Лаотоу — старикан (зачастую невежливо).

Странный старик сидел на корточках посреди дороги. Одежда его была очень скромной, только лишь простое холщовое платье серого цвета. Волосы оказались немного в беспорядке. Хоть не до той степени, что очень некрасиво, но и до такой уж опрятности также не доходило. 

В этот момент старик сидел на корточках на камне и преграждал на середине пути, а именно, не давал возможности всем пройти. Некоторые хотели насильно прорваться, но были откинуты назад чем-то невидимым.

Однако все спешили на занятия, поэтому на старикана смотрели с нехорошим выражением лиц. Разного рода брань выплевывалась из ртов. Они, наоборот, не беспокоились, что лаотоу, возможно, является какой-то крупной фигурой в Академии, поскольку не было большого человека, который станет носить настолько потрепанную одежду, да еще и выглядеть неряшливо.

Все видели, что время занятий вскоре наступит. Старикан, тем не менее, ничего не говорил и не соглашался уступать дорогу. 

Как раз, когда все торопились так, что вертелись волчком1, наконец, кто-то вышел вперед, чтобы спросить. 

1 Не находить себе места.

Юноша, который на первый взгляд казался довольно смелым, подошел к старику и осторожно заговорил: 

— Почтеннейший, нам требуется пойти на занятия. Разве вы не можете посторониться?

Старик, сидя нога на ногу, необычайно открыто покачал головой: 

— Не могу!

Юноша сдержался и, с силой подавляя ярость, сказал: 

— Тогда, чего же вы хотите, чтобы согласиться разрешить нам пройти?

Старик поднял один палец и чрезвычайно вызывающе сказал: 

— С каждого человека плата за проход — одно очко. Не заплатите — не позволю пройти. — Полностью была позиция, что «эту дорогу я основал».

Услышав такое, люди невольно разгневались. Этой дорогой они шли так много раз и еще никогда не встречали подобное положение. Явно был грабеж. Все не были на такое согласны.

Лицо юноши, на которого надеялась толпа, похолодело и он пригрозил: 

— Почтеннейший, я уважаю тебя как пожилого человека и только поэтому сдерживаюсь. Тебе не следует продвигаться на чи, получив цунь2. Академия никогда не говорила, что здесь должна взиматься плата за проход. Если ты опять станешь дебоширить, будьте осторожны, мы сообщим об этом даоши и тогда посмотрим, не выгонят ли тебя из Академии.

2 Образно «алчный».

— Начиная с сегодняшнего дня оно есть. Даже если ты сообщишь помощнику главы, это окажется бесполезным. 

Старик, похоже, совсем не боялся его угрозы. Наоборот, у него был безмятежный вид.

Услышав его слова, юноша, который изначально очень разозлился, неожиданно успокоился. Этот старикан открыл рот и сразу сказал о помощнике главы. Неужели он был близко знаком с тем?

Поразмыслив, юноша все-таки посчитал, что старец, возможно, знал старших Академии. Так или иначе, одно очко также казалось не слишком много. Ему незачем было становиться птицей, высовывающей голову3. К тому же, смотря на поведение этого лаотоу, казалось, что, если не выплатить очки, он действительно не позволит им пройти. Юноша, не желая опаздывать и более не намереваясь создавать проблемы, просто заплатил одно очко.

3 Образно «выделяться среди группы».

Старик также держал слово. После того как юноша заплатил ему, он все-таки действительно позволил тому пройти. 

Другие увидели положение и, поколебавшись, все-таки подчинившись судьбе, заплатили. Их мнение оказалось таким же, как у юноши. Незачем ради одного очка вызывать недовольство старикана, про которого неизвестны были подробности. Кто знал, являлся ли он некоторой крупной фигурой или нет. 

Когда большинство людей пошли на компромисс, почти никто снова не жаловался и послушно платил плату за проход.

Ю СяоМо пришел как раз вовремя. Вся эта сцена абсолютно полностью попалась ему на глаза.

Такого чудаковатого старика он все-таки видел в первый раз. К удивлению, в Академии взимали плату за дорогу.

Однако его мнение на самом деле оказалось почти таким же, как и у всех. Старик загородил здесь, но никто не пришел вмешаться. Значит, у него имелись большие связи, либо в Академии у него был покровитель. Юноша также не хотел создавать проблемы, спрятался среди толпы и готовился спокойно наблюдать за изменением событий. На его взгляд, все в итоге определенно пошли на компромисс. Как и следовало ожидать, не прошло много времени, и тот юноша, что высунулся, первым заплатил.

Есть первый, естественно, будет и второй. Все почти осознанно выстроились в очередь. Людей оказалось не очень много и весьма быстро очередь дошла до Ю СяоМо.

Юноша вытащил черную карточку. Как раз, когда он готовился заплатить старику, тот, до этого все время молчавший, вдруг открыл рот. 

Глаза старика неподвижно смотрели на Ю СяоМо и не терпящим отказа тоном он сказал: 

— Ты. Должен заплатить десять очков.

Только эти слова были сказаны, другие тотчас с сочувствием взглянули на Ю СяоМо. Они уже испытали надоедливость этого старикана. В данный момент можно было предположить, что десять очков станут неизбежностью. Однако на лицах людей, которые еще стояли позади Ю СяоМо, тем не менее, показалось волнение. Больше всего они боялись, что, когда подойдет их очередь, то для них также окажется десять очков.

Ю СяоМо остановился на месте, поднял голову и смотрел, не отводя глаз, на пожилого человека. Юноша все-таки посчитал, что у него возникли слуховые галлюцинации, и спросил: 

— Почтеннейший, ты только что сказал что-то?

Старик тотчас показал на лице нетерпеливое выражение, но странным было то, что он совсем не рассердился. Наоборот, старик, понизив голос, сказал какие-то слова, потом произнес: 

— Ты должен заплатить десять очков.

— Почему? — спокойно спросил Ю СяоМо. Без причины другие платили одно очко, а как очередь дошла до него, то стало десять. Подобное поведение имело какое-то отличие от грабежа?

— Как же много спрашиваете, почему. Сказали тебе платить, значит плати. Не платишь, то уходи. — Старик явно не хотел ему объяснять. Возможно, это на сто процентов являлось именно валянием дурака и делал он это намеренно. Так или иначе его поведение было именно таким, что он казался уверен, что Ю СяоМо определенно заплатит.

— Однако почему люди впереди меня заплатили одно очко, а дошла очередь до меня — десять очков? — Ю СяоМо все-таки не был в состоянии понять.

— В таком случае тебе остается лишь считать, что это твое невезение. Лаотоу, я, передумал. Захотел повысить цену. Ладно, не трать напрасно мое время. — Навык неуступчивости старика почти можно было назвать первоклассными, еще и нес с собой полное осознание своей правоты.

— Ты, преграждая здесь путь, также напрасно тратишь мое время. — Ю СяоМо тоже не был весел.

На самом деле это не казалось самой главной причиной. Настоящая причина была в том, что если бы у Ю СяоМо имелось несколько сотен очков, не исключена возможность, что юноша действительно уступил бы. В прошлой жизни он все-таки в самом деле немало был осведомлен о таких стариканах. 

Однако сейчас он, тем не менее, не мог. Несколько дней назад юноша все очки, которые перечислил ему БайЛи СяоЮй после продажи, израсходовал. В основном он потратил на аренду, поскольку не хотел через каждые несколько дней бегать к Старейшине Гун переарендовывать, и сразу просто снял на полмесяца. Поэтому на его черной карточке сейчас было только шесть очков. Десять очков он не мог вытащить. Намереваясь заплатить, юноша все равно не мог этого сделать.

К тому же он чувствовал, что этот старикан, действительно, был очень деспотичным. Без всякой причины и повода здесь собирает пошлину за проход — также ничего не поделаешь. Еще и такой неуступчивый.

Ты, блять, уверен, что я обязательно заплачу, да? 

Ладно, я, наоборот, не заплачу!

Сильнейшая гордость Ю СяоМо резко поднялась. В крайнем случае схватимся с тобой насмерть.

Несмотря на то, что он, несомненно, опоздал и даже, можно сказать, что эта причина станет пропуском занятия, юноша верил, что тот даоши третьей группы, должно быть, поймет его правильно.

На дороге внезапно добавился надоедливый старикан. Если даоши не сможет разобраться, то он также ничего не мог поделать.

Старикан от его дерзости разозлился так, что прямо таки вышел из себя. Но он чувствовал неловкость и сразу же гневно сказал: 

— Раз уж не можешь заплатить, катись отсюда!

Ю СяоМо также оказался достаточно упрям. Он, конечно, только и мог, что сдаться. Юноша все равно не укатился и сразу нашел довольно захолустное пустынное место. Он вынул из мешка для хранения кусок ткани и расстелил на земле, потом, поджав ноги, сел.

Имея способности, ты можешь постоянно преграждать путь здесь. Лаоцзы4 тут может совершенствоваться.

4 Лаоцзы — я (высокомерно или шутливо о себе), либо назвать себя старым мужчиной.

[Сутру Небесной Души] все-таки нельзя было показывать людям. Он также не смел небрежно перед другими людьми совершенствоваться. Подумав, юноша попросту вытащил треножник ЦзиньМин и подготовился изготавливать пилюли, чтобы убить время.

Те несколько дней в павильоне он изготавливал чудотворные пилюли пятого класса. Целебные травы четвертого класса, которые доставил Тан ЮйЛинь, юноша пока не трогал, поэтому скопилось достаточно много. Как раз сейчас можно было использовать.

С другой стороны, старик, заметив его действия, тотчас серьезно разозлился.

Этот чертенок, оказывается, осмелился так открыто и нагло противостоять ему. Однако он сию минуту все равно не мог придумать какой-либо способ.

Но Ю СяоМо также подтвердил один факт. Этот лаотоу, действительно, заострил на нем внимание. После того как он ушел, тем нескольким людям, что стояли позади него в очереди, тем не менее, потребовалось заплатить одно очко.

Из-за того, что уже пришло учебное время, по этой дороге почти не проходили ученики. Поэтому остались старик и Ю СяоМо, которые не уступали друг другу.

Это можно было считать первым разом, когда Ю СяоМо изготавливал пилюли снаружи. Во время изготовления пилюль он казался очень сосредоточенным, поэтому вскоре забыл о старике. Пофигу, сердится тот или не сердится, все внимание юноши находилось в котле.

Одновременно бросив восемь стеблей целебных трав в котел, Ю СяоМо разделил силу души на восемь линий и начал сосредоточенно очищать травы. Шипящий звук непрерывно распространялся из котла.

Старик, который с самого начала был зол так, что макушка дымилась, внезапно заметил этот его ход и невольно издал «ого». 

За раз очистить восемь стеблей целебных трав, еще и сохраняя полное хладнокровие, это, однако, не мог сделать обычный даньши. Этот маленький даньши, к удивлению, добился этого. К тому же, смотря на его движения, казалось, что он делает так уже не впервые.

Старику также стало не до гнева. Он сел на корточки недалеко от Ю СяоМо и, вытянув шею, смотрел.

В то же время Ю СяоМо все еще не знал, что его отсутствие на занятии уже оставило в сердцах даоши и соучеников нехорошее впечатление.

Ранее, услышав, что маленький даньши, у которого природные данные еще выше, чем у Тэн ЦзыСинь, придет на урок, все срочно захотели своими глазами посмотреть, что за человеком все-таки являлся этот молодой гений. Даже даоши третьей группы взял с собой некоторые ожидания. Однако он не предполагал, что, как назло, не увидит и тени человека. Люди ждали на занятии четверть часа и также не дождались. Только тогда они заметили, что молодой гений, к удивлению, пропустил уроки.

В первый же день занятий, если бы юноша опоздал, то на этом бы и закончилось. А он взял и прогулял!

Люди не смели смотреть на выражение лица даоши. Всем было известно, что этот даоши славится своей строгостью. Учеников, что опаздывали на занятия, он не щадил, что уж говорить о прогуле.

Вот так, вплоть до того, как занятие закончилось, тени Ю СяоМо по-прежнему не было видно.



Комментарии: 3

  • а та толпа что с ним шла,? что из других классов? ни у кого язык не повернулся сказать о старике?что за стадо овец"!

  • Спасибо за перевод!~~~

  • Большое спасибо за перевод!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *