В один миг пейзаж вокруг превратился в луг, который не окинуть взглядом.

Ю СяоМо поднял голову и остолбенел на секунду. Выражение лица в одно мгновение рухнуло1. Взгляд со скрытой обидой смотрел на мужчину, который оказался придавлен юношей, но у которого по-прежнему было довольное лицо. Ю СяоМо сказал с дергающимися уголками рта:

1 Выглядит так.

— Я говорю, что по крайней мере оденься, а потом входи.

Двое людей сейчас с ног до головы были нагими. Он помнил, что в пространстве Лин Сяо жили немало яошоу. Разум некоторых яошоу открылся довольно рано. Оказаться замеченным разве не унизительно до смерти? Тот не хочет сохранить достоинство — он хочет.

— Причем тут это? — Лин Сяо устроил одну руку на его белой и нежнейшей заднице, сексуально поглаживая. Вторая рука держала запретный нефритовый цзянь. Совершенно не имелось чувства стыда.

Ю СяоМо также не надеялся, что у него окажется стыдливость, и прямо стряхнул его руку. Только-только он поднялся, как почувствовал, что липкая жидкость стекает с двух сторон по бедрам. Тело мгновенно замерло.

— О, хороший вид!

Юноша резко очухался. Он опустил голову и сразу же заметил, что внимание Лин Сяо с запретного нефритового цзяня переместилось на нижнюю половину его тела. Выражение глаз изменилось, словно в них скопилась буря желания.

Настроение Ю СяоМо похолодело. Он закрыл нижнюю половину тела и убежал.

Лин Сяо, глядя на его обратившуюся в бегство фигуру, приподнял уголки рта. Желание в глазах мгновенно снова исчезло, словно он мог его собирать и испускать свободно.

Юноша добежал до берега озера. Он повернул голову назад и взглянул на мужчину, который как раз с травы сел на лужайку2. Ю СяоМо не смог удержаться от вздоха. Он действительно не знал, иметь такого возлюбленного — его счастье или беда.

2 До этого он лежал. Из положения лежа перешел в положение сидя.

Смыв пятна с тела в озере, юноша из мешка для хранения вытащил комплект новой одежды переодеться. Приведя в порядок себя, он снова из пространства вытащил деревянный таз. Из озера набрал чистой воды и прошел к Лин Сяо.

Ю СяоМо бесшумно подошел за спину Лин Сяо и заметил, что тот сосредоточенно перебирал в руках запретный нефритовый цзянь. Неожиданно у юноши родилась склонность к злой шутке. Прямо вылить чистую воду на него, должно быть, также можно считать за то, что он помог тому вымыть тело.

— Чего колеблешься?

Неожиданно раздался голос Лин Сяо, который напугал его.

Юноша опустил голову и обнаружил, что тот совсем не поднял головы. Спина была прямой в струнку, словно зеленая сосна, неясно вырисовывались крепкие мышцы под кожей. Он по-прежнему перебирал в пальцах нефритовый цзянь.

У него в самом деле не имелось той смелости. Все же оставим как есть. Только что он был оттрахан несколько часов и не мог так быстро забыть прежний урок.

Ю СяоМо обошел мужчину и опустил перед ним чистую воду.

Лин Сяо неожиданно поднял голову, уголки рта начертили недобрую улыбку:

— Очень медленно. Я еще полагал, что ты готовишься окатить меня водой.

Юноша:

— …

В самом деле был обнаружен. К счастью, он вовремя притормозил.

Произвольно вымывшись, Лин Сяо наконец переоделся в свежую одежду. Чистый и аккуратный, словно джентльмен. Возможно, впереди следует добавить слово «фальшивый».

Через два часа Ю СяоМо сел на корточки перед ним:

— Ну как? Ослабил запрет?

Тот расплывчато сказал:

— Где уж там так легко ослабить. Твой шифу разве когда-то не говорил, что хозяином запретного нефритового цзяня, вероятнее всего, является даньши двенадцатого ранга? Сумев стать даньши двенадцатого ранга, совершенствование противоположной стороны определенно выше пестрого ранга четвертого порядка.

— Поэтому ты все еще не можешь ослабить?

— Можно ослабить, однако потребуется немного времени. Запрет на этом нефритовом цзяне чрезвычайно сложный. Если бы я не принял наследие Рода Цилинь, Рода Феникса Яо и Рода Дракона, вероятно, необходимо было бы потратить несколько месяцев, чтобы получить возможность ослабить.

Лин Сяо нахмурился. Владелец нефритового цзяня, вероятно, не хотел позволять людям, которые получили нефритовый цзянь, легко увидеть вещи внутри, только поэтому основал такой сложный запрет.

Ю СяоМо шмыгнул носом. Он все-таки полагал, что сразу же сможет ослабить.

Однако таким образом немножко можно было подтвердить, что вещи в нефритово цзяне определенно хорошие. В противном случае его владелец не мог защищать его, тратя силы и мысли.

Юноша все больше и больше ждал с нетерпением.

Пока они в пространстве возились с запретным нефритовым цзянем, снаружи уже рассвело. Люди шестидесятого этажа непрерывной чередой убегали совершенствоваться в место совершенствования. В коридоре осталось лишь несколько разбросанных фигур.

Ровно в пять часов один человек неожиданно возник в коридоре. Он остановился перед дверями в комнату Ю СяоМо. Когда он постучал несколько раз и никто не ответил, этот человек внезапно открыл дверь и вошел. Не прошло и семи с половиной минут, как он вышел. Человек в смятении исчез в коридоре.

В пространстве.

Пережив небольшие затруднения, Лин Сяо в конце концов распустил запрет.

Красного цвета нефритовый цзянь в данную минуту, словно обычный нефритовый цзянь, развернулся в руке Лин Сяо. Требовалось лишь поднять посмотреть и сразу же можно будет узнать, в конце концов, какие вещи были записаны в нефритовый цзянь, что хранились свыше десяти тысяч лет.

Лин Сяо бросил нефритовый цзянь ему:

— Посмотри.

Юноша в спешке поймал. Он вдруг заимел чувство, схожее с «тревогой при приближении к родным местам после долгих лет отсутствия». Как будто вещь, по которой он всем сердцем скучал, уже перед ним, но на которую он, тем не менее, не смел смотреть. Больше всего он боялся, что вещи внутри заставят его разочароваться.

Подумав, Ю СяоМо просто всунул нефритовый цзянь обратно в руки Лин Сяо.

— В чем дело? — спросил мужчина, подняв брови.

— Помоги мне посмотреть. Закончишь — расскажи мне, — непреклонно ответил юноша.

Лин Сяо немедленно понял, о чем тот думал, и высмеял:

— Дурень, даже на это нет смелости, — однако он все же помог взглянуть. 

Только он посмотрел, как улыбка на запоминающемся лице в одно мгновение исчезла.

Ю СяоМо в душе начал волноваться. Судя по выражению его лица, по-видимому, было скверно. Неужто действительно владелец нефритового цзяня просто разыгрывает, и внутри на самом деле не вещи, подобные сокровищам, а бесполезные предметы?

— Н-ну как? — юноша торопливо спросил.

Лин Сяо не посмотрел на него. Поддерживая лоб, он передал нефритовый цзянь с видом, что не может стерпеть смотреть прямо:

— Сам посмотри.

Это выражение лица, этот тон…

У Ю СяоМо возбужденное настроение медленно упало. Кажется, все-таки не так, как хотелось. В самом деле розыгрыш. Он, не питая какой-либо надежды, бросил взгляд внутрь нефритового цзяня. Мгновенно горы и реки, солнце и луна утратили краски. Как громом пораженный, «бам!». Нефритовый цзянь из его рук упал на лужайку.

Лин Сяо как и прежде поддерживал рукой лоб. Плечи тем не менее медленно начали дрожать. Басистый смех не спеша струился из его уст и, порхая, входил в уши юноши.

Ю СяоМо наконец отреагировал от удара. Глаза передвинулись на Лин Сяо, который как раз украдкой улыбался. Юноша вмиг возбудился и, оскалив зубы и выпустив когти3, рванул к нему.

3 Образно «со свирепым и коварным видом».

— Ты подлец. Взял да посмел обмануть меня. 

Ю СяоМо, часто дыша, схватил мужчину за шею. Этот подлец неожиданно снова обманул его. Знал бы раньше, не давал бы ему смотреть нефритовый цзянь. Заставил его достаточно длительное время разочаровываться.

Лин Сяо откинулся назад и залился смехом.

Юноша сидел верхом на нем и, никак не успокаиваясь, рассерженно колотил в его грудь. В самом деле чрезвычайно гадкий тип. Неожиданно, так разыграл его, прекрасно зная, что он очень принимал к сердцу.

— Ладно, спрячь нефритовый цзянь, мы сначала выйдем, — Лин Сяо стиснул его маленькие маньтоу4.

4 Паровые пирожки. В шутливом смысле это грудь.

Ю СяоМо немедленно — дорожа — поднял нефритовый цзянь. На этот раз, принимая во внимание нефритовый цзянь, он, мудрый человек, который прощает ошибки, не будет с ним препираться.

Моргнув глазом, двое людей снова вернулись в комнату.

Ю СяоМо немедленно спрыгнул с кровати. Лин Сяо тут же притянул его. Юноша, испытывая недовольство, повернул голову назад, но увидел, что тот, гладя подбородок, был с задумчивым лицом. Ю СяоМо сразу же изменил тон:

— Что случилось? 

Лин Сяо сказал:

— Кто-то входил сюда.

— Да ладно? Кто без моего согласия войдет в мою комнату? — юноша выпучил глаза, однако он, кажется, не запирал двери.

— Кто знает.

— Тогда как ты заметил?

— Одежда. На твоей одежде отчетливо имеется след от наступившей ноги, — Лин Сяо указал на одежду, которую они, перед тем как войти в пространство, произвольно выбросили на пол.

Ю СяоМо по направлению его взгляда заметил у кровати хаотичную, собранную вместе одежду. Выражение лица изменилось. Разве это не та одежда, которую Лин Сяо снял с него? Неожиданно войдя в пространство, он не успел прибрать. Если действительно кто-то вошел сюда, то, увидев одежду, разве не догадается, чем они занимались? 

Ю СяоМо весьма поспешно убрал одежду.

Лин Сяо лежал на кровати и слегка вздохнул. Ключевой пункт, на который кое-кто обращал внимание, вечно был неверный.

Покончив с одеждой, только тогда юноша вспомнил о ключевом пункте и повернулся:

— Кто, ты считаешь, без моего согласия вошел в мою комнату?

— Каким образом мне знать?

Ю СяоМо сделал круг. Фактически, заимев мешок для хранения и пространство, он по сути не вытаскивал вещи, чтобы разложить в комнате. Небезопасно и неудобно. Поэтому, даже если действительно кто-то втайне вошел, также не мог что-то украсть и унести.

— Забудь. Во всяком случае также ничего не потерялось. Не исключена возможность, что тот ошибся комнатой.

Вести поиски безрезультатно. Юноша, будучи в хорошем настроении, больше не спорил. Только он подумал о вещах в нефритовом цзяне, как почувствовал окрыление во всем теле. Действительно, чего не хватало, то пришло.

Он сказал, каким образом вещи для даньши, совершенствование которого было выше пестрого ранга четвертого разряда, могли быть бесполезными? Просто очень превосходили его предположения. В будущем ему больше не нужно беспокоиться о проблеме с рецептами пилюль. 

То, что было записано в нефритовом цзяне, — весьма много рецептов пилюль. Письменность очень древняя. Такая же, что и Сутра Небесной Души, которую Лин Сяо украл у Цю Жаня. Раньше он сравнивал перевод и оригинал, поэтому немного понимал иероглифы.

Кроме этого, в нефритовом цзяне имелась строка иероглифов, обозначающая имя владельца нефритового цзяня.

Ю СяоМо постоянно чувствовал, что имя владельца нефритового цзяня как будто где-то видел. Даньши двенадцатого ранга. К тому же встречал его. По впечатлениям походило только на одного человека…



Комментарии: 1

  • Спасибо за новую главу!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *