эффект. Эта маленькая жаба пропрыгала всего два или три чжана2, прежде чем снова превратиться в камень. Ли Юню пришлось использовать жидкость еще раз. Он вздохнул:

2 Чжан — единица длины, равная 3.33 метров.

— Эффект может держаться только в течение короткого времени, потому что это не настоящее заклятие, а просто вещь, предназначенная для развлечения. У меня осталась только эта бутылка. Боюсь, нам придется осторожно расходовать жидкость, чтобы найти младшего брата.

Сказав это, Ли Юнь посмотрел на прыгающую жабу с нежным и почти тоскливым выражением. Чэн Цянь вздрогнул, почувствовав, что второй старший брат, возможно, не обычный человек.

Жаба делала перерыв после каждого прыжка. С такой скоростью она вела их через все более густой лес. Но вдруг живая жаба упала на спину, подергивая лапками.

Янь Чжэнмин поднял с земли палку длиной в три чи, прикрыл нос рукавом и ткнул в жабу издалека. Затем он удивился:

— Она наконец умерла, стыдясь своего существования?

С пугающим кваканьем жаба превратилась обратно в камень. И даже после того, как Ли Юнь капнул «волшебной воды», тот не ожил.

Ли Юнь смущенно почесал голову.

— Эмм…

— Замолчи! — на лице Янь Чжэнмина промелькнуло настороженное выражение.

 Он вскочил на ноги, выбросил палку и выхватил меч, направившись к густому лесу.

Из леса донесся зловещий шорох, за которым последовал оглушительный рев, приведший к трем юношам чудовищного медведя с головой человека и телом зверя.

Этот монстр был намного выше двух взрослых людей. Когда он открывал пасть, можно было увидеть его железные зубы и почувствовать отвратительный кровавый запах, исходящий от него на расстояние нескольких ли. Его появление сопровождалось взмахом лапы, который отбросил в сторону большое дерево.

Янь Чжэнмин толкнул Ли Юня и закричал:

— Какого черта ты еще здесь? Беги!

Ли Юнь замер, не в силах совершить ни шага. В насколько критический момент талисман за пазухой Чэн Цяня стал теплым. Братья одновременно услышали мужской голос.

«Не двигайтесь» — очень спокойно сказал мужчина.

— Кто это? — Янь Чжэнмин осмотрелся по сторонам.

«Не бойтесь, идите сюда» — прозвучал тот же голос снова.

На этот раз они все его слышали. Голос исходил от Чэн Цяня, но никто не мог увидеть говорящего. Затем что-то, казалось, поразило Чэн Цяня, когда он опустил взгляд на талисман.

— Г… Говорящий талисман? — вытаращил глаза Ли Юнь.

Амулету это показалось забавным. Он ласковым и нежным тоном произнес: «Это просто два или три маленьких монстра, ничего такого. Они не навредят вам, поверьте мне».

Однако не успел он договорить, как навстречу братьям устремился дух горного медведя. Где бы этот «маленький монстр» ни проходил, земля ужасно сотрясалась. Неудивительно, что пугливая жаба решила изображать из себя опоссума!

Трое двуногих юношей не могли сравниться в скорости с большим зверем. Спасаться бегством было уже слишком поздно. Однако, как известно, стало накапывать — ожидай ливня3. Где-то рядом раздался еще один пронзительный рев.

3 «Стало накапывать — ожидай ливня» — здесь эквивалентна значению русской пословицы «беда не приходит одна» или «пришла беда — отворяй ворота».

Следующая сцена, представшая перед глазами братьев, состояла в том, что разноцветная змея обвила хвостом талию медведя, и того резко подбросило в небо, а затем ударило о землю, создав тем самым в ней глубокую дыру. Все древние деревья и цветы вокруг постигла катастрофа, расплющив об землю и уничтожив.

Все произошло настолько быстро, что первый старший брат даже не успел обратить внимание на грязь, забрызгавшую его белую одежду.

Два маленьких монстра? Каким бы редким ни был говорящий талисман, все трое юношей чувствовали, что он относится к ситуации слишком легкомысленно, потому это вообще не его дело.

И правда ведь, амулет-то не умрет!

Чуть позже змея приняла свой истинный облик. Верхняя часть ее лица была человеческой, а нижняя — покрыта чешуей и издавала дребезжащий гул. Чем больше монстр двигался, тем более сильный кровавый ветер налетал на братьев. Эта змея извивалась в опустошенном лесу так быстро, что улавливались лишь призрачные образы. Чэн Цянь слышал только, как шуршала чешуя по земле, но не мог увидеть, где находилась голова монстра…

Пока он не вцепился в шею медведя. Дымящаяся кровь выплеснулась в воздух на три чжана, образовав кровавый фонтан.

С выражением смертельного ужаса на лице, почти похожего на человеческий, дух медведя рухнул на землю через минуту. Его огромное тело каталось и отчаянно дергалось на траве, умирая. В это же время змея обвилась вокруг него и каталась вместе с ним.

Медведь скончался в предсмертных судорогах и с горестными завываниями.

Чэн Цянь посмотрел прямо в пустые свинцовые глаза, чувствуя, как его грудь заполнили кубики льда.

Змея ослабила кольца хвоста, обвившиеся вокруг медведя, и отступила. Чэн Цянь подумал, что она собирается проверить, действительно ли жертва мертва. Однако змея внезапно вонзилась в тело духа медведя. Ее голова пронзила живот, будто острый клинок. Затем он вырвал ядро зверя ртом и вытянул верхнюю часть тела длинной в полтора чжана.

Ли Юня вырвало. Он с трудом мог поверить, что живет по соседству с такими существами уже больше года и даже предпринимал попытки исследовать это место в первую и пятнадцатую ночь.

Янь Чжэнмин почувствовал, как кровь бешено пульсирует в каждом уголке его тела, приводя его в оцепенение. Его ноги, казалось, лишились своей силы. Если бы он не опирался на меч, то уже рухнул бы на землю.

Глядя на окровавленную землю вокруг, Чэн Цянь с колотящимся сердцем уставился на мертвого медведя и жующую змею. И снова невыразимое чувство поднялось внутри него.

Если бы он обладал такой же абсолютной силой, мог бы он также… обладать властью над жизнью и смертью перед другими существами?



Комментарии: 0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *