Отнюдь не случайно Лин Сяо занял первое место, как и Линь Сяо в прошлом году. 

В этом году призы победителям также вручал лично Тан Фань.

На третьем месте оказалась ТаньТай МяоИнь. Эта очаровательная девушка действительно оправдала всеобщие ожидания. Во время поединка за третье место она рискнула в заключительном движении, чтобы удержать победу, и, наконец, предстала вместе с Лин Сяо перед старейшинами. Другим человеком оказался ученик Ду ЮньЦая. С самого начала и до конца соревнований он демонстрировал стойкость, хорошо проявив себя. 

Его звали Хуан Цзе. В прошлом году он завис около десятого места. Но в этом году, добившись таких выдающихся успехов, он показал, что потратил немало усилий за год. Как его шифу, Ду ЮньЦай улыбался так, что его глаз почти не было видно.

Тан Фань дал первые три чудотворные пилюли ТаньТай МяоИнь, наставив затем продолжать в том же духе. Далее шел Хуан Цзе, также получивший ободряющие слова. Наконец настала очередь Лин Сяо.

— В этом году, позволяя тебе конкурировать вместе с другими учениками, действительно, немного недооценили тебя. Видя твою реальную силу, Мастер думает, что ты в самом деле достоин звания номера один Блока Сюлянь. Видимо, другие ученики тебе не ровня. Давай сделаем так. В дальнейшем тебе больше не придется участвовать в больших дружеских соревнованиях. Предоставишь возможность другим ученикам, что скажешь?

Тан Фань был доволен, похлопав Лин Сяо по плечу. Этот ученик и раньше никогда его не разочаровывал.

Лин Сяо сложил руки в поклоне и улыбнулся: 

— Как прикажет шифу, ваш ученик не смеет не подчиниться. Все будет так, как скажет шифу.

— Твои слова звучат как упрек, словно Мастер пользуется своим положением, чтобы надавить на тебя? — Все лицо Тан Фаня внезапно обнажила неприязнь, но его тон явно не походил на гневный.

— Шифу, вы же некогда наставляли туэра1. Нужно вести себя скромно, не зазнаваться и не проявлять излишней поспешности! — Лин Сяо говорил сдержанно. Смысл был в том, что если бы он просто принял слова Тан Фаня, то это бы выглядело, словно он являлся таким же высокомерным и самодовольным как Лэй Цзюй.

1 Лин Сяо говорит о себе как 徒儿 (tuer), что означает, когда шифу называет своего ученика (徒弟, tudi) более ласково, как сына.

Услышав эти слова, слегка серьезное выражение лица Тан Фаня внезапно изменилось и он разразился смехом: 

— Хорошие слова, нужно вести себя скромно. Ты все еще помнишь, что говорил Мастер. Похоже, Мастер не зря тебя учил. Ладно, болтовня и остальное подождет, когда у нас будет свободное время поговорить наедине. Эти три чудотворные пилюли шестого класса для тебя. Обязательно хорошенько береги их.

Лин Сяо взял бутылку и открыл ее. Три чудотворные пилюли лежали внутри, лекарственный аромат разлился во все стороны. Затем он показал фальшивую радость на лице.

Тан Фань сдержал улыбку на лице и пояснил глубоким голосом: 

— Только потому, что ты номер один, можешь пойти к своему Е-шишу и там указать три стебля целебной травы шестого уровня или ниже. Эти стебли целебных трав ты можешь оставить для себя, либо подарить кому-то.

— Спасибо, шифу! — Лин Сяо сиял, сказав это.

На сегодня продлившиеся три дня соревнования официально закончились.

Из-за того, что Лин Сяо получил дополнительно три стебля целебной травы шестого уровня, а в прошлом году это были только три стебля целебной травы пятого уровня, как только он спустился, то подвергся расспросам других учеников. Даже Тан ЮньЦи по другую сторону вытянула шею в его направлении. А все потому, что когда Линь Сяо занял первое место на прошлых соревнованиях, награда была почти такой же. Однако он дал две целебные травы из трех Тан ЮньЦи, а последний стебель — другому шиди Пика Тянь с высоким потенциалом.

Хоть тогда Тан ЮньЦи была недовольна тем, что Линь Сяо не отдал ей все три стебля, но она все равно испытывала запредельную радость.

В то время она чувствовала, что Сяо-гэ действительно думал о ней в глубине души. В противном случае, он не дал бы ей две целебные травы пятого уровня.

В этом году она также верила, что Сяо-гэ даст ей целебную траву. Но это было до появления Ю СяоМо. После его возникновения она ощущала себя все более неуверенно. Она постоянно чувствовала, что Сяо-гэ вел себя с Ю СяоМо не совсем обычно, отчего у нее появилось чувство сильной угрозы. Так что сердцем она очень боялась, не понимая, даст ли ей в этому году Сяо-гэ несколько стеблей целебных трав.

Даже несмотря на то, что ее отец являлся Главой школы ТяньСинь, а она была его дочерью, это не означало, что она могла по желанию брать целебные травы школы. Поэтому Линь Сяо отдавал ей целебные травы, которые были весьма ценными. 

— Сяо-гэ. — Тан ЮньЦи в итоге не могла уже терпеть, поэтому подошла.

Видев ее приближение, другие машинально уступали ей дорогу один за другим. И это было не потому, что они ее боялись, просто все знали, что Тан-шимей обладала очень дурным характером. В этот раз, не в силах удержаться, чтобы не подойти, она несомненно хотела расспросить, кому же перейдут эти целебные травы.

Лин Сяо слегка улыбнулся: 

— Что такое, Тан-шимей?

Тан ЮньЦи сразу подавилась, почти потеряв дар речи. Уголки ее глаз покраснели от обиды. Раньше Сяо-гэ называл ее младшей шимей, но теперь обращается к ней как Тан-шимей. Вмиг она почувствовала, что они порядочно отдалились друг от друга. Но чтобы сохранить лицо и ради трех стеблей целебной травы шестого уровня, она все-таки заговорила.

— Сяо-гэ, в прошлом году ты дал мне два стебля целебной травы. Дашь ли ты мне также два стебля целебной травы и на этот раз? — Сейчас она не требовала от Сяо-гэ три стебля целебных трав, по крайней мере, она нуждалась в двух. Иначе она не сможет поднять голову перед другими учениками.

— Мы вернемся к вопросу, когда придет время. — Лин Сяо бросил на нее глубокий взгляд и растянул уголки губ, сверкнув яркой легкой улыбкой. Не предоставив четкого ответа, вместо этого он дал Тан ЮньЦи проблеск надежды.

Тан ЮньЦи увидела слабую улыбку на лице Лин Сяо и внезапно почувствовала, что у нее все еще есть надежда. По крайней мере, Сяо-гэ не сказал, что хочет дать их Ю СяоМо. Радость стремительно сверкнула в ее глазах, но как только она собралась добавить еще несколько слов, Лин Сяо резко отвернулся.

— Младший шиди, нам надо возвращаться. — Лицо Лин Сяо было переполнено нежной улыбкой, когда он протягивал руку к Ю СяоМо, стоящему у края толпы.

Заметив, как все оборачивались, чтобы посмотреть на него, Ю СяоМо ощутил себя немного неловко. На самом деле он только что очень хотел подойти и первым поздравить Лин Сяо с завоеванием победного места на больших соревнованиях. Хоть Ю СяоМо будто в воду смотрел, что результат будет таковым, но он все еще хотел поздравить его.

Но прежде, чем он добрался до него, его сразу же вытеснили наружу. Беспомощно глядя на Лин Сяо, окруженного кольцо за кольцом людьми, он сновал взад и вперед снаружи в попытках втиснуться. Из-за этой разницы Ю СяоМо впервые ощутил себя глубоко бессильным со своим худым и маленьким телом.

Как раз в тот момент, когда он думал, стоило ли рискнуть и крикнуть, люди перед ним внезапно расступились.

Подняв голову, он тотчас же увидел Лин Сяо, протягивающего к нему руку, и замер. Он почувствовал, что эта сцена была похожа на ту….на ту телевизионную драму, где благородный наследник протягивал руку принцессе. Такая….а, тьфу, он же не женщина! 

Ю СяоМо словно громом поразило от собственного воображения. Он, должно быть, имеет чертов недуг!

В конце концов, они все же ушли вместе на глазах у всех. Лин Сяо хотел повести Ю СяоМо за руку, но ему было в этом твердо отказано. Обоснованием стало то, что он уже не трехлетний ребенок, не способный ходить без падений.

Лин Сяо знал, что несмотря на то, что Ю СяоМо слабак, все же он в некотором роде был очень упрямым, поэтому просто уступил.

Что касалось Фу ЦзыЛиня, хотя его аура и казалась очень сильной, но его появление и исчезновение всегда были очень незаметным2. Пока все толпились вокруг Лин Сяо, он уже ушел один.

2 Используется оборот «Даже духи не знали и демоны не почуяли».

После того, как столпившиеся соученики увидели, что Лин Сяо ушел со своим младшим шиди, они также потеряли интерес. Один за другим все разошлись. Задержалась только Тан ЮньЦи. Лицо ее исказилось, будто ей хотелось разорвать кого-нибудь пятеркой коней3. Она с ненавистью уставилась на силуэт Ю СяоМо.

3 Древний метод казни.

Рядом с ней, помимо вчерашних шисюна и шимей, не знавших, как ее уговорить, стоял Цзян Лю с холодным выражением на лице.

Когда Лин Сяо входил в комнату, Ю СяоМо внезапно обернулся и опустил голову, как будто ему было немного неловко, и сразу же тихим голосом сказал: 

— Лин-шисюн, поздравляю с первым местом.

Хотя он опустил голову, Лин Сяо все еще мог увидеть его слегка порозовевшие щеки. Уголки его губ невольно растянулись в едва различимую улыбку: 

— Сердечное участие младшего шиди я уже получил. Но подобного было полно от других людей снаружи. Может, у младшего шиди есть что-то более существенное? Если так, то я буду еще счастливее.

Ю СяоМо сразу же впал в уныние4. Более существенное? Он и так уже был вознагражден целебными травами и чудотворными пилюлями и все еще хотел от него чего-то существенного? Чрезвычайно бесстыжий!

4 Используется 黑线, что означает «черные линии» или смайлик -_-|| — состояние, когда человек в унынии или в депрессии.

Но раз уж он так выразился, то нехорошо было прямо сказать ему нет.

— Тогда... Тогда чего же хочет Лин-шисюн, подразумевая что-то под более существенным?

Лин Сяо оглядел его с ног до головы. Когда он смотрел на него, Ю СяоМо не знал, куда деть руки и ноги. Внезапно на лице Лин Сяо появилась зловещая улыбка и он размеренно произнес: 

— Ты узнаешь сегодня вечером.

Вечером? Ю СяоМо немного не знал истинного положения вещей.

Он обдумал это еще раз, его способностью было только создание чудотворных пилюль. И все, что он имел – только чудотворные пилюли. Обычно Лин Сяо чрезвычайно любил есть его пилюли. Должно быть, нечто существенное, что он хотел, — это именно они. Также, после того как он прибыл сюда, изготавливать чудотворные пилюли ему удавалось только по ночам. Скорее всего, поэтому Лин Сяо так выразился.

Подумав в этом ключе, Ю СяоМо почувствовал, что нет никаких тягот. В худшем случае, он просто должен отдать ему еще десяток чудотворных пилюль. Так или иначе, ему постоянно требовалось создавать немного пилюль для него.

Но, дождавшись вечера, когда Лин Сяо позвал его лечь на кровать, Ю СяоМо понял, что означало «нечто существенное».

— С какой стати? — Ю СяоМо кипел от ярости под тяжестью позора, крича на Лин Сяо. Если бы он знал заранее, что тот имел в виду, даже если б его убили, он все равно не согласится с этим собачьим дерьмом как с чем-то «существенным». Похоже, тот спланировал все с самого начала.

— Только потому, что ты обещал мне. Не говори, что ты хочешь передумать? — Лин Сяо лениво оперся о кровать, поддерживая тело в сидячем положении. Его иссиня-черные как черный шелк волосы струились потоками по плечам, мгновенно увеличив его врожденную развратную ауру.

Нормальные люди, завидев подобный вид, давно поплыли бы от влюбленности. Жаль, что перед ним оказался Ю СяоМо, кипевший от его слов сейчас, и которому было чихать, красивый он или нет.

Услышав эти слова, Ю СяоМо стал ярко-красным: 

— Все потому, что ты не сказал мне, что это. Если б я знал заранее, то ни за что бы не согласился!

Лин Сяо прищурил глаза и, смотря на него, выплюнул: 

— Младший шиди, нужно оставаться верным своим словам!

Ю СяоМо рвало кровью. Если бы он знал раньше, то не стал бы помогать ему вчера утром.



Комментарии: 4

  • Оуоуоу!!! Полегче... нет, в смысле не надо полегче...)) Продолжайте!!!
    Спасибо за перевод! Каждый раз очень жду новую главушку)))

  • Ничего себе интрига, чувствую следующая глава будет жаркой!

  • О боги! В конце главы я аж забыла, как дышать!

    Переводчики, большое вам спасибо!

  • Я изобью тебя плётками и ты полюбишь меня как миленький (с) *хихикает* Спасибо за перевод!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *